Тана Френч – Тень за спиной (страница 10)
– В любом случае мы не сможем долго держать его на расстоянии. Если уж по-честному, то шеф назначил его помогать нам с допросами, и он наверняка захочет в них поучаствовать.
– Вот только не надо «по-честному». Я не в настроении быть честной с Бреслином. – Но настроение у меня улучшилось, вот что значит вовремя посмеяться. – Оперативный штаб – это хорошо. Давай попробуем.
– Только не кидайся сразу откусывать ему башку, – предостерег Стив.
– И не собиралась. А с другой стороны – почему бы и нет?
Отношения с Бреслином у нас далеко не самые худшие. Как правило, он просто нас игнорирует. Но это не значит, что он мне нравится.
– Потому что его к нам приставили? Потому что, если мы с самого начала будем с ним на ножах, это может сильно усложнить нам жизнь?
– Ты всегда все сумеешь сгладить. Пройдешься язычком по его ушку, он и разомлеет.
Я позвонила Бреслину на автоответчик – если уж необходимо с ним общаться, то предпочитаю делать это не напрямую – и оставила сообщение.
«Бреслин, это Конвей. С нетерпением жду начала совместной работы. – Я посмотрела на Стива, изогнула бровь: вот видишь, я могу прилично себя вести. – Мы едем забрать парня, который вчера должен был ужинать с жертвой, и привезем его в участок для допроса. Сможешь к тому времени быть там? Нам очень важно знать, что ты о нем думаешь».
Стив почмокал губами, изображая, будто отсасывает. Я показала ему средний палец.
«По пути мы подскочим к ближайшей подруге убитой и побеседуем с ней. Может, ей что-то известно. Ты сможешь за это время организовать штаб? Ты ведь вернешься в отдел раньше нас. Спасибо. До встречи».
Я дала отбой и снова глянула на Стива:
– Видал?
– Просто охренеть. Если бы в конце ты послала ему воздушный поцелуй, то было бы идеально.
– Шутник.
Мне уже хотелось уехать отсюда. Обнаженные деревья вокруг подступили почти вплотную, будто сделавшись ниже, казалось, за то время, пока мои мысли были заняты Бреслином, они сомкнули кольцо.
– Давай узнаем, насколько дрянных практикантов нам подобрали.
Стив уже звонил. Бернадетта, заправлявшая у нас в офисе, дала ему шесть номеров. О’Келли не ограничивал нас в ресурсах. Из шести доставшихся нам парочка оказалась вполне ничего, а один совсем дурной. Если понадобятся еще практиканты, придется заполнить кучу бумаг в трех экземплярах и объяснить, почему мы сами не можем управиться с нашей грязной работой. Короче говоря, изображать дрессированных пуделей, на задних лапах вымаливая подачку.
Позже мы проведем первое следственное совещание. Я, Стив, Бреслин и практиканты в полном составе – соберемся в оперативном штабе. Каждый вооружится блокнотом и будет черкать, пока я даю картину ситуации. Потом мы распределим сферы деятельности. Время не ждет, и кое-что надо сделать безотлагательно. Стив выберет из практикантов двух счастливчиков для обхода домов по Викинг-Гарденз – выяснять, что знают их обитатели об Ашлин Мюррей и что они видели или слышали прошлой ночью. Двое других отправятся собирать все, что можно, с видеокамер в районе, пока записи не стерты. Двух оставшихся я пошлю найти адрес Рори Феллона, а затем выяснить, дома ли он сейчас, и если да, то пусть засядут где-то поблизости и приклеятся к нему, вздумай он отправиться куда-то. Они могли бы, конечно, привезти его в отдел, но в мои планы не входит, чтобы Бреслин увидел его в коридоре и сделал нам со Стивом одолжение, выбив из него признание, пока мы будем где-нибудь мотаться.
Мой телефон завибрировал. Снова Бреслин. Я сбросила звонок на голосовую почту.
Оглядев помятого после ночной смены Стива, я получила представление о том, как выгляжу сама. Поэтому, прежде чем встречаться с Люси Риордан, мы произвели быструю перезагрузку. Разгладили складки на пиджаках, смахнули крошки вчерашних сэндвичей с рубашек, Стив причесался, а я распустила волосы и снова стянула их в тугой хвост. Косметикой на работе я не пользуюсь, но та часть моего лица, что умещалась в зеркале заднего вида, смотрелась вполне прилично. В удачные дни я выгляжу роскошно, а в неудачные вы не сможете меня не заметить. Я похожа на отца – по крайней мере, я так думаю. От матери у меня только высокий рост, но не густые черные волосы, не слегка выдающиеся скулы и не кожа, которой не требуется солярий. Я ношу хорошие костюмы, подогнанные точно по росту и фигуре, стройной и крепкой, а те, кто думает, что я должна заворачиваться в дерюгу, чтобы в их головах не завелись непристойные мысли, могут отправляться сами знаете куда. Некоторым кажется, что я должна прятать свой рост и свою женственность, а я швыряю это все прямо им в лицо. И если кто-то не способен этого вынести, что ж, я всегда могу воспользоваться его слабостью.
