Тамара Шатохина – Фрейлина. Предотвратить (страница 26)
- Я вынужден, Костя, просто вынужден. Ступай… учись этому и ты. Познай сам все сложности и свои возможности тоже. Приказ о твоем назначении согласую и издам ближе к осени. Это две недели… Езжай с Ольгой – не препятствую, но помни – ты дал слово. Обязательно посети Альтенбург.
- Обещаю…
Потерянно кивнув ожидавшему за дверью Головину, Костя вышел из помещения на улицу, постоял там...
Почему-то было стыдно и грустно. Тяжело.
Что отец работает на износ, Костя знал и раньше, хотя всех объемов тогда не представлял. Но и обожал, и восторгался им... почти боготворил. Все осталось, как прежде – понимание только добавило уважения, может еще встревоженности.
Отчего же сейчас чувство такое… будто обрезали крылья? Только он расправил их, только взлететь собрался, а тут!..
А все дело в Таис – понял он вдруг. Все дело в ней.
После сегодняшнего разговора он просто не сможет…
Глава 16
Пару дней было тихо. За нами не присылали и никуда не приглашали. Дни походили один на другой, разве что я смогла уговорить Фредерика на прогулку во внутреннем парке.
Чтобы не помешать хозяевам, мы оделись теплее и вышли уже в поздних сумерках, почти ночью. И совершенно случайно не прогадали.
Это было чудо – великолепное ночное небо, наполненное «падающими звездами».
Странно… вспоминала я – обычно пик Персеид приходился на 12-13 числа августа, но то по новому стилю… думать об этом и вычислять даты было лень и, затаив дыхание, я просто любовалась. Фредерик тоже.
Присев на скамью и откинувшись на ее спинку, задрав головы мы смотрели на небо.
- О! Ох! Еще она, а вон еще… - не получалось сдержать восторга.
- Она? Вы полагаете – все это падающие звезды? – мягко и снисходительно поинтересовался муж.
- А что тогда, если не они? – решила я, что иногда полезно дать повод мужчине почувствовать себя умнее и значимее.
- Ранее их называли слезами святого Лаврентия - поток приходится как раз на день памяти этого святого, - сразу и «клюнул» Фредерик, слегка оживившись.
- Ранее… а что же сейчас?
- Подобное явление имеет космическое происхождение. Это стало ясно после страшного звездопада 33 года, когда небо буквально горело. С тех пор ученые утвердились в мысли, что явление это не атмосферное - звездопады имеют направление и приходят к нам из далеких космических глубин. Будто бы Вселенная бесконечна… эту мысль высказал еще Джордано Бруно в трактате «О бесконечности, вселенной и мирах».
- Это невозможно представить, - не кривила я душой. Действительно трудно - в любой век.
- Представить невозможно, но осознать можно все, - мечтательно улыбался мужчина, - даже то, чего нет. Размышление и воображение… и вот вы уже видите что угодно. Однако же размышление порождает и сомнение…
- … а бесконечна ли Вселенная? – подхватила я, с радостью узнавая сейчас того Фредерика – с Ольгиного острова. Он и понравился мне тогда своими мягкими рассуждениями и тем, что не навязывал своего мнения. Внимательно и доброжелательно выслушал мое.
- Обоснованного ответа пока нет, мы знаем только то, что она огромна. Но согласитесь – бесконечность подобна чуду, верить в которое хочется, как в детстве в существование фей. Вы знаете, Таис, что феи становятся крёстными принцев и принцесс, принося им в подарок при крещении дары или способности?
- Не просто знаю, но и верю, - смотрела я на падающие звезды. Самое время, чтобы верить сказкам. Хотя почему сказки?
- Все так и есть, Фредерик, просто у ребенка должна быть возможность доподлинно выяснить для себя – чем именно его наградили? А уж если повезет найти себе занятие согласно этим способностям…
- Если ему это позволят, - кивнул муж и сразу свернул тему, широко взмахнув рукой и указывая на небо: - Но ставить перед собой вопросы, подобные этому, полезно, вы не находите?
- Они вызывают работу мысли и ведут к знаниям, - задумчиво согласилась я, поймав на себе непонятный взгляд мужа. Иди так отразились в его глазах падающие звезды? Предложила:
- Пройдемся немного?
И мы с полчаса еще прогуливались по дорожкам небольшого регулярного парка. Он не шел ни в какое сравнение с Верхним петергофским – был слишком симметричен, слишком выверен геометрически. Здесь отсутствовала малейшая загадка или тайна. И все равно теплый вечер в преддверии осени был чудным. Прогулка удалась.
Внимательно прислушиваясь к дыханию мужа, я иногда просилась присесть - будто для того, чтобы опять задрать лицо к небу. Сам он ни за что не признался бы, что устал. И понимал, наверное, мои хитрости… где-то в душе был благодарен за них. Иначе почему вдруг целовал руку, прощаясь на ночь?
Следующим утром незнакомый мужчина в гражданской одежде пригласил нас посмотреть варианты домов. Но с Фредериком то ли после утомительной прогулки, то ли еще по какой-то причине, случился приступ слабости. Поехала я с Дашей, пообещав не принимать решений самостоятельно. Даже предварительных.
