Тамора Пирс – Холодный Огонь (страница 19)

К юго-востоку от Водоворота шло главное русло реки, протекавшей мимо губернаторского особняка на Дорн Пойнт. На холмах вдоль южного берега реки стояли поместья дворян. Их выстроенные из бледного мрамора стены послужили этому месту источником насмешливого прозвища: Жемчужный Берег.

Когда они съехали с моста на идущую вдоль берега реки дорогу, Джори продолжила свой рассказ:

— Поткракер уговорила Императрицу дать ей кучу денег, чтобы обустроить кухни-госпитали, которые могли бы помогать и бедным тоже, а ещё Императрица заставила и дворян раскошелиться. Поткракер построила кухни в пяти городах, но в основном она работает… там, ‑ указала Джори.

Впереди них лежала стена, огибавшая сзади четырёхэтажное здание в ярком свете фонарей. Ставни на окнах здания были накрепко закрыты, ограждая помещения от холода и тьмы. В замёрзшую реку выступали пристани, где летом могли разгружаться корабли. У находившихся ближе всего к их дороге ворот выстроилась очередь из саней.

Даджа посмотрела на здание, и улыбнулась. Вокруг всех видимых ею окон и дверей были начертаны испускающие яркий магический свет руны здоровья и защиты.

— Госпиталь Йоргири, и его кухня, ‑ сказала Джори, подпрыгивая от нетерпения.

Даджа хотела было сказать ей, что горбатиться ради того, чтобы накормить нищих — это не такое славно-героическое занятие, каким она его, похоже, считала. Но Даджа передумала. Джори совсем не помешает ощутить вкус реальной жизни.

Глава 6

Даджа и Джори обогнули цепочку людей, заносивших в огромную кухню госпиталя свежие припасы. Когда они казались внутри, их окутала волна смешанных запахов — свежего хлеба, пареного ячменя, тушёного мяса. Дадже было видно, что Джори заметила блеск рун и защитных заклинаний, ограждавших здание от неконтролируемого огня, крыс, мышей и плесени: знаки были начертаны на потолке, на всех дверях, на стенах, даже на полу. Где-то справа Даджа услышала равномерный глухой стук, какой бывает, когда кто-то месит тесто. Закрыв глаза, она подумала, что она будто была в большой кухне Спирального Круга, где правил маг-повар Горс, и откуда никто не уходил голодным.

Кто-то выругался по-наморнски. Иллюзия в голове Даджи испарилась. К тому же, Горс никогда не делал суп из проса и бекона, любимое в Кугиско блюдо, обладавшее характерным запахом. Несмотря на эту разницу между кухнями, какая-то напряжённость внутри неё поутихла. Она не была магом-поваром, но ей было знакомо ощущение того, что она находилась во владениях кухонного мага. Она находилась в хорошем месте.

— Не стой как вкопанная, ‑ послышался резкий голос. Дадже в грудь ткнулся мешок с мукой; она его поймала. ‑ Отнеси в погреб.

Даджа посмотрела в чёрные, острые глаза. Они находились на светлом лице с кожей оливкового оттенка, увенчанном массами небрежно пришпиленных волос, которые были мягкими и тёмными как чёрная шерсть. У женщины была квадратная челюсть и прямые губы, а по центру лицо было разделено горбатым носом. Под полноразмерным белым фартуком она была одета как респектабельная домовладелица, в коричневое шерстяное платье с простым стоячим воротником. Рукава были закатаны, обнажая предплечья, бывшие почти такими же мускулистыми, как у Даджи.

— И если бросишь всё там на полу, то я тебя на суп пущу! ‑ крикнула женщина вслед, когда Даджа пошла вслед за остальными грузчиками через дверь в задней части кухни. ‑ Я тобой смогу всю палату накормить!

Оглянувшись во время спуска по лестнице, Даджа увидела, что Джори тоже припахали, нагрузив мешком лука. Следовавший за ней Серг нёс мешок с рисом.

Увидев Даджу, он пожал плечами:

— Они говорят, что позаботятся о конях и санях, и что никто не поест, пока не занесут припасы. Я не хочу, чтобы больные остались голодными.

Они ещё трижды спускались в кладовую в погребе — в последнюю ходку их нагрузили целой свиной тушей, завёрнутой в ткань. После этого Даджа была готова пойти домой. Вместо этого она обнаружила, что сидит за длинным столом с булкой в руке, что перед ней стоит миска с густой похлёбкой, а рядом находится тарелка с пастернаками в мясном бульоне. Кто-то передал ей чашку с молоком. Она думала, что уже наелась угощений магов-поваров, но еда пахла так здорово. И конечно же, ей следовало попробовать выставленные перед ней блюда, просто из вежливости. К тому времени, как она закончила их пробовать, миска и тарелка были пусты, а от булки остались лишь крошки.

— По крайней мере, ты знаешь, что тебе нужно есть, с таким-то телом, ‑ послышался резкий голос. Даджа посмотрела на владелицу этого голоса, та сидела напротив. ‑ Я видела при дворе девушек с широкой костью, с большими мышцами — они клевали как птицы, падали в обморок, болели и умирали. Младшая дочь Герцога Эйлига заморила себя голодом до смерти. «Не боритесь с телом, ниспосланным вам богами», говорила я им, но разве они слушали? ‑ Женщина протянула руку и схватила запястье Даджи, закатала ей рукава тулупа и рубахи. ‑ Хорошие руки. Как у кузнеца. ‑ Она сжала пальцы Даджи. ‑ Кто ты, кузнец? Я — Оленника.

— Даджа Кисубо, ‑ ответила она, приветливо сжимая в ответ пальцы кулинарного мага, после чего женщина отпустила её руку. ‑ Из Эмелана. Я здесь с моим наставником, Винэйном Фростпайном. Это — Джоралити Банканор. Он — Серг.

— Банканор? ‑ Оленника подняла свои прямые чёрные брови. ‑ Далековато ты забралась от Кадасепа, дочь Банканора.

Джори была настолько переполнена благоговением перед великим магом, что потеряла дар речи. Девочка не отрывала от Оленники глаз.

— Видишь ту дверь? ‑ Оленника махнула ладонью в сторону двери в стене напротив их стола. ‑ Принеси мне унцию трюфелей, три нитки шафрана, столовую ложку крупно нарезанного укропа, корень имбиря, столовую ложку петрушки и столовую ложку эстрагона. Там есть подносы и чаши, и все необходимые тебе инструменты. ‑ Она дала Джори большой железный ключ. ‑ Иди, ‑ приказала она.

Джори пошла.

Даджа сказала:

— Мы ищем ей наставника. ‑ Она почему-то знала, что ей не нужно было рассказывать женщине о силе Джори.

— Есть много кулинарных магов ближе к Кадасепу, ‑ заметила Оленника. Она поманила к ним девушку, нёсшую чайник и поднос пиал.

«Тут — никаких стаканов», ‑ удовлетворённо подумала Даджа, пока девушка наливала им чай.

— Я знаю. Мы у них уже были сегодня. ‑ Даджа поднесла свою пиалу к носу и вдохнула. Даже пар от чая был освежающим. ‑ Джори хотела сюда. Она не была уверена, что вы берёте учеников.

— Почти никогда не беру, ‑ сказала Оленника. ‑ Я послала её в мою личную мастерскую. Там ничего не помечено. Если она действительно владеет силой, то сможет найти то, что я потребовала. Но не думаю, что мастер Гильдии Ювелиров позволит своей дочери учиться в Черномушной Топи. Мы готовим изысканные блюда где-то четыре раза в год, когда госпиталь устраивает приём для богатых, чтобы взять с них денег. В остальное время мы готовим для больных и бедных. В большом количестве, без всяких изысканных специй или сложных рецептов. Ей следует учиться у Валерьяна.

— Раввики Джори не хочет учиться у него, ‑ мрачно сказал Серг.

Оленника посмотрела на Даджу:

— Тебе-то это зачем, Кисубо? ‑ спросила она. ‑ Почему маг с юга водит дочь Банканора по наставникам?

— Вы знаете, что я — маг? ‑ спросила Даджа. Она поморщилась, осознав глупость своего вопроса. Латунная рукавица на её левой кисти уже показывала, что она не была типичной южанкой.

Оленника улыбнулась уголком рта:

— У меня есть нос, девушка, ‑ ответила она. ‑ Раввики — как растёртые в ладони листья мяты. Ты… ты — поляна мяты, по меньшей мере в пол акра, на которой повалялся табун лошадей. Почему ты здесь?

Даджа объяснила. К тому времени, как она закончила, Джори вернулась с подносом, заполненным маленькими чашками и тарелками. В каждой из них что-то было. Она поставила поднос на стол, вытерла ладони о юбку, поморщилась, и отряхнула те места, где она вытерла ладони.

— Не суетись, ‑ приказала Оленника, тыкая пальцем содержимое чашек. Джори замерла.

— Верни всё назад, как было. ‑ Когда Джори ушла, Оленника повернулась к Дадже: ‑ Полагаю, что она не будет проводить весь день с одним наставником. Полагаю, она также берёт уроки музыки, танцев, и читает.

Даджа кивнула. Её впечатлило то, как проворно Оленника обращалась с Джори. Учёба здесь пойдёт девочке на пользу. Тихий Инагру, похоже, не был готов к вспышкам энтузиазма Джори.

— Эту неделю она может оставаться столько, сколько нужно, ‑ объяснила Даджа. ‑ Но потом — только по утрам. Я думаю, что по мере продвижения её учёбы можно будет убедить её семью позволить ей оставаться дольше. Они вполне благоразумны.

— Как скажешь. ‑ Оленника встала. ‑ Пора готовить на завтра, ‑ сказала она. Оленника выглядела усталой. Когда Джори вернулась, Оленника сказала ей: ‑ Устроим испытание. Приходи завтра, будь готова к работе.

Джори взвизгнула, и обняла Оленнику за шею. Затем сглотнула, отпустила женщину, и на миг легкомысленно покружилась на месте. Сделав глубокий вдох, она взяла себя в руки и побежала за их тулупами одеждой.

Оленника посмотрела ей вслед:

— Через неделю она либо будет моей ученицей, либо будет рада учиться у Инагру или Валерьяна, ‑ сказала она, твёрдо кивнув. ‑ Посмотрим. ‑ Она повернулась к Дадже и грустно улыбнулась: ‑ Есть только одно «но», ‑ начала она.