– Ну? – спросил Стив.
Он выглядел как маменькин сынок, принаряженный для воскресной мессы, но это его маскировка. Каждый использует свои природные таланты, а талант Стива – выглядеть так, что родители воспарят на небо от счастья, если их дочь приведет в дом такого паиньку.
– За дело! – сказала я, бросив последний взгляд в зеркало. – Двинули.
Я выжала газ, и «кадетт» вылетел из парка, прикинувшись, будто он настоящая машина. А у меня внезапно появилось мерзкое ощущение, что деревья, ломая ветви, рушатся позади нас ровно на тот пятачок, где мы только что стояли.
Люси Риордан жила в одном из старых высоких домов с балконами, поделенных на квартиры. Большинство таких домов – самые настоящие крысиные норы, но этот выглядел пристойно. Палисадник ухоженный, оконные рамы покрашены не в прошлом столетии, и всего шесть кнопок звонков на входной двери вместо обычной дюжины. Значит, владельцы не набивают жильцов в комнатенки по восемь квадратных метров и не заставляют пользоваться одним сортиром на всех.
Мне пришлось жать на кнопку звонка, пока из домофона не донесся заспанный голос:
– Да?
– Люси Риордан? – спросил Стив.
– Кто это?
– Детектив Стивен Моран. Мы можем поговорить?
Повисло молчание. А потом сонливость с голоса Люси как ветром сдуло.
– Уже спускаюсь.
Дверь распахнулась резко и широко. Невысокая и хорошо сложенная, такая фигура не приобретается долгими тренировками в спортзале, она дается от природы – нет ощущения тела, взятого напрокат. Короткая стрижка, платиновая челка спадает на красивое подвижное лицо – бледное, оттененное остатками вчерашней туши. Одета в черную толстовку, штаны карго, заляпанные краской, в ушах целая коллекция серебряных побрякушек, босая – и явно мучается похмельем средней тяжести. Ничего общего ни с Ашлин Мюррей, ни с той, кого я ожидала увидеть.
Мы показали свои удостоверения.
– Я детектив Стивен Моран, – повторил Стив, – а это моя коллега детектив Антуанетта Конвей.
Он замолчал. Такую паузу стоит выдерживать всегда.
Люси даже не взглянула на наши удостоверения.
– Что-то случилось с Ашлин?
Именно для этого и предназначена пауза. Чего только не услышишь от людей, пока молчишь.
– Позволите нам зайти на пару минут? – спросил Стив.
На этот раз она внимательно изучила наши удостоверения: то ли хотела убедиться, то ли обдумывала решение. Наконец сказала:
– Ладно. Проходите.
Повернулась и начала подниматься по ступеням.
Ее квартира находилась на первом этаже и вполне оправдала мое предположение – была очень даже неплоха. Маленькая гостиная с кухонькой и две двери: одна – в спальню, другая – в ванную. Прошлым вечером Люси явно принимала гостей. Повсюду банки из-под пива, запах табака еще витает в воздухе. Но и вылизанное до блеска, это помещение ничем не напоминало бы дом Ашлин. Шторы сделаны из старых почтовых открыток, нанизанных на леску, элегантный деревянный столик для кофе, пара диванов, накрытых пледами с мексиканским орнаментом, телефон в стиле 70-х и чучело лисы верхом на мотке кабелей рядом с телевизором. Никто не заказывал эту обстановку по каталогу.
Пробормотав извинения за то, что дневной свет будет бить Люси в лицо, мы со Стивом расположились на диване у окна. Я вытащила из кармана блокнот, давая понять Стиву, что не собираюсь просидеть всю беседу молча. О’Келли – идиот, Стив прекрасно умеет разговаривать со свидетелями. Может, и не так гладко, как Бреслин, но почти любого он способен убедить, что выступает на его стороне. До недавнего времени и я была не хуже в этом трюке, да Люси и не выглядит так, будто намеревается вывести меня из равновесия. Она же не дурочка, в самом деле.
– Здесь есть кто-нибудь, кроме вас? – спросил Стив.
После нашей беседы Люси явно понадобится поддержка.
Та, устроившись в кресле напротив, переводила взгляд с меня на Стива и обратно.
– Нет. Никого. Только я. А почему…
Обычно лицо свидетеля одновременно выражает стремление помочь, желание узнать, что случилось, и мысль