Все три варианта были по-своему неплохи. Но второй… это был фахверк!
Небольшой двухэтажный дом, садик из двух яблонь и двух вишен, а еще три больших куста: крыжовник, сирень и смородина. Отцветшие уже пионы… Петляющая среди деревьев короткая тенистая дорожка, а в конце нее крохотная, неожиданно воздушная беседка, утопающая в розах. Сарай в конце участка запросто можно было переоборудовать в каретный, там же нашлось бы место и для лошади.
Вот только в этом доме было тесновато. Дашу мы еще разместили бы, но остальная прислуга, если она понадобится, могла быть только приходящей. Дом сдавался с правом последующего выкупа. Я старательно записала цену и еще раз осмотрелась, запоминая - крыша красной черепицы, темная раскладка на стенах, а сами они изжелта-бледного цвета – цвета охры. Крепкие окованные двери, небольшие окна, а внутри…
Наверное, каждый, впервые войдя в старинный фахверковый дом, будет поражен необыкновенной красотой и неповторимостью царящей в нем атмосферы. Вот и я…ожидаемо.
Несущий деревянный каркас дома и внутри не был скрыт отделкой, что доставило мне настоящее эстетическое удовольствие. Это давало непередаваемое ощущение гармонии с природой, тепла, уюта и безопасности. Сразу видно было, чем обеспечивается прочность дома и сколько труда вложено в создание конструкции. А еще я знала, что это очень теплый дом. А какие потрясающие возможности для дизайна!
Цивилизация проникала в этот дом постепенно. Видно было, что мебель здесь хоть и подобрана со вкусом и выдержана в одном стиле, но создавалась в разное время или даже эпоху. Самой старой была кровать в хозяйской спальне... под резным деревянным балдахином!
Искусствовед во мне протяжно завыл, как волк на луну…
Хочу!
Я судорожно прикидывала свои возможности, точно их не зная. Ну что за дура-баба? Как можно было не уточнить у маменьки размеры пособия… приданого то есть? Чем только думала, где витала – поражалась я сама себе.
Рассчитывать на денюжку Фредерика не стоило, наверное. Я ведь хотела не аренды, а выкупа. На помощь его папы надеяться тоже не следовало – в Европе не принято финансово поддерживать взрослых детей. Ни сейчас, ни в наше время. Ожидать подарка от короля совсем глупо – это у нас императорской рукой щедро раздавались поместья… Здесь размах и полет мысли не тот. К сожалению.
А что? Я бы приняла.
Мы советовались с Фредериком…
- Один дом слишком большой и неразумно роскошный. Еще один… как вам объяснить, Фредерик? – задумалась я, - у него плохое настроение.
- Как это может быть? – улыбался муж с подушки.
Сегодня Даша оставила его в постели, спокойно объяснив нам, что приступы слабости еще могут повторяться.
- Настроение у дома? – удивилась я, - оно есть всегда, обязательно. Тот – роскошный, стоит на берегу реки, а унылый подле крохотного озерка, но это и все… В тот же – небольшой, я влюбилась сразу. Там мало места и сад совсем небольшой, рядом нет воды – только колодец, но Фредерик! Это песня…
- Но, если, по вашим словам, он тесен?.. – не понимал муж.
- Наверху две довольно просторные спальни. У окна одной мы поставим письменный стол и будет вам кабинет, а у меня поставим кровать для Даши. Внизу гостиная с камином - широкий дымоход обогревает комнаты наверху, а также есть кухня с хорошей печью… Принимать пищу необязательно в столовой – в гостиной есть стол. Совсем крохотная хозяйственная комната… но там чугунная ванна, Фредерик! И оборудован сток для воды, - горела я энтузиазмом, - только кладовая холодная, она пристроена к кухне и не отапливается совсем. А впечатление почти невыносимой тесноты… оно из-за лестницы. Там не разойтись двоим.
- Я подумаю, Таис, - прикрыл глаза муж, - вы уверены, что подобный дом достоин наших персон?
- Э-э-э… - слегка зависла я – а действительно, – ну… я думаю, моей-то он точно достоин. Несмотря на неплохую кровь, я ведь просто дворянка, Фредерик – беститульная. По сути, вы вступили в морганатический (*неравный) брак. Вам, с вашим титулом, возможно и положены более… э-э… презентабельные апартаменты.
- Желательны. Боюсь… отец будет недоволен, – размышлял мужчина.
Так пусть доплатит блин!
А уж если отпустили в свободное плаванье, так не лезьте с претензиями. В том, что взрослые дети пробиваются в жизни сами, нет ничего плохого. Если ты знаешь об этом с детства, то и к учебе относишься с ответственностью. На западе понятие «золотая молодежь» существует, но там «мажорство» не приобрело такие масштабы, как в России. Если и мажорствуют, то с большой оглядкой – репутацией потом жить… И я скорее за западный опыт. Но «будет недоволен»? Это уже несколько иное.