Танна – Долгожданное чудо (страница 31)

– Он уже не мой. Но ты права, лучше так. Надеюсь, осталось недолго ждать.

После кафе я поехала домой. Удивилась, застав Артема так рано. Он же был чем – то доволен.

– Случилось что-то хорошее? – спросила, обнимая его. Тот загадочно посмотрел на меня и кивнул.

– Пошли, у меня есть для тебя сюрприз.

Мы вышли в сад. Артем попросил закрыть глаза и не подглядывать. Когда мы дошли до места, он сказал открывать глаза.

Я посмотрела вперед и увидела, что к дереву, которое я рисовала раньше, прикреплены веревочные качели.

– Нравится?

Я кивнула, подходя ближе.

– Мне очень понравился твой рисунок. И каждый раз, выходя в сад, мне казалось, что здесь чего – то не хватает. Решил сделать тебе сюрприз.

– Спасибо – я поцеловала его, тронутая поступком.

– Покачаешь меня? – я села, поболтав ногами в воздухе. Он осторожно начал раскачивать. Через пару минут снял меня, решив что на сегодня хватит, а то вдруг тошнить начнет.

Я смеялась. Он так меня совсем избалует.

Время шло. Постепенно токсикоз сошел, и я могла спокойно поесть с утра, не убегая в ванную комнату. Но вместо токсикоза пришло новое: мне ужасно сильно хотелось сладкого: а именно всего, где есть шоколад. Еще я полюбила пить какао с молоком. Только мне страшно было, что это потребление сладостей может сказаться на моей фигуре. Поэтому приходилось себя ограничивать. И добавить прогулки по саду. Здесь я могла спокойно гулять, без вездесущих охранников. Включала музыку в телефоне и прогуливалась вдоль дорожек. Приходила к нашему дереву и качалась на качели. Артем нанял людей и они постепенно украшали это место, превращая его в сказочный сад с цветущими клумбами и замысловатыми кустарниками.

Вечера мы проводили вдвоем. Разговаривали обо всем, делясь подробностями своих жизней. Я узнала, что Артем был женат, но развелся, о чем не жалеет. Спрашивал меня, чем увлек Олег так сильно, что я согласилась выйти за него замуж. Я рассказывала кратко, не вдаваясь в подробности. Артем хмурился и сжимал губы. А еще он будто ревновал. Это и веселило и радовало, потому я понимала, что не безразлична ему. И что у нас немного больше чем взаимная симпатия. Он даже периодически ездил со мной на прием к врачу, где доставал её разнообразными вопросами, о том, что можно, а что нельзя. Особенно подробно он уточнял по поводу секса. Я в такие моменты очень сильно смущалась. Он лишь весело хмыкал, а врач почти закатывала глаза.

До суда над Олегом оставалось несколько дней. Я очень надеялась, что будет вынесен строгий приговор, и он будет сидеть за свои злодеяния. И поймет, наконец-то, что не все можно купить за деньги. Что нельзя творить бесчинства, оставаясь безнаказанным. Особенно хотелось чтоб ответил за моих родителей. Ведь если бы он не довел отца до банкротства, тот был бы сейчас жив. И мама бы была жива. Если бы я тогда знала о том, какое чудовище на самом деле мой муж, то никогда бы не вышла за него замуж. И моя глупая влюблённость прошла бы мгновенно.

И, возможно, я все равно бы встретила Артема, и у нас бы все сложилось по-другому. Иногда я начинала задуматься о том, к чему приведут наши с Артемом отношения. То что мы нравимся друг другу, это несомненно. Но сейчас я испытывала более глубокие чувства. Мне постоянно хотелось видеть его, говорить с ним. Я скучала, пока ждала его с работы. Могла подолгу гипнотизировать телефон: набирая и стирая сообщение. Мне хотелось знать, скучает ли он по мне также, и ждет ли встречи. А еще, в глубине души, я стала мечтать о семье. Настоящей семьей с ним.

Времени свободного у меня было много, поэтому я читала книги, связанные с рождением ребенка. Очень надеялась, что будут естественные роды и грудное вскармливание. Хотелось быть максимально ближе к моему малышу. Также, я продолжила заниматься живописью. В последнее время мне нравилось рисовать маслом. И запах краски. Вообще, вовремя беременности в организме творилась какая – то ерунда. Иногда мне хотелось плакать, когда я смотрела фильм, и какая – то сцена казалась мне особенно трогательной. Артем аж растерялся, когда первый раз заметил мои слезы. Пришлось объяснять. После этого он утешал меня так, что даже воспоминаний о слезах не оставалось.

Ездила по магазинам, в сопровождении охранников, которые теперь, прежде чем выезжать с территории особняка, звонили Артему и спрашивали у него разрешение на выезд. Мой мужчина, конечно, перестраховывался, но его забота и волнение обо мне грели сердце и душу. Я прогуливалась по торговым центрам, иногда заходя в детские отделы, которые тянули меня как магнит. Рассматривала детскую одежду и игрушки. Но из-за прошлого, так не смогла ничего купить. Потерплю. Рожу свое чудо и тогда оторвусь по-полной. Куплю все, что мне захочется для моего малыша или малышки.

