Тамора Пирс – Книга Даджи — Огонь в Горне (страница 26)

«Нет, Нико», - хором ответили Браяр, Трис и Даджа.

«Тогда начинайте осматривать. Мы впятером должны знать лёд и почву в этой местности наизусть».

Когда они вернулись в свои тела, был уже почти полдень. Польям, Розторн и Ларк были на балконе вместе с Медвежонком и скворцом Криком, разговаривали, кормя птицу яичными шариками. Услышав стоны, когда пятеро исследователей попытались размять затёкшие тела, женщины пошли помочь им встать. Сэндри, только проснувшаяся, поспешила помочь им.

Как только всем снова стало комфортно, Польям взяла деревянную шкатулку, которую она поставила на столик.

— Наш караван уходит сегодня после полудня, теперь, когда Мастер Файртэймер уверяет нас, что пожары на полях рядом с южной дорогой погашены, - формально объявила она. - Пришло время завершить нашу сделку.

Шкатулка была красивой, из блестящего резного дерева, выложенного перламутром. Когда Польям открыла её, они увидели, что внутри она была выложена мягким чёрным бархатом.

Даджа осторожно поместила горшок с железной лозой на большой стол. Польям открыла лежавший в шкатулке кошель из тонкой кожи, и вытащила оттуда пять золотых монет. Две были шириной в три дюйма, и больше походили на медальоны, чем на деньги. На одной стороне был герб правящих герцогов Эмелана: обрамлённый маяками корабль, с защитной руной наверху, и закрытой спиралью внизу. На другой стороне было изображение гавани, вход в которую слева охраняла массивная прямоугольная башня, а справа — тонкая, острая башня, стоящая на куске скалы. Это было точное воспроизведение гавани Саммерси.

— Чтоб меня … - пробормотал Браяр. У него зачесались пальцы пощупать монеты. Скольким людям довелось увидеть золотую маджу хоть раз в жизни? До появления денег их долгий торг был игрой. Но не теперь.

С медленной церемониальной осторожностью Польям положила каждую маджу перед растением. Рядом с ними она поместила три монеты поменьше: золотые астрелы.

— Я удовлетворена, - автоматически произнесла Даджа, хотя это было не так. Деньги никогда на самом деле не интересовали её, интересовал только возможность снова поговорить с Торговцем. Теперь эта возможность почти прошла. Когда Польям — со своим караваном — уедет, Даджа снова останется одна среди каков.

Браяр взял монеты, и протянул их Дадже. Она отвернула голову в сторону. Помедлив секунду, он передал их Ларк, которая упрятала их в свой поясной кошель.

Когда Польям посмотрела на лозу, и вздохнула, Даджа быстро сказала:

— Я помогу тебе отнести её обратно. Мы можем воспользоваться тачкой. И я бы хотела какое-то время ехать вместе с караваном — точнее за ним, вместе с Польям, - сказала она, взглядом испрашивая у Фростпайна и Нико разрешения. - Я вернусь до темна, - когда они помедлили, - она добавила: - Наверняка, если для них достаточно безопасно уезжать, то и для меня достаточно безопасно пройтись пешком.

— Вот где вы все, - в открытых дверях стояла Леди Инулия. - Вы голодны? Я хочу пригласить Леди Сэндрилин, и вас, магов — и ваших юных воспитанников, конечно — на полдник на нашей наблюдательной башне. У Ярруна есть, что показать нам. Милорд Герцог уже принял приглашение, - бросив взгляд на Польям, она добавила: - Я знаю, что тебе не терпится отправиться в путь, уирок.

Даджа опустила взгляд, сжимая зубы из-за едва прикрытого предложения идти куда подальше в словах леди.

— Я должна отклонить приглашение, - холодно сказала она. - Я помогаю Польям из Десятого Каравана Идарам отнести её товары к её народу, - «и я надеюсь, что они будут обжуливать тебя, твоих детей, и твоих внуков на каждой сделке с вами отныне и до конца вечности», - безмолвно добавила она, - «как».

Остальные трое молодых людей выглядели, как будто им неудобно, но они не могли отказаться. В отличие от Даджи, у них не было наготове никаких отговорок. Нико принял приглашение от имени их всех, и согласился прийти к башне, когда колокол пробьёт полдень.

— Оставь это себе, - сказала Польям, отодвигая от себя выложенную шкатулку. - Караван всё равно сожжёт её, было бы жаль хорошую работу. Кроме того, под бархатом спрятан брикет чая Торговцев — мне пришлось его вынести тайком.

— Спасибо тебе, - прошептала Даджа.

— И спасибо вам, - сказала Польям. Она поклонилась Ларк, Розторн, Нико и Фростпайну. - Для меня было честью познакомиться со всеми вами. Я много лет слышала ваши имена. Было приятно обнаружить, что вы заслуживаете всех похвал, и даже больше.

Они поклонились ей в ответ.

— Пусть дорога твоя будет легка, а прибыли — велики, - сказала Ларк на языке Торговцев.

