Тамара Шахова – Не отдирай позолоту (страница 2)

Так и жили втроем на очень скромную Катину заработную плату. Потом в городе появилась газета «Вся реклама». Люди помещали там различные объявления, причем очень много появилось объявлений с предложениями оказания бытовых услуг. И это работало, как свидетельствовали многие знакомые. Дима с Колей тоже дали объявление, даже два. Одно гласило; «Ремонт квартир. Штукатурка, выравнивание стен, обои, линолеум, сантехника», в другом предлагалось: «Замена и установка замков на деревянные, металлические и гаражные ворота. Мелкий сварочный ремонт, утепление. Работаем без выходных» Сотовых телефонов тогда еще не было. Телефон в объявлениях указали городской Колиной квартиры. Заявки стала принимать Катя, благо она работала в смену, да и Миша был уже большим.

Потихоньку стали поступать заявки. В дальнейшем дела как начинались потихоньку, так и продолжались потихоньку, так как конкуренция в этой нише была огромной. В город понаехали рабочие из Средней Азии и из Китая. Но появилось дело и деньги, хоть небольшие, но все-таки лучше, чем совсем ничего.

Так прошло четыре с половиной года. Весной двухтысячного года Дима вдруг сказал:

– Мне звонил вчера деверь из Ленинграда, ну из Санкт-Петербурга, зовет на лето поработать в монастыре. Это в Ленинградской области, недалеко от города Тихвин. Восстанавливают уже пять лет.

Потом достал бумажку и прочитал:

– Антониево-Дымский Свято-Троицкий мужской монастырь. Вот как называется. В это лето начнут восстанавливать главный храм. Заработка не обещают, но кормить будут, и жилье предоставят бесплатно. Может, рванем, на месяц. В Ленинград, ну этот Санкт-Петербург. Как ты думаешь?

На Колю напало юношеское желание попутешествовать, ведь так давно никуда не ездили, и он воскликнул:

– Ну, конечно, поедем. Поработаем с месяц, зато и Тихвин посмотрим, и Санкт-Петербург. Я там ни разу не был. Звони своему деверю, соглашайся.

– А на чем поедем? Сейчас хоть поезд, хоть самолет, цена одинаковая.

– На самолет часто скидки объявляют, ты датуне называй, когда приедем. Скажи, как скидку объявят, так прилетим. Скоро Первое мая, там День Победы, должна быть акция.

Катя не возражала против поездки Коли в Ленинградскую область, в самом деле, должