Тамара Желтухина – Ну и Капа! (страница 2)

– Ну, кто тут у нас кошка?

– Я! Я! – запрыгала Капа.

– Раз ты кошка, то иди в ванную купаться. Персик у нас всегда по вторникам моется.

Капе купаться никогда не нравилось, ведь мерзкая вода заливалась в нос и уши, противно щипала глаза и вообще была неуютной и скользкой. Посмотрела она в ванну. Ванна глубокая, воды в ней полным-полно, а сверху ещё и пена противная плавает.

Тут Капа из дома выскочила и как закричит:

– Ну уж нет, хитренькие какие! Пусть Персик сам купается. Никакая я вам не кошка!

– А кто же? – удивилась Анжела Фёдоровна.

– Я… Я – настоящая лошадь, – выпалили Капа. – Скачу, куда хочу!

И прогарцевав по двору, радостно на улицу убежала.

«Вот, где раздолье для настоящей лошади», – решила собачка. И давай с машинами наперегонки бегать, мальчишек-велосипедистов лягать и клумбы цветочные топтать.

В это время Артём Петрович с работы возвращался и Капу за хулиганством застал.

– Ты что же это, бессовестная, творишь? – возмутился он. – Посмотри, ни одна собака так себя не ведёт!

– А я вовсе и не собака, – отозвалась Капа. – Я – лошадь, а лошадям – можно!

И перепрыгнув на глазах у опешившего хозяина через забор, домой умчалась.

Прибежала собачка на крыльцо, когтями, словно копытами, поцокала и заявляет:

– Ох, и проголодалась же я! Как лошадь! Давайте мне еды, да побольше!

А хозяйка ни с места.

– Вон, смотри, во дворе травы сколько, целому табуну хватит, – отвечает. – Это и есть твой обед!

– Как так? – удивилась Капа. – А косточки как же, колбаса?

– Лошадям такое вредно, сама знаешь.

Капа с недоумением траву обнюхала, пожевала пучок и выплюнула:

– Тьфу, – говорит, – гадость какая. Не буду больше лошадью!

Вбежала Капа в дом, глазами сверкает, шерсть на загривке подняла.

– Ну что, лошадь, – улыбаются хозяева, – пообедала?

– Я – серый волк, – грозно зарычала Капа. – Сейчас же давайте косточки и колбасу, а то съем вашего Персика!

– Ах, серый волк, – сказал Артём Петрович. – Так и уходи в свой тёмный лес. Там и поохотишься вместе со стаей других серых волков.

И выпроводил собачку за калитку.

Капа за воротами туда-сюда бродит. Темно на улице, неуютно, и в дремучий лес ей идти к настоящим волкам совсем не хочется. Посидела она, посопела и тихонько в калитку поскреблась.

– Это что за серый волк скребётся в нашу калитку? – спрашивает из-за ворот хозяин.

– Откройте, это же я – Капа! – заскулила собачка. – А серый волк в лес давно убежал!

– Ах, Капа? Тогда заходи! А ты точно не серый волк? – спросил Артём Петрович, открывая калитку.

– Нет, я же – собака. Вы что, не помните?

Вбежала Капа во двор и в свою будку юркнула. Вскоре Анжела Фёдоровна косточки с колбасой на ужин ей принесла.

Поела собачка, в будке свернулась и лежит, бурчит:

– Ну, ничего. Вот отращу себе крылья, сделаюсь драконом, полечу в столицу и в ВКС поступлю. А драконам всё можно!

Ну что ты с ней поделаешь!

Работа для Капы

Как-то раз собрался хозяин Артём Петрович на работу. Тут Капа из будки выскочила и за ним увязалась.

– И я с тобой, – заявляет. – Найду себе занятие поинтересней, чем дом охранять.

– Ну пойдём, – сказал хозяин. – Посмотрим, какая из тебя работница.

Бежит Капа и по дороге и всем собакам хвастает:

– Я, – говорит, – не то, что вы, лентяйки. Я теперь – ценный работник, сама себе шашлык с колбасой покупать буду.

Собаки возмущаются, лают, а Капа дальше бежит, хвостом завистницам помахивая.

Пришёл Артём Петрович на работу. Капа вперед него в двери шмыгнула, а там – охранник.

– Кто вы такая? – спрашивает.

– Капа. Я работать пришла.

– Ах, работать! Тогда предъявите пропуск.

– Пропуск? А как он выглядит? – спросила Капа, хитро облизнувшись.– Не иначе он у меня где-то в подстилке завалялся. Только раньше его никто не спрашивал – везде и так пускали.

Тогда охранник Капе книжечку какую-то под нос сунул, а в ней фотография наклеена и жирная синяя печать стоит.

Капа книжечку со всех сторон обнюхала и огорчилась: нет у неё пропуска.

Побрела собачка домой, забралась в будку и думает: «Почему хозяева мне пропуска не дали? У других собак наверняка такие книжечки есть, одна я беспропускная».

И так она расстроилась, что вечером от ужина отказалась и гулять не пошла.

Стало хозяевам Капу жалко. Нашли они старый пропуск, нарисовали Капин портрет и для солидности отпечаток её левой лапы шлёпнули, а книжечку собачке на ошейник повесили.

Утром Капа снова на работу отправилась. Увидел охранник её пропуск и говорит:

– Вот это совсем другое дело. Теперь – проходите.

И пошла Капа с работой знакомиться. Пробежалась по коридорам, все углы обшарила, комнаты обнюхала. Кабинет директора ей особенно понравился. Толкнула Капа дверь и голову в щель просунула. Смотрит – никого нет.

«Это место мне подходит!» – обрадовалась она.

Осмотрела собачка комнату и устроилась на большом кожаном кресле, что возле стола стояло. Только начала с деловыми бумагами знакомиться, как зазвонил телефон.

– Гав, гав, гав, – пролаяла она в трубку.

– Хорошо, хорошо, Иван Иванович, сейчас всё сделаем, – отвечают ей. – А как насчёт такого вопроса?..

– Ам – ам – ам, у- у- у! – взвизгнула она.

– Ладно, ладно, отменим. А вот это?..

– Ахм, – зевнула собачка.

– Будет выполнено! – и телефон замолк.

«Вот какая я умная, – подумала Капа, – со всеми делами справилась!»