Тамора Пирс – Уличная Магия (страница 4)

Леди перевела на него взгляд своих больших глаз и улыбнулась.

— Можешь приблизиться ко мне, Икру́м Фазха́л, ‑ сказала она. Худой тэску пополз вперёд, пока она не положила изящную ладонь на его тёмные волосы. ‑ Ты мудро поступил, доложив мне об этом. Чаммурская па́хан всегда полезна, но уличное дитя из Старого Города, недавно узнавшее о своей силе, силе, связанной с камнем — у такой па́хан есть… м-м-м, ‑ промурлыкала она, ‑ уникальные возможности. Она будет благодарна тому, кто приютит её, не так ли? Не нужно отвечать, ‑ добавила она, когда Икрум открыл рот. ‑ Накажи моим Гадюкам выследить этого ребёнка, затем привести ко мне, когда её найдут.

Она подняла ладонь с головы Икрума; он немедленно отполз назад, присоединившись к двум другим Гадюкам. Это потребовало болезненной дрессировки, но теперь все Гадюки, которые к ней допускались, в точности знали, что именно означали её жесты, и повиновались им.

— Что касается этих, которые напали на нашего Са́джива… ‑ Леди махнула пальцами в направлении третьего Гадюки, тощего молодого человека с коричневой кожей и плотными, кудрявыми чёрными волосами.

— Верблюжьи Потроха, ‑ тихо сказал он. Из его носа вяло текла кровь: ему вырвали кольцо с гранатовой подвеской.

— Ужасное слово, ‑ с отвращением произнесла леди. ‑ Какова их численность?

— Двадцать шесть, обоих полов, ‑ с готовностью ответил Икрум.

Леди начала рассматривать узоры, выведенные хной у неё на ладонях.

— Не такие многочисленные, как Владыки Ворот, ‑ пробормотала она, назвав банду, которая контролировала улицы между Хажрскими Воротами и Золотым Домом, и чьими цветами были чёрный и белый. ‑ Не такие многочисленные и не такие богатые, ‑ она посмотрела на своих посетителей. ‑ Они должны научиться уважению к моим Гадюкам. Я наконец-то приобрела для вас достаточно оружия. Армсмастер Уба́ид… ‑ Она подняла палец. Стареющий мужчина, стоявший в тени у галереи, приблизился к ней и поклонился. ‑ Ты одаришь моих Гадюк оружием, этими… этими дубинками[3]. Обучи правильно с ними обращаться. ‑ Убаид снова ей поклонился. Обращаясь к юношам, леди сказала: ‑ Как только научите других Гадюк пользоваться дубинками, вы тайно проникнете на территорию Верблюжьих… ‑ она сморщила нос ‑ …Потрохов. Отделите этих выскочек от их банды, по одному или по двое за раз. Нападите на их, когда они будут идти домой или из дома, когда они не будут держаться вместе. Сурово разберитесь с ними и оставьте их там, где их найдут. Попытайтесь не быть увиденными. Чем меньше люди будут знать, тем больше они будут бояться. Вы меня поняли?

Гадюки энергично закивали.

Леди улыбнулась им:

— Когда вы сочтёте, что Верблюжьи Потроха на грани распада, предложите им вступить в Гадюки. ‑ Стоявшие на коленях молодые люди несогласно зашевелились. Она коснулась указательным пальцем покрытых вуалью губ. ‑ Вы сказали, что Владыки Ворот превосходят вас в численности. Так вы сможете свою численность повысить. Конечно, новички должны будут сначала доказать свою преданность, прежде чем их полностью примут в ваши ряды, ‑ она оглядела их. ‑ Вам придётся довериться мне. Я понимаю такие вещи, в отличие от вас. Так. Убаид, прежде чем раздать им оружие или учить обращению с ним, покорми моих трудолюбивых мальчиков, ‑ приказала она. ‑ Не слишком обильно, конечно. Информация ценна, но победы — ценнее, ‑ она жестом руки позволила армсмастеру и Гадюкам удалиться.

Когда они ушли, леди обдумала свой следующий ход. До сих пор она не знала, как придать её ручной банде уверенности: Владыки Ворот, контролировавшие ту территорию, которую она и Икрум хотели видеть под властью Гадюк, были слишком многочисленными и слишком хорошо снаряжёнными. Раздирание на части банды поменьше и победнее может очень хорошо послужить ей. Почему она раньше не подумала о чём-то подобном?

Город научится уважению к её банде, и научится хорошо. В конце концов, неуважение к Гадюкам было неуважением к ней самой, а такого она никогда не допустит.

Глава 2

Дом, где в данный момент проживали Браяр и Розторн, был чистым и светлым, и повсюду были растения в горшках. Они хором поприветствовали Браяра, вытягиваясь к нему. И по своему обыкновению он обошёл первый этаж, здороваясь с каждым растением в передней комнате, трапезной, кухне и на заднем дворе. Если он забывал кого-то из них, растения увядали, пока он не заверял их в своей привязанности.

