Тамора Пирс – Боевая Магия (страница 26)

— Почему ты с нами всегда так делаешь, а с ним — нет?

Парахан смущённо глянул на Браяра и Эвви, и помахал рукой. Его большой мешок лишился прикрывавших его тряпок, превратившись в пару сумок. Их он поставил у костра, вместе со своим посохом, а потом с пустым ведром пошёл к колодцу. Наполнив ведро, он начал мыться. Он снял парик; вытащил накладку из глаза. Розторн послала к нему Эвви с полотенцем и банкой мыла. К тому времени, как Парахан снова вернулся к ним, от персоны нищего в нём остался лишь халат. Он сел с подветренной стороны от них, чтобы не мешать им запахом своей одежды.

— Я не понимаю, — пожаловалась Эвви, когда они съели достаточно горячей еды, чтобы подобреть друг к другу. — Почему ты двигаешься в том же направлении, что и мы?

— Это довольно просто, — сказал им Парахан. — Человеку нужно есть. У меня за душой нет ни медяка, и если я попробую пойти домой, то я вряд ли туда доберусь. Полагаю, дядя либо уже приказал своим шпионам искать меня, либо скоро это сделает. На этот раз Уэй-шу заплатит ему за моё возвращение, чтобы показать янджингским дворянам, что никто не смеет невозбранно противиться императору.

Эвви содрогнулась:

— Если всё будет идти к тому, что император тебя поймает, лучше убей себя сам.

Парахан кивнул:

— Я видел, что он делал с другими. Поверь мне, если я пойму, что сбежать не удастся, я не позволю себе во второй раз попасть в руки Уэй-шу.

— А что с едой? — напомнил ему Браяр.

Парахан пожал плечами:

— Гьонг-ши скоро будет нанимать воинов. У храмов есть достаточно денег и полученных от паломников сокровищ. Я видел список драгоценностей, которые моя семья послала в храмы, чтобы жрецы в Гьонг-ши помолились за моих предков. Я им по карману. Я, может, и проржавел, но раньше я считался хорошим воином. Будет ещё лучше, если я получу войска в своё командование, но я не привередливый. Откуда им знать, что раньше я был генералом. — Он улыбнулся Розторн: — Может, вы замолвите за меня словечко, если я не доберусь до храмов, посвящённым моим собственным богам? — Уже менее весёлым тоном он добавил: — Полагаю, я смогу продемонстрировать вам мои навыки на границе.

— Что ты имеешь ввиду? — Эвви собиралась налить себе ещё супа. Вместо этого она села обратно. — Что там с границей?

— Он планирует войну с Гьонг-ши, — ответил Парахан. — Ты же не думаешь, что он оставил границу с оставшимся восточным перевалом нараспашку? — Он посмотрел на Розторн: — Чего я не понимаю, так это того, что вы тут делаете. Почему вы просто не послали в Гьонг-ши какое-нибудь магическое послание, и не поехали домой, как собирались?

— То, что у нас есть магия, не означает, что мы можем летать, — пренебрежительно сказала ему Эвви. — И даже если бы мы могли говорить через растения или камни, в Гьонг-ши некому нас услышать!

Розторн наставительно подняла палец:

— Из тех, кого мы знаем.

Эвви закатила глаза:

— Да, наставница. Я должна быть точной, наставница. Из тех, кого мы знаем. И даже если бы мы могли, Розторн дала клятвы, поэтому она должна поехать на помощь, а мы были бы помётом юджинон, если бы позволили ей ехать без нас.

— Мне следует знать, что такое юджинон? — спросил Парахан, посмеиваясь.

— Нет, — заверил его Браяр. — Потому что сейчас темно, и всё такое.

Здоровяк посмотрел на Розторн:

— Тебе не следовало брать их с собой.

Она потёрла себе висок пальцами:

— Разрешаю тебе отправить их обратно.

Парахан посмотрел на Браяра и Эвви, набрав в грудь воздуха, чтобы заговорить. Он замешкался, когда увидел вспыхнувший в их глазах свет и упрямо сжатые губы.

— Вы видели лишь одну из армий Уэй-шу.

— Бог-Король — наш друг, — сказала Эвви. — Докьи — наш друг. Розторн едет — значит и мы едем.

Парахан вздохнул:

— Тогда нам следует поспать. На войну всегда легче идти выспавшимся.

Утром они предложили перераспределить вещи, чтобы Парахан мог ехать верхом, но он был слишком высоким для пони, и он возражал, что чувство собственного достоинства не позволяло ему въезжать в Гьонг-ши верхом на муле. Поскольку его сумки были нагружены на мулов, его шаг был достаточно широким, чтобы они могли двигаться в одном темпе, не теряя слишком много времени. Они выехали до рассвета, чтобы никто из видевших их прошлым днём не заподозрил в шагавшем рядом с Розторн высоком мужчине того самого нищего, которого они видели по дороге.

Все четверо также стали продвигаться быстрее просто потому, что других путников становилось всё меньше. К тому времени, как солнце опустилось за высившиеся впереди горы, и наступил прохладный вечер, они шли по дороге одни.

