Тамора Пирс – Холодный Огонь (страница 16)

Джори глубоко вздохнула:

— Мама, ‑ пожаловалась она.

— Твоя мать права, ‑ твёрдо добавил Коул. ‑ Ты не сможешь попробовать одного, или другого, а потом через месяц решить, что тебе хочется ещё кого-то. Это занятые люди. Они достаточно любезны, чтобы предложить стать твоими наставниками, поэтому и ты будешь вести себя любезно и отнесёшься к этому серьёзно.

Джори выпятила подбородок, затем посмотрела в спокойные глаза отца. Её подбородок мгновенно ретировался; она опустила взгляд. Она очень тихо произнесла:

— Я буду, Папа.

Глава 5

На следующее утро Даджа проснулась ещё до того, как услышала хихиканье и щелчок дверного запора; редко кому удавалось дважды застать её врасплох одним и тем же образом. Она села в кровати и зыркнула на вошедших в комнату близняшек:

— Вы считаете это забавным? ‑ поинтересовалась она.

— Но мы же ради тебя это делаем, ‑ самым невинным образом сказала Джори.

— Если это — месть за то, что я нашла у вас магию, то она вам удалась, ‑ уведомила их Даджа. Она сбросила с себя одеяло и попыталась встать с кровати. После вчерашнего урока катания на коньках у неё задеревенели и болели части тела, от которых она такого совсем не ожидала. Накачанные за годы работы молотами мускулы ныли так, будто она вчера впервые взяла молоток в руки. Её спина представляла из себя одну большую ссадину.

— Мне было не так больно, когда я училась, ‑ заметила Ниа, пока Даджа ковыляла к кувшину с водой.

Джори предположила:

— Возможно, ты не так много падала.

— Не думаю, что она падала чаще, ‑ сказала Ниа таким голосом, будто она и впрямь хотела помочь. ‑ Может быть, Даджа бьётся об лёд сильнее, потому что она такая большая.

Даджа обернулась, гневно уставившись на них:

— Если не хотите провести остаток зимы застрявшими по колено во льду, то спуститесь вниз и будете ждать меня там.

— Как можно застрять во льду? ‑ потребовала Джори, пока Ниа тащила её прочь из комнаты.

— Она расплавит лёд у нас под ногами, а потом позволит ему снова затвердеть, ‑ ответила Ниа, закрывая дверь в комнату Даджи.

Даджа уставилась в своё отражение в зеркале.

— Если так себя чувствуют старики, то старость мне не нравится, ‑ сказала она своему отражению. ‑ Я же не обязана это делать. Многие люди просто ходят. Им не обязательно ездить на коньках. ‑ «И они целую вечность добираются куда угодно», ‑ ответила предательская часть её мозга.

Ей каким-то образом удалось одеться и доковылять до первого этажа. Когда она вышла из дома в зимней одежде, неся на нывшем плече коньки, она увидела, что близняшки уже установили свежие факелы и катались с птичьей грацией, выписывая петли, кружась и скользя спиной вперёд, подмигивая бликами коньков на стопах в свете факелов.

«Ох», ‑ подумала Даджа, вздыхая с тоской. «Вот, почему я хочу научиться».

Она была большой, сильной девушкой, никак не изящной, в отличие от её приёмной матери Ларк, не элегантной как Матази Банканор. Обычно ей нравилось быть большой и сильной: это помогало управляться с железом, латунью и бронзой. Тем не менее, порой ей хотелось немного изящества, например когда она обнаружила, что большинство юношей предпочитали более низкорослых, более тонких девушек, или в день, когда Тэйрод показал ей сделанные из железа кружева. Конькобежцы в каналах Кугиско навели её на мысль, что она тоже сможет быть элегантной, на время, со своим собственным телом. Она хотела по крайней мере попробовать.

Она села на скамейку, и надела коньки. Когда близняшки скользнули поближе, и встали, наблюдая, Даджа поднялась на ноги. На этот раз она зарылась концом одного из коньков в лёд, пока не ощутила, что находится в равновесии. Затем она оттолкнулась, одновременно выдернув конёк изо льда. После этого она оттолкнулась тем коньком, скользнув в центр ледового поля. Чувствуя плавность своего движения, его грацию, Даджа слишком оживилась. Её следующий толчок оказался слишком сильным. Она пролетела через весь водоём и шмякнулась лицом в снежный сугроб.

«Ой», ‑ сказала она. У неё расплющило нос.

Близняшки подняли её на ноги. «Я хочу научится», ‑ мрачно сказала себе Даджа. Она снова оттолкнулась, и начала скользить к центру водоёма.

После завтрака Ниа и Джори вихрем вынеслись из дома, и вскарабкались в ожидавшие их сани Серга. Когда они устроились, Даджа забралась внутрь, опираясь на посох.

— Вы двигаетесь как старуха, ‑ в недоумении заметил Серг. ‑ Но вы же были в порядке вчера.

— Это катание на коньках, ‑ уведомила его Джори. ‑ Она очень сильно старается.

— А ты очень стараешься вывести меня из себя, ‑ сказала Даджа, пытаясь поудобнее устроиться на обитом сидении. Она бросила взгляд на небо: оттуда, кружась, медленно падали толстые снежинки. ‑ Надеюсь, что снегопад не усилится.