Польям пожала плечами:

— Сомневаюсь, - ухмыльнулась она, хватая посох поудобнее. - Я снова буду просто уироком — после того, как в течение десяти дней буду следовать за караваном и омываться в каждом пруду и ручье. Было здорово, почти так же хорошо, как быть дакой, - она посмотрела на друзей Даджи. - Мы ещё встретимся. Гилав собирается сделать Спиральный Круг одной из остановок на нашем маршруте.

Как только Даджа погрузила растение на тачку, которую одолжил им гончар, Польям неуклюже поклонилась на прощание, и первой покинула комнату.

Ларк вздохнула:

— Если мы должны присоединиться к её Светлости и её ручному магу, то давайте приведём себя в порядок.

Когда Даджа и Польям вышли из лежавшей у замка лесополосы на открытый участок вокруг главной дороги, девочка могла видеть, что Десятый Караван Идарам был готов отправиться в путь. Все были упакованы и загружены. Семьи ели холодный полдник, дети постарше зорко следили за горсткой коз, лошадей и редких коров. Матери раздавали еду, и ели, уже нося малышей в закреплённых на спинах сумках. Мужчины и мальчики проверяли своё оружие. Даже собаки держались поближе.

Даджа остановилась у кромки леса, борясь со с образовавшимся в горле комком. Способ передвижения был совсем другой, но некоторые вещи не менялись: и Белые, и Синие Торговцы обвешивали своё снаряжение яркими синими помпонами и связками колокольчиков, чтобы отпугивать демонов. Младенцы носили синие шнуры на запястьях, а все дети до двух лет — маленькие золотые серьги-колокольчики. Большинство девочек носило на ногах браслеты с маленькими колокольчиками, а мальчики — голубые повязки на запястьях. Мужчины и большая часть детей носили штаны и длинные куртки до бёдер; многие женщины и девочки постарше носили яркие юбки, блузки с короткими рукавами, и длинные безрукавки. Даджа всю жизнь, пока не потонул корабль её семьи, прожила среди людей, которые одевались и украшали вещи именно так.

— Туда, - сказала Польям, направившись к маленькой, старой телеге. Она, и тянувший её старый ослик, были оставлены рядом с деревьями. Увидев её, Даджа изумлённо моргнула. Телега была выкрашена в ярко-жёлтый цвет; с упряжи осла свисали жёлтые помпоны.

— Мне и осла тоже придётся очищать, - пробормотала Польям, помогая Дадже загрузить растение в заднюю часть телеги. - В каждом озере, и каждом ручье.

Даджа забралась в телегу — что Польям было бы трудно сделать — чтобы закрепить горшок. Она завязала верёвки, которые не позволят ему болтаться, быстрыми, эффективными морскими узлами. Работая, она держала голову опущенной, чтобы не видеть, как Торговцы тихо переговариваются, и отводят от неё взгляд.

— Ты жалеешь обо всём, что случилось? - тихо спросила она Польям.

Уирок прислонилась к борту телеги.

— Не думаю, несмотря на кунсуанен и всё остальное, - так же тихо ответила она. - Произошедшее заставило меня ценить то, что я всё ещё Цо'ха, вот что я могу сказать, - она посмотрела на своих соплеменников. Один из уголков её широкого рта изогнулся вниз, придавая её лицу неожиданно суровое выражение. - Вам что, делать больше нечего, кроме как таращиться? - громко потребовала она. - Вы что, никогда раньше трэнгши не видели?

Даджа украдкой глянула на других Торговцев. Они вдруг нашли занятия, которые позволили им повернуться спиной к ней с Польям. Она неожиданно улыбнулась. В данный момент было трудно — почти невозможно — жалеть уирока, и гораздо легче жалеть остальную часть Десятого Каравана Идарам.

— Теперь я никогда не буду смотреть на всё это так, как прежде, - призналась Польям, вновь понизив голос. - Раньше я думала, что они были правы, а я — нет.

Даджа уставилась на неё, открыв рот.

— Я думала именно так.

— А теперь ты гадаешь, может, ты права, а наш народ — нет? - спросила Польям.

Даджа помедлила, затем кивнула.

— Значит, мы обе чему-то научились, - сказала ей Польям. - И кто знает? Может быть, нам следовало получить этот урок.

Высокий мужчина с морщинистым лицом, носивший короткий, окрашенный зелёными и чёрными полосами плащ ведущего в пути, поднял свой посох, и издал высокий, длинный, переливчатый клич. Женщины по всему каравану добавили к нему свои трели, пока Дадже не начало казаться, что деревья начнут дрожать от звука. Мужчина направил свою лошадь по дороге на юг. За ним последовали несколько других всадников. За ними поехала первая повозка, принадлежавшая гилаву, с окрашенным с режущие глаз цвета навесом, и обитую отполированной до блеска латунью. Другие повозки, всадники и пешеходы двинулись следом, и караван начал своё путешествие.

Польям неуклюже взобралась на сидение телеги, проклиная свою застрявшую деревянную ногу. Наученная опытом, Даджа не стала предлагать её помощь. Как только Польям высвободила ногу, и устроилась, Даджа взобралась, и села рядом с ней, и отложила свой посох в заднюю часть телеги, вместе с посохом Польям. На короткий, очень короткий миг Даджа Кисубо снова была Торговцем.