Тамора Пирс – Уличная Магия (страница 33)

Из сада его провели в обширный дом. Сразу направо от входа было большое, просторное помещение со стенами и полом из холодного белого мрамора, с выложенными мозаикой зелёного и красного камня лозами на полу и потолке. Ставни были открыты, но окна были закрыты изнутри резными деревянными экранами, чтобы люди не могли заглядывать внутрь. По полу были разбросаны подушки — для просителей, предположил Браяр. В дальнем конце помещения, с вооружённым длинным копьём Стражем по обе стороны, находился мраморный помост, покрытый длинными, плоскими подушками; более мелкие, пухлые подушки были навалены сверху.

На них восседал мужчина, отпивавший из крохотной кофейной чашки. Одновременно он переворачивал бумаги свободной рукой. Бумаги и кофейник были помещены на два низких деревянных стола.

Другой человек — был ли он мужчиной? — сидел на краю помоста, скрестив под собой ноги. Он носил паранджу мохунита, закрывавшую его с ног до головы; лишь глаза просматривались через оставленную для них щель. В отличие от синей паранджи, в которой Май скрывалась от Владык Ворот, эта была тёмно-серой. Её носитель был мохунитом-адептом — то есть магом.

Третий человек, секретарь в вуали, сидел за полноразмерным столом в тени за помостом. Браяру были видны лишь руки и накрашенные веки: секретарь был женщиной. Она деловито писала, в свете латунной лампы.

Её вид немного успокоил Браяра. Он подумал, привыкнет ли когда-нибудь к тому, как от женщин к востоку от Моря Камней ожидалось, что они будут держаться дома и семьи. Мало кого из них поощряли работать во внешнем мире так, как это было со знакомыми ему женщинами. Мутабир, наверное, неплох, если нанял женщину для такой важной работы.

Глава отряда Стражи вытянулся в струнку и произнёс:

— Этот юноша, который согласно нашему агенту является па́ханом по имени Браяр Мосс, экнуб из Саммерси, этим утром явился в дом Леди Зэнадии доа Аттанэ, Лорд Мутабир, как и па́хан Джебилу Стоунслайсер. Этот юноша был внутри дома в течение двух часов насчёт миниатюрного дерева. Когда он покинул дом, мы последовали нашим приказам и отвели его к вам. Па́хан Джебилу остался в доме.

— Очень хорошо, Хэ́дакс Йо́сон, ‑ голос пившего кофе человека был глубоким и мелодичным, большой голос для худого человека. ‑ Ты и твой отряд можете идти. ‑ Мутабир одевался неброско, для обладающего властью чаммурца, в свободные штаны из тёмно-зелёной льняной ткани, белую рубаху, чёрный кушак и тёмно-зелёную накидку с длинными рукавами. Украшений и вышивки у него не было; из-под его простого, белого тюрбана не свисало кос. Он проследил, как Стражи строем покинули комнату, и кивнул Браяру: ‑ Можешь приблизиться.

Тогда-то Браяр и понял, что он слишком долго пробыл с Розторн, Сэндри и Трис. Попавшая под их влияние часть его личности требовала, чтобы он встал как вкопанный, подбоченился и потребовал сообщить ему, что происходит, прежде чем он сделает хоть шаг вперёд. Они так неоднократно поступали, какие бы неприятности это ни вызывало. Против них Браяр выставил свою половину, бывшую беспризорником. Тот в течение десяти лет выживал за счёт того, что улыбался, кланялся, соглашался, произнося «ваше высочество» всем и каждому — и давал дёру при первой же возможности.

Беспризорник победил, в каком-то смысле.

— Не соблаговолит ли ваше высочество просветить меня, какое предъявляется обвинение, ‑ улыбнулся он, пытаясь казаться обаятельным.

— А ты совершил что-то, достойное обвинений? ‑ осведомился мутабир. Он сел более прямо, отложив кофейную чашку и бумаги. Чёрные и белые часто пересекались в его роду, решил Браяр. Его лицо было очень светлого коричневого цвета и с веснушками. Его волосы не были видны, скрытые тюрбаном, но его усы были тёмно-коричневыми и пышными.

— Никогда не совершал ничего незаконного, и никогда не буду, вашество, ‑ ответил Браяр.

Маг в серой парандже поднял маленький хрустальный шар на покрытых узорами из хны пальцах. В глубине шара танцевал красный свет.

— Он лжёт, милорд, ‑ голос был женским.

Мутабир поднял брови.

— Любопытно, ‑ задумчиво произнёс он. ‑ Не хочешь ли ответить на вопрос повторно, юный па́хан?

Браяр зыркнул на мага.

— Я не совершал ничего в последнее время, ‑ поправился он. Красный свет в хрустале погас. ‑ Я теперь совсем респектабельный, ‑ что-то затрепетало в глубине камня и пропало. ‑ На этой штуке что, заклинание истины? ‑ спросил он у мага. ‑ Как вы его наложили? Большинство говорящих истину просто смотрят и видят, врут им или нет.

Маг посмотрела на мужчину на помосте, тот кивнул. Она ответила:

— Я купила это устройство уже готовым у Джебилу Стоунслайсера. Заклинания нужно обновлять каждые три года, но процедура достаточно простая.

— Ха! ‑ воскликнул Браяр. ‑ Значит в старом огурце таки был сок, когда-то.