— Не усилится, ‑ ответила Ниа. ‑ Вестник погодного мага проходит мимо каждое утро. Сегодня должен быть только такой вот снегопад. Снег скопится, но его будет не так уж много.

— По крайней мере, если погодный маг не ошибается. Обычно они правы, ‑ внесла свою лепту Джори.

— Не накликайте беду, Раввики, ‑ сказал Джори Серг. ‑ Вимэйси Даджа, я жду приказаний.

— Камок Оукборн, ‑ начала Даджа.

— Улица Найри, ‑ ответил Серг. Он цыкнул на коней и с грациозной лёгкостью выехал из ворот.

Когда они прибыли, ученик завёл Даджу и девочек в большую мастерскую Камока Оукборна, а потом пошёл искать мастера. Им не пришлось долго ждать, прежде чем Камок присоединился к ним.

— Вимэйси Даджа, ‑ сказал он, кивнув. Он посмотрел на Ниа: ‑ Это та девочка, о которой ты говорила?

— Ниамара Банканор, это Винэйн Камок Оукборн, ‑ сказала Даджа, дав ему наморнский титул мага. Когда Ниа сделала реверанс, Даджа добавила: ‑ А это — её сестра Джоралити. ‑ Джори тоже сделала реверанс. ‑ Джори не разделяет магию Ниа, Винэйн Камок.

— Это я вижу, ‑ сказал он. ‑ Что ж, идём, Раввики Ниамара. Устрою тебе экскурсию. ‑ Он повёл Даджу и близняшек по мастерской, рассказывая Ниа, какую работу здесь выполняли. Он задерживался ненадолго, проверяя работу своих людей, прежде чем идти дальше. Ниа смотрела на всё расширенными и блестящими глазами, вдыхая запахи краски и стружки будто духи. К тому времени, как они достигли второго этажа, её тёмное и практичное платье покрылось опилками и разнообразной стружкой. Её кремово-коричневые щёки раскраснелись.

«Здесь ей и место», ‑ осознала Даджа. Вспомнив свои опасения после встречи с Камоком, она добавила «Ну, или в какой-то похожей мастерской».

На другом этаже плотники трудились над всем, начиная от столов и заканчивая кроватями. Джори к тому времени начала скучать; Даджа послала её купить горячего сидра и подождать с Сергом у саней.

Даджа с трудом поднялась ещё по ступеням вслед за Камоком и Ниа, по-прежнему очарованной всем её окружавшим. На третьем этаже занимались тонкой работой: инкрустации на изысканных шкатулках, столиках и шкафах, детали для ткацких станков и прялок, даже кукольный домик в стиле восточного Наморна.

— Большинство заведений — меньше, ‑ объяснил Камок для Ниа. ‑ Я не специализируюсь, поэтому вместо того, чтобы бегать весь день от одной мастерской к другой, я поместил их всех под одну крышу, и поднимаюсь по лестницам, чтобы поддерживать себя в форме. ‑ Он грустно улыбнулся Дадже. Девочке же он сказал: ‑ Примерно половина моих людей обладают магией работы по дереву, как я уже говорил Вимэйси Дадже. Все они — специалисты. Если решишь учиться здесь, то сначала тебя будет учить один из старших магов-учеников. Я не занимаюсь начинающими. Учить тебя будет Арнэн.

Он указал на среднего роста молодого человека в очках и с аккуратно подстриженными карими волосами и бородой. Он сосредоточенно придавал форму деревянному дереву, которое вверху было плоским, образуя стол: Даджа видела, как за его руками светящимися серебряными канатами следует магия, как его сила впитывается в древесину. Древесина была вырезана и выморена так, чтобы напоминать вековое дерево с юга, искривлённое и узловатое из-за долгого, очень медленного роста.

— Арнэн хорошо умеет обращаться с начинающими, ‑ сказал Камок. ‑ Мне приходится позволять ему время от времени выпускать пар с помощью этих вычурных изделий. Остальную часть времени он делает лучшие бочки и оси, какие только можно купить за деньги. Эти бочки держат абсолютно что угодно, а его оси никогда не ломаются.

Глядя на дерево Арнэна, Даджа подивилась разуму, способному перепрыгивать с бочек и телег на что-то настолько прекрасное. Арнэн напомнил ей Браяра, который переходил от прополки храмовых полей к приданию формы миниатюрным деревьям — не просто для подгонки их к магии, но потому, что в самом дереве было очарование.

Камок открыл дверь в одну из классных комнат, похожую на ту, что была в Доме Банканор. На стенах не было карт. Вместо парт были длинные столы и верстаки. Вдоль одной из стен стоял длинный стеллаж с книгами; на другой висела большая доска. Кто-то начертил на ней магические руны для силы: гибкой силы, твёрдой силы, выносливости.

На столе стоял набор деревянных кубиков размером примерно с кулак Даджи. Камок потыкал их узловатыми пальцами.

— Подойди сюда, девочка, ‑ приказал он. ‑ Посмотрим, что ты знаешь.

Ниа подошла, глядя на кубики, а не на лицо Камока. Она взяла один из кубиков.