Выходные провели дома. Артем, наконец-то, был только мой. В последнее время он часто задерживался на работе, и еще он много и подолгу общался со своим адвокатом, по делу Олегу. На бывшего мужа было написано еще одно заявление, в котором пострадал кто-то из людей Артема. Об этом он мне не рассказывал, я случайно услышала его телефонный разговор.

А потом мы узнали, что выписали нотариуса. Он выжил, но провел много дней в коме. Сейчас его перевезли в охраняемый реабилитационный центр. Он попал под защиту свидетелей, потому что согласился сотрудничать с прокуратурой и рассказал им все, что было известно. Я позвонила ему, справившись о самочувствии сейчас. Узнала, когда он возвращается. Обещала сразу навестить его по возвращении.

А потом случилось то, чего я боялась больше всего: суд не состоялся, потому что Олег сбежал. Его объявили в розыск. Не понимаю, как у него получилось кого-то подкупить, ведь все еще счета были арестованы. И почему вообще в полиции допустили это. Он сейчас где-то спокойно ходит, может даже в нашем городе, ведь людей так много, что затеряться можно при желании. Полицейские проверили все возможные места укрытия, но ничего не нашли. Теперь о спокойствии можно забыть. Неизвестно, что он может выкинуть на этот раз.

Теперь, я почти не покидала дом. Артем усилил охрану. На прием к врачу меня теперь сопровождали оба охранника, а еще два оставались на улице, контролируя вход и выход из здания.

Глава 26

Помимо полиции, поисками Олега занимался Артем. Он нанял людей, которые буквально прочесывали каждый угол города. Также пообещал солидное вознаграждение за любую информацию, связанную с Олегом. Время шло, но ничего не находили. Мой бывший муж словно провалился под землю. Его счета были арестованы, дом опечатан. В местах, где он мог бы появиться, дежурили круглосуточно нанятые Артемом люди. Постепенно, все тревоги, связанные с Олегом, улеглись. Розыск продолжался, и я верила, что его все равно найдут. Не может же он скрываться вечно.

Артем начал в саду готовить детскую площадку. И хоть я и просила не спешить, он был непреклонен. Его уверенность, что с ребёнком будет все хорошо и я доношу его до срока, заражала и меня. Но как бы я не хотела начать обустраивать детскую, все же сдержалась. Единственное в чем я пошла на уступки Артему – это выбрала комнату, и просматривала варианты оформления. Он согласился с этим подождать, и я была ему благодарна, что считается с моим мнением и принимает меня со всеми моими тараканами в голове. Это был такой огромный плюс в его пользу, ведь он этим помогал мне начать жить по –новому. Той жизнью, где с тобой считаются, а не ставят перед фактом.

Пришла осень. Учебу я всё же начала. Вначале хотела оставить это после родов, но потом решила не затягивать, ведь всё равно делать особо нечего было. Я ведь теперь не работала, да и Артем не позволял. Он вообще запретил мне даже застилать постель, что естественно я проигнорировала полностью, потому что ничего тяжелого в этом не было.

Иногда мы спорили и даже ссорились. Но злиться подолгу друг на друга не могли. Поэтому, все наши ссоры заканчивались жарким перемирием. Секса теперь было много. Врач разрешила, хоть и сказала действовать аккуратно. А у меня играли гормоны. И даже когда Артем пытался сократить нашу половую активность, потому что переживал что мы можем навредить малышу, я знала много способов разубедить его в этом. Понятно, что в своих экспериментах мы не заходили за грань, действуя осторожно, но все же, это было не менее сладко и остро. Иногда мучительно медленно, но до искр в глазах и сбившегося дыхания. А после: минуты умиротворения в объятиях друг друга, что скрепляло нас узами нежности и тепла.

Я продолжала ездить на прием в клинику. Срок родов поставили на конец марта – начало апреля. И хоть врач заверяла, что ребенок развивается нормально и беременность протекает без осложнений, в глубине души всё равно появлялась тревога. И эти мысли: а вдруг что-то пойдет не так? Я старательно гнала их, но искоренить полностью не получалось.

В декабре я сдала первую сессию. Прекрасно понимала, что мои знания здесь никому не важны, ведь деньги были заплачены. Но для себя, я старалась учиться прилежно. Поэтому, все экзамены сдала на отлично, чем явно порадовала преподавателей. Многие стали хвалить меня, чем вгоняли в смущение и ставили в неудобное положение. Поэтому я старалась максимально быстро покинуть помещение ВУЗа, особенно когда за мной приезжал Артем. Его веселила эта ситуация. Он называл меня студенточкой, и смеялся, когда я начинала злиться на него.