Как только они успокоились, Браяр послал свою силу по дому. Розторн не была на втором этаже, где находились их мастерская и спальни. Он почувствовал там лишь магию, вложенную в инструменты, растения и лекарства в кабинете, а также различные полыхания, обозначавшие его миниатюрные деревья. Браяр двинулся дальше и обнаружил приглушённое, равномерное пламя, которым ему виделась Розторн, на крыше.

Как и в большинстве домов в Чаммуре, в этом доме была лестница, ведущая со второго этажа на крышу. Другие дома, которые Браяр посещал в Чаммуре, были такими же: крыши как будто были такой же частью дома, как кухня, чему он не переставал дивиться. Он поднялся наверх, к лучам послеполуденного света, в его голове не смолкала невыразимая песня счастливых растений.

Их крыша была зелёной практически целиком: каждый дюйм пространства занимали кадки и горшки с растениями, которые, по мнению Розторн, помогут местным фермам. Все растения находились на различных этапах роста, вопреки времени года, магическим образом поощряемые пускать почки, цвести и увядать в считанные дни, пока Розторн собирала с них семена для местных жителей.

Сама Розторн сидела на скамейке и аккуратно писала на доске. Она была широкоплечей женщиной в тёмно-зелёном одеянии с длинными рукавами, символом её посвящения земле и богам оной. Её большие карие глаза не отрывались от доски. Браяр увидел, что она уже посетила бани храма Земли: её по-мужски коротко остриженные каштановые волосы тёмно контрастировали с кожей её головы, ровный белый пробор белел на фоне влажных волос. На её молочного цвета коже был виден лишь намёк на позолоту загара, вопреки целому лету, проведённому в работе и путешествиях — она берегла свой бледный цвет лица, применяя шляпы и различные лосьоны, чтобы кожа не дубела, как у местных фермеров. Хотя она и была теперь на два дюйма ниже его ростом, в мыслях Браяра она всегда возвышалась над ним. В каком-то смысле, она и продолжала возвышаться — в знании и могуществе.

— Скажи этим сорнякам, чтобы успокоились, а? ‑ попросил Браяр Розторн на их родном языке, имперском, и потёр уши. ‑ Казалось бы, они должны были уже успеть привыкнуть к нам.

— Они ничего не могут с собой поделать, ‑ на том же языке рассеянно уведомила его Розторн, просматривая свои заметки. Её речь была немного невнятной, что было одним из последствий её болезни четыре года тому назад. Она умерла тогда, но Браяр и его названные сёстры призвали её обратно к жизни. Считанные минуты, в течение которых она была мертва, оставили свои отметины: заплетающийся язык и лёгкая дрожь в руках. ‑ И когда мы накачиваем их, чтобы они поскорее проходили свой жизненный цикл, это делает их говорливыми, ‑ тем не менее, она успокаивающе омыла своей магией растения вокруг них, пока те не замолчали.

— Как там эти западные фермы? ‑ поинтересовался Браяр, усаживаясь на доходивший ему до пояса бортик крыши. ‑ Ты ведь туда сегодня ходила? ‑ Весть о том, что в Чаммур приехал прославленный зелёный маг, степным пожаром разошлась по городу после их приезда, и к Розторн одна за другой начали приходить группы фермеров. Им действительно требовалась помощь: урожаи с каждым годом уменьшались. Каждый день Розторн выходила на осмотр какого-нибудь нового поля.

— В отчаянном состоянии, ‑ сказала она Браяру, скривив губы. ‑ В таком же отчаянном, как и восточные, и южные. Все говорят, что на северные вообще не стоит тратить времени — они уже три поколения выращивают камни, ‑ она затёрла одну из своих записей рукавом и осторожно вписала что-то на её место. ‑ Как там храм Воды?

— Закончил. Кладовых у них хватит на год, с большим запасом. Все их снадобья сейчас налиты силой сверх меры. Я же говорил, что могу управиться за месяц. Слушай, Розторн …

— Что?

— Каменные маги — обычное дело, так? ‑ спросил Браяр, поглаживая мясистые листья стоявшего рядом растения алоэ вера. ‑ Ну, знаешь, магия которых заключается в кристаллах, драгоценных камнях, и всё такое.

— Магия камней — обычное дело, да, ‑ ответила она. ‑ Большинству магов в какой-то момент приходится иметь дело с заклинаниями для камней. Ты спрашиваешь, есть ли каменные маги, которые подобны нам как растительным магам?

Браяр кивнул.

Розторн подумала.

— Да, есть большее число людей, чья сила происходит от камней, чем других видов окружающих магов.

Браяр почесал голову. Слово «окружающий» было ему известно.

— А, точно — маги, которые работают с магией, которая уже заключена в вещах.

Розторн подняла на него взгляд своих больших, проницательных карих глаз, скривив губы в усмешке:

— Не надо разыгрывать из себя деревенщину, козлик. Ты прекрасно знаешь, что означает слово «окружающий».

Как он мог объяснить ей, что после разговоров с Гадюками и Потрохами он мыслил как уличная крыса? Даже теперь, после четырёх лет регулярных приёмов пищи, любви и образования, он иногда чувствовал себя так, будто его голова была расколота на две части. Магия и храмы Живого Круга как-то не особо вязались с жизнью, в которой еду крали, а за ошибки расплачивались увечьями и смертью.