Тамора Пирс – Боевая Магия (страница 41)
— Небесное погребение практикуется уже тысячи лет, — ответил Ланго. — Обычно у нас для мёртвых больше церемоний, но война оставляет нам мало времени на празднование мира. Конец всё равно один. Животные поглощают нас, и возвращают нас в Гьонг-ши. — Он кивнул Суде и её капитану. Они подошли ближе, чтобы послушать, что он говорил. — Вы же видите опасность. Здесь у нас янджингские солдаты, которые забрались так далеко в равнину. Нужно двигаться дальше.
Тем вечером они были вынуждены разбить лагерь на открытом месте, вместе с беженцами из двух деревень. Браяр в первый раз увидел Судамини как командира, когда она выбирала место для разбития лагеря, и выбирала часовых — обычных людей и магов. Маги среди солдат и жителей деревень наложили свои защитные заклинания, а Розторн с Браяром насыпали линии семян шиповника по внешнему периметру лагеря, чтобы те можно было пробудить на случай сражения. Они дежурили посменно вместе с остальными магами, наблюдая и прислушиваясь в ночи, чтобы обнаружить врага.
Но никто не появился.
К полудню они догнали роту Парахана. Те сопровождали длинный караван беженцев в Храм Тигров — массивную крепость, сторожившую слияние рек Том Шо и Снежного Змея.
— Мы видели разведчиков вдалеке, — сказал им Парахан, когда им выпала возможность поговорить. — Они сбежали от нас. Капитан Джа прошлым вечером послал мне разведчиков. Он нашёл на северо-востоке две сожжённых деревни с установленными в них флагами императора.
— Когда Джа собирается к нам вернуться? — спросил Ланго, заволновавшись. — Если враг в этой местности, то мне не нравится, что он там совсем один.
— В его послании было сказано, что он встретится с нами в Храме Тигров, — заверил его Парахан.
Браяр поотстал, пока не получил возможность ехать так, чтобы ни с кем не разговаривать. У него сводило живот; его руки дрожали. Ночью ему снилось празднование имперского дня рождения, и казалось, что полю солдат Уэй-шу нет конца. Он уже не в первый раз видел их во сне с тех пор, как они покинули дворец. Но сегодня у сна был более зловещий смысл.
Капитан Джа был где-то там, с сотней воинов. Раньше это казалось большим числом, когда они все были сбиты в кучу по дороге на запад. Теперь, представляя его против императорских тысяч, он осознал, насколько жалкой была их численность.
«Прекрати панику», — приказал он себе, когда ему показалось, что его может стошнить. «У императора его тысячи в столице, а не тут, в такой дали. Основные силы он оставил сторожить свою собственную шёлковую персону, а не сжигать кучку окружённых деревянными частоколами деревень!»
«А что случится, если Уэй-шу поймает тебя?» — поинтересовался гадкий голосок в его голове. «Ты был его гостем, и ты помог его ручному пленнику сбежать. Потом ты принёс весть о нападении в Гьонг-ши, и теперь ты сражаешься против него. Ты ведь не просто стащил вазу из гостевого павильона. Уэй-шу захочет сотворить с тобой очень плохие вещи. И с Розторн. И с Эвви».
Что бы он ни отдал, чтобы несколько этих нага и многоруких богов послали Уэй-шу обратно в Янджинг!
Небо посерело, и они проскакали ещё где-то три мили, когда Браяр увидел, как что-то качается на речных волнах. Сперва он подумал, что это была лодка. Он съехал к краю воды, чтобы посмотреть поближе. Привлекший его внимание объект был коричневым и грязным. Бревно или ветка? Следом плыли несколько таких же, переворачиваясь на речных порогах. Один подплыл ближе к краю, и повернулся, показав ему опухшее, безглазое лицо. У двух трупов отсутствовали головы. Каждый насчитывал либо страшные резаные раны, либо торчавшие арбалетные болты, послужившие причиной смерти. Следом поплыла туша яка с торчащими вверх копытами.
— Не говори ничего, — пробормотала Розторн. Браяр вздрогнул. — Нашим солдатам приказано держать жителей деревень подальше от реки, иначе они запаникуют. До храма осталась лишь одна миля.
— А что, если на храм уже напали? — спросил Браяр. — Что если имперские солдаты уже там?
Розторн покачала головой:
— Разведчики вернулись, и сказали, что всё безопасно. Мертвецы плывут с запада. На южной стороне реки никого не видно.
— Но ты же не поедешь дальше одна!
— Я буду в порядке, — сказала Розторн. — Ты оставайся с Параханом и Судой, и делай то, что велено, понял? Они о войне знают больше твоего.
Браяр зыркнул на неё.