— Зачем ты пошёл в дом Леди Зэнадии? ‑ спросил мутабир.

Браяр посмотрел на него.

— Я продал ей миниатюрную лиственницу — это вроде сосны, хорошо защищает от пожара. Мне нужно было её разместить в новом блюде и в надлежащем месте в её доме.

Мутабир поискал среди бумаг, пока не нашёл нужную.

— Согласно нашим наблюдателям, ты повстречался с леди вчера в соуке Золотой Дом.

— Тогда она и купила дерево, ‑ объяснил Браяр.

— Ты видел что-нибудь необычное в её доме? ‑ поинтересовался мутабир. ‑ Необычные звуки или запахи?

— Не могу знать, ‑ указал Браяр. ‑ Я никогда не был там прежде, чтобы знать, что — обычное, а что — нет, ‑ мутабир ничего не сказал, лишь неуклонно глядел на него. Помедлив, Браяр добавил: ‑ У неё хороший садовник, ‑ мутабир продолжил смотреть.

Браяр почесал в затылке. Наверняка ведь проблемы леди, банда или привычки его не касались; то же было верно и касательно забот мутабира. Он определённо не был склонен начинать выбалтывать всё законникам на этом этапе своей жизни.

— Откуда ты? ‑ спросила маг, её голос прервал тишину так неожиданно, что Браяр дёрнулся.

— Саммерси, в Эмелане, ‑ ответил он, не отводя взгляда от мутабира.

— Частично правда, ‑ объявила маг.

Браяр зыркнул на неё.

— Разве эта штука не говорит вам, когда ответы непростые? ‑ потребовал он. ‑ Я родился в Хажре, но переехал в Саммерси, когда мне было десять.

Руки мага подняли хрустальный шар.

— Камни — создания простые, весьма прямолинейные, как выясняет большинство магов. Ты утверждаешь, что являешься истинным па́ханом. Как ты можешь этого не знать?

Браяр вздохнул:

— Я и есть истинный па́хан. Вы понятия не имеете, насколько. Просто не в области камней, ‑ он подошёл к магу, вытащив свой медальон и протянув его, чтобы она могла его увидеть.

Когда она наклонилась, чтобы посмотреть его, он показал ей и обратную сторону тоже. Без предупреждения она схватила его руки и осмотрела их, проведя покрытым хной кончиком пальца по одной из лоз. Та двигалась у Браяра под кожей, следуя за кончиком пальца подобно заворожённой змее.

Отпустив его, она издала звук, который весьма был похож на «хм». Она выпрямилась и кивнула мутабиру.

Махнув рукой, он отослал всех остальных, в том числе стражей и секретаря, прочь из комнаты. Когда остались только он, маг и Браяр, мутабир сказал Браяру:

— Это Па́хан Тура́ба Гардсо́лл[6]. Она — моя помощница.

Браяр кивнул покрытой паранджой женщине.

— Всё ещё не вижу, зачем я здесь.

— Леди Зэнадия доа Аттанэ — тётка амира, ‑ сказала Тураба. Её голос был резкий и слегка приглушённый её паранджой. ‑ Она купила нашему правителю его первого пони. Она — бабка его старших сына и дочери. Аттанэ служат в армии, во всех трёх духовенствах, в совете амира и в совете дворян. Она даже состоит в дальнем родстве с королём, властвующим в Хажре.

Браяр собирался было плюнуть при упоминании сотатского короля, как он обычно поступал, но передумал. Возможно, монарх им нравился. Кроме того, у Браяра закололо под селезёнкой. Эти люди что-то от него хотели. И что бы это ни было, он сомневался, что ему это понравится.

— Когда дело касается такого важного человека, любые попытки выяснить правдивость мерзких слухов должны предприниматься с осторожностью, ‑ сказал мутабир, медленно выбирая выражения. ‑ Любая из великих семей непременно отречётся от одного из своих как от преступника, если слухи будут доказаны. Однако, ещё непременнее дворянская семья нападёт на Стражу, если узнает, что Стража ведёт расследование по одному из них.

— Какие слухи? ‑ резким голосом спросил Браяр. ‑ Если вы имеете ввиду то, что она приютила банду, то об этом знает каждый от Улицы Колодцев до Триумфального Пути.

Тураба покачала головой.

— В последние десять лет прошли слухи о смертях, ‑ ответила она. ‑ Смертях и исчезновениях.

— Наши последние четыре Стража в этом доме исчезли, ‑ просветил его мутабир. ‑ Мы не нашли от них ни следа.

Так вот почему Браяр заметил шпионов, докладывавших Страже, когда его забрали — за домом следили снаружи, пусть и не изнутри.

— Так, ‑ сказал Браяр, осматривая лозы на своей руке со шрамом, ‑ вы бы взяли меня вообще, если бы не пропали четверо из ваших? Вы ведь совсем не помешали ей снабдить банду оружием, так ведь?

Мутабир поднял брови.

— Банды были в состоянии войны с тех пор, как Мохун создал тёмные закоулки в камне, ‑ сказал он Браяру. ‑ Если они убивают друг друга, едва ли это заботит меня и моих людей.

— Она хочет беспризорницу, которую ты нашёл, ‑ добавила Тураба, пока Браяр тоскливо думал о том, чтобы заехать мутабиру по морде. ‑ Она предложила девочке работу, подходящих наставников и место в её доме. Почему ты отказываешь ребёнку в такой возможности?