Когда они решили остановиться, караван-сарая поблизости не было — лишь участки земли, вытоптанные теми, кто останавливался в этих же местах прежде них. Заботливые путники оставили сложенные дрова и кучки сушёного навоза для костров. Розторн выбрала место рядом с ручьём, у скалы, защищавшей их от ветра. Несмотря на вступавшее в свои права лето, ночью в Дримбаканг Лоу было холодно.

Парахан избавился от своих вонючих тряпок. Он вытащил из одной из своих сумок куртку и штаны, похожие на те, что носили остальные. Он не смог раздобыть подходящие ему сапоги, как он сказал, поэтому надел длинные чулки и крепкие кожаные туфли из той же сумки. Эвви установила запорные камни, и выпустила «кур». Покинув свои «клетки», кошки приняли свой обычный облик. Парахан, занимавшийся пони и мулами после смены одежды и помывки холодной водой, поражённо покачал головой:

— И это — заклинания Торговцев? — спросил он.

Эвви хмуро посмотрела на него:

— Они тебя зажарят и съедят, если проговоришься, — сказала она, повторяя старую ложь насчёт обычаев Торговцев.

— Я старый и жилистый, — ответил тот. — Не сердись, Эвви. Я думал, я тебе нравлюсь.

— Это было до того, как ты втянул нас в этот бардак, — проворчала она.

— Боги нашли бы для нас другой способ ввязаться в этот бардак, — сказала Розторн, помешивая содержимое котелка. — Разве вы не узнаёте провидение, когда оно у вас перед носом?

— Нет, — хором сказали Эвви и Парахан.

— Она обязана так говорить, — сказал Браяр. Он смешивал и пёк лепёшки на нагретом камне. — Она принесла религиозные клятвы, и всё такое.

Когда они сели ужинать, Парахан вздохнул:

— Тёплые ноги. Я уже забыл это чувство — когда ноги в тепле. Теперь мне нужно спросить: как у вас троих обстоят дела, если дойдёт до драки? — Все трое посмотрели на него. — Эвви, оставайся с животными, Розторн…

— Какая часть слова «маг» тебе не понятна? — Браяр запустил руку в лежавшую рядом на земле перевязь. Вытащив шарик с семенами, он метнул его на границу освещённой костром области, ближе к дороге. Шарик вскрылся, мгновенно впившись корнями в землю. Из него выстрелили лозы, по мере роста выпускавшие длинные шипы и расползавшиеся по земле вокруг точки падения. К тому времени, как они прекратили расти, они были три фута в высоту, и покрывали собой область диаметром около трёх футов. Не найдя цели, толстые стебли завились друг с другом. Шипы были видно даже в неверном свете костра. Некоторые из них были длиной в четыре дюйма. Другие были длиной в два дюйма, и шириной у основания в два дюйма — загнутые, а не прямые, в отличие от других, более длинных.

Парахан, потрясённый, встал, и начал идти в сторону растения.

— Не стоит, — сказала Розторн, когда лозы зашуршали. — Они ещё не уснули.

Парахан остановился. Лозы присмирели.

— Такими можно и человека убить, — охрипшим голосом произнёс он.

— Мы их не для игр носим, — ответил Браяр. — Не огорчайся ты так. Я позволил прорасти только парочке семян.

— Хочешь посмотреть, что есть у меня? — с готовностью спросила Эвви.

— Нет, — внезапно сказала Парахан. — Нет, думаю, что не хочу.

— Но ты думаешь, что я — пацанка! — начала возражать Эвви, используя жаргонное слово Браяра, означавшее «ребёнок». — Ты не думаешь, что я могу помочь защищаться! — Камни поднялись с земли, и начали кружиться вокруг головы Парахана.

— Эвумэймэй, — опасным тоном произнесла Розторн.

— Прости, Парахан, — попросила прощения Эвви. Камни упали на землю. — Но… ты ведь знал, что мы — маги.

— Не уверен, что я думал о том, что вы трое делаете в военном плане, — признался он. Сев на корточки у огня, он осклабился: — Возможно, перебраться через границу нам будет проще, чем я думал.

Розторн подала чай:

— Что ты ожидаешь, на границе? — спросила она, грея ладони о чашку.

— Это маленький пограничный пост, судя по тому, что я выяснил, — объяснил Парахан. — Если бы ситуация была нормальной, мы могли бы ожидать караваны из южного Гьонг-ши через месяц, но сейчас для них было бы слишком рано. Я думаю, со стороны Гьонг-ши сейчас никто не едет. На стороне Янджинга есть деревня, которая поддерживает пограничный пост. На посту одновременно наверное по пять стражников. Придётся пробиваться с боем, если они получили приказ остановить всякого, кто попробует пересечь границу. Если они получили весть о том, что вы покинули караван, или обо мне, то нам точно придётся драться.

— Может, удастся обратить их в бегство, — весело сказала Эвви, почёсывая Риа за ухом.

Парахан хрюкнул:

— Может, и удастся, хотя, если они — из регулярных войск империи, а не местные, которых наняли для того, чтобы стоять на месте и выглядеть крутыми, то они не испугаются. — Он посмотрел посох, лежавший на земле рядом с ним: — Если бы у меня к этой штуке ещё был меч.