— Когда мы приедем домой, я обниму и поцелую Ведриса, — заметила Розторн. — До этого нашего путешествия я никогда не ценила то, насколько он хороший правитель.
— Я тоже, — согласился Браяр. — В лишённом жадности короле есть свои преимущества.
Они молча поехали вместе, пытаясь не смотреть на плывшие вниз по реке тела. Наконец они достигли двух мостов на пересечении рек Том Шо и Снежного Змея. Храм возвышался на каменистом холме высоко над обеими реками. Их люди ждать не стали. Солдаты и жители деревень повалили через Мост Том Шо вверх по холму.
Розторн наклонилась через разделявшее их лошадей расстояние, и поцеловала Браяра в щёку:
— Доброго пути, береги себя, — сказала она ему. — Мы скоро снова увидимся. Чтобы разделить меня и моего мальчика, нужно что-то сильнее, чем Уэй-шу и ему подобные.
Парахан подъехал, чтобы подождать с Браяром, пока Розторн в одиночку пересекала Снежного Мост Змея. Она выглядела маленькой и одинокой, следуя прочь по боковой дороге.
— Мне следует поехать с ней, — сказал Браяр, берясь за поводья. — Кто-то увидит её вот так, совсем одну…
Парахан схватил его за руку. Медленно, начиная с краёв, Розторн и её конь пропали из виду. Осталась лишь пустая дорога.
Глава 14
Эвви скоро усвоила, что одно дело — быть спутником Розторн и Браяра, западных
Волноваться она начала, когда посмотрела на стены крепости. Они были не такими надёжными, какими им следовало быть. Она начала с ворот. Между деревянной рамой и окружавшей её стеной были промежутки. Будучи так близко к горам, строители использовали в стенах камень вместо кирпича, предпочитаемого строителями домов, и Эвви это весьма одобряла. Если уж она будет чинить стены, то с камнем она сможет добиться большего. Ей придётся много поработать, чтобы возместить все эти запущение и старость.
Качая головой, она взобралась на стену, чтобы посмотреть. Там дела обстояли не лучше. В штукатурке галереи были дыры, о которые бегущие люди могли споткнуться. Кирпичная обкладка амбразур отвалилась: солдаты, высовывавшиеся наружу, чтобы посмотреть вниз, могли поскользнуться на гравии или осыпавшейся штукатурке, вывалиться, и погибнуть. Забеспокоившись, она начала подталкивать рассыпанные вокруг камни в дыры в галерее, пока её не поймал на этом один из магов Капитана Рана.
— Ты ученица! — крикнул он. — Ученики не занимаются магией без надзора своих наставников!
— Мои наставники позволяют мне заниматься магией, которая у меня получается лучше всего! — крикнула в ответ Эвви. — Мне не нужен наставник для заполнения брешей!
Маг отконвоировал её прямо в кабинет Капитана Рана. Им пришлось подождать, пока капитан выслушивал жалобы беженцев, бывших в очереди впереди них. Наконец он обратил на них всё своё внимание.
Маг надменно выпрямился:
— Я поймал эту ученицу на занятии магией, без надзора, без разрешения, на стене. Она что-то делала с галереей. Она могла всё уничтожить!
— Уверен, что не уничтожила. Я знаком с её навыками. Можешь идти, — сказал капитан.
— Но сэр…
— Уходи, — твёрдо сказал капитан. Маг зашагал прочь, а капитан вздохнул: — Эвви, ты не можешь продолжать вести себя так же, как вела себя при поддержке Браяра и Розторн.
— Но ты знал, что я не причинила никакого вреда! И стены нуждаются в починке! — воскликнула Эвви. — Я могу так плотно набить дыры камнями, что они будут как новые!
— Несколько дыр в штукатурке не означают, что крепость развалится, — терпеливо сказал капитан. — Я видел твою работу. Она впечатляет, но я не готов сражаться с моими магами каждый раз, когда ты хочешь с чем-то повозиться. Эта крепость стоит уже не первый век.
— И это видно.
Рана поднял ладонь:
— Нам бы не помешали те светящиеся камни, которые ты делала в пути, — мягко сказал он. — Почему бы тебе не заняться ими? Это поможет нам сэкономить на факелах, и ты будешь при деле. — После чего он твёрдо добавил: — На этом всё, Эвви. Постарайся не путаться под ногами.
Как и маг, она поняла, что ей приказано удалиться. Она потопала обратно в свою комнату, где дулась весь оставшийся день. Она заставила несколько горстей своих лишних кусков хрусталя светиться, а потом погасила их, просто из вредности. Наконец, зная, что Браяр и Розторн подняли бы брови, если бы знали, как она себя ведёт, она снова заставила камни светиться. Их она положила в корзину, и вынесла к воротам, где можно было найти сержанта, командовавшего караулом.