Тамора Пирс – Разбитое Стекло (страница 14)
Дэйма взял одну из благословлённых палочек слоновой кости, которые поступили в
— Отойди, Дэймакос Номасдина, а то и тебе потребуется очищение, ‑ произнёс чистый женский голос. ‑ Ты слишком близок к скверне.
Дэйма огляделся. Явились ответственные за мёртвых
— Я не касался её, ‑ резко ответил он. ‑ И ваши очищения стирают все следы, по которым у мог бы отследить этого
Повернувшись к ним спиной, Дэйма взял из своего набора бутылку шагоискателя, набрал его в рот, встал и оросил им пространство над мёртвой женщиной. Упав, капли шагоискателя явили размытые отпечатки ног, которые вели от тела к задней части помоста. Он пошёл по следам, спустился по двум ступеням к маленьким комнатам для собраний позади форума, мимо уборной для государственных служащих и по коридору к заднему входу. Он проследовал за отпечатками через незапертую дверь — и впечатался в стену серебряного пламени. Взвизгнув, Дэйма отпрянул. Он только что попытался пройти сквозь оградительный круг. Он не только не сумел пройти, теперь его лицо и ладони жгло так, будто он тёр их крапивой.
— Как мы сможем его поймать, если вы стираете все его следы? ‑ в бешенстве крикнул он стоявшему вне круга седовласому жрецу.
— Какой прок от его поимки, если его зараза расползётся по городу? Если ты примешь на себя его скверну, рискнёшь запятнать свой клан? ‑ холодно потребовал жрец. ‑ Наши души важнее этих мешков разложения и болезней, которые мы называем телами, Дэймакос Номасдина. Ступай, и пройди очищение.
Дэйма поёжился, и пошёл обратно внутрь Форума, сгорая от стыда. На миг он так увлёкся потребностью в поимке убийцы, что потерял из вида свой долг семье и самому Тариосу — не дать сопровождающей смерть скверне запятнать город. В лучшем случае он рисковал потерять душу и положение, в худшем — мог утянуть своих родственников и всех, кто касался его самого или его семьи, в изгнание, или хуже — в ряды
«Должен быть другой способ найти убийцу», ‑ говорил он себе, пока жрецы в Форуме очищали его молитвой, обрядами и благовониями. А потом он вспомнил о клерке. Тот сидел на скамье в задней части Форума, поставив рядом с собой корзину, и мрачно смотрел, как жрецы работали над мёртвой женщиной.
Дэйма вынул шар из корзины.
— Кто сделал это приспособление? ‑ спросил он.
Глава 4
Удаление всех иголок из лица Кислуна было трудоёмкой задачей. Трис сидела на столе, Кис — на стуле перед ней. Пока она работала, он рассказал ей, Нико и Джумшиде о своей жизни до и после летнего дня на берегу Сиф.
Когда он закончил, Нико сказал, внимательно разглядывая свои ногти:
— Вероятно, зерно магии, которое было в тебе с рождения, спасло тебе жизнь во время удара молнии, Кислун.
— Я ему совершенно не благодарен, ‑ проворчал Кис. ‑ Я бы не задумываясь отдал его кому угодно.
— Такого выбора у тебя нет, ‑ возразил Нико. ‑ Кроме того, пока ты не овладеешь молниевой стороной своей силы, ты не сможешь больше сделать ни одного нормального изделия из стекла — по крайней мере не выдутого. Принявшего форму благодаря дыханию, дарующему тебе жизнь. Поэтому тебе нужна Трис, а не стеклянный маг.
Трис нахмурилась.
— Неужели нет никого другого? ‑ потребовала она. ‑ Ох, не трудись отвечать, я знаю, что нет. ‑ Все иголки были вынуты. Она смочила ватку бальзамом, который сделал её названный брат, и промокнула ею кровоточащие точки на лице Киса.
— Ай! ‑ выкрикнул Кис, отдёргиваясь.
— Ты прямо как маленький, прекрати, ‑ приказала Трис. ‑ Ты выжил после удара молнии, перетерпишь и небольшое жжение.
Кис позволил ей продолжить.
— Но она же ученица, ‑ выразил он Нико своё несогласие. ‑ Ученики не учат!
— Да, ситуация необычная, ‑ успокаивающим голосом сказала Джумшида. ‑ Но молниевые маги так редки…
Джумшида и Кис ошиблись, и неудивительно. Нормальные ученики магов получали свои аттестаты после двадцати, и только после этого учили сами. Трис, две её названных сестры и названный брат — особый случай. Они полностью овладели своей силой, когда им было где-то тринадцать. Спиральный Круг выдал им их медальоны магов, заколдованные таким образом, чтобы до своего восемнадцатилетия все четверо не помнили о них, если только им не требовалось доказать, что они — маги. Мера эта была бесполезна: Трис была способна видеть магию и чувствовать металл, поэтому она всегда знала, что именно она носила.
Она взглянула на Нико; тот кивнул. Трис отложила в сторону бальзам, запустила руку за пазуху, и вытащила ленту, с которой свисал медальон. Металлический кругляш отливал серебром, но на самом деле был из сплава серебра и других металлов. Завитая эмблема Спирального Круга была оттиснута на обратной стороне, указывая на то, где Трис получила медальон. Имена Трис и Нико были начертаны по краям лицевой стороны: ученица и основной наставник. В центре маг-кузнец Фростпайн выгравировал маленькие, но всё же видимые глазу вулкан, молнию, волну, и циклон, чтобы показать, к чему относилась погодная магия Трис. Она не любила показывать медальон. Ей казалось, что это было слишком похоже на хвастовство.
— Если она — маг, то почему я ни разу не видел её магического набора? ‑ потребовал Кис. ‑ Вы оба носите свои с собой, хотя вы всего лишь на конференцию пришли, ‑ он указал на дверь в холл, где на столе лежали магические наборы Джумшиды и Нико, упакованные в аккуратные рюкзаки.
Трис выпустила из рук медальон, и снова взялась за бальзам. Затем нанесла ещё немного на раны Киса.
— Я свой набор мага ношу с собой постоянно, ‑ ответила она, прищурившись, чтобы рассмотреть кровавые точки под его коротко стриженными золотыми волосами. Жестом руки, державшей ватку, она указала себе на голову: ‑ Вот здесь.
— Твой набор мага — твой череп? ‑ спросил Кис.
Трис хмуро на него посмотрела, хотя её прикосновения остались мягкими.
— Мои косички, Кислун, ‑ ответила она. Трис со вздохом выпрямилась; похоже было, что она обработала все уколы. Те, до которых она добралась первыми, уже зажили. К утру ран не будет заметно. Браяр, её названный брат, делал хорошие снадобья с помощью своей растительной магии. ‑ Я храню в моих косичках силу, на случай необходимости. Она в них держится потому, что я их укладываю в определённые узоры. ‑ Она отложила бальзам в сторону, и указала на самую толстую косичку. Та шла от передней части головы до загривка. ‑ Здесь сила земли, вытянутая из нескольких землетрясений. Сила приливов — вот в этих косичках, ‑ она коснулась двух других на обоих висках. ‑ Если я устала, то могу из них черпнуть немного силы — или много, в зависимости от того, что требуется.
— А потом ты теряешь сознание, когда сила кончается, ‑ сказал Нико. ‑ Если быть точным, ты сляжешь после использования любой косички, кроме самых маленьких.
Трис пожала плечами, и процитировала любимую поговорку одной из своих двоюродных бабок:
— Любое дело сопряжено с определённым риском, ‑ она взглянула на Кислуна, и увидела, что тот ей не поверил. ‑ Эти, ‑ она указала на ещё четыре косички по обе стороны головы, ‑ содержат мощные молнии. Тонкие косички по обе стороны лица — для быстрых дел.
— Например, чтобы долбануть меня, ‑ сухо произнёс Кис.
Чайм издала шипение, в котором Трис послышалась угроза.
— Я ведь сказала тебе, чтобы ты остановился, ‑ напомнила она Кису. ‑ Если бы я знала, что ты боишься молний, я бы использовала что-то другое — но ты заставил меня поторопиться.
— Какие-то ещё косички, о которых мне следует знать? ‑ поинтересовался Кис, снисходительно улыбаясь.
— О, несколько с ветром, и кое-какие с жарой. С дождём нет, к сожалению. От него у меня волосы завиваются. А потом сила начинает утекать через выбивающиеся из косичек локоны. И так уже нелегко держать всё в гладком состоянии, из-за молнии в моих косичках, ‑ произнесла Трис своим наиболее прозаичным голосом. «Он, вероятно, думает, что Нико не хочет портить шутку насчёт погоды в моих волосах, и поэтому не говорит правду», ‑ думала она. «Ну и ладно. Если мне придётся его учить, — а я действительно знаю, насколько редки молниевые маги, — то дело пойдёт плохо, если он будет меня опасаться».
Она бросила взгляд на Джумшиду, и у неё внутри всё оборвалось. Бронзовая кожа хозяйки их дома приобрела пепельный оттенок.
— Что ж, ‑ сказала Джумшида. ‑ Можно предположить, что Совет Адептов Спирального Круга знал, что делает.
— Обстоятельства были необычные, ‑ объяснил Нико. Он не сказал о широте талантов Трис ни Джумшиде, ни кому-либо другому. Трис попросила его умалчивать об этом, в отсутствие необходимости. За свой последний год в Спиральном Круге она видела, как другие подобно Джумшиде испытывали шок — или хуже: злость, неприязнь или даже ненависть — по отношению к ней и её друзьям, хотя они были такими, какими были, не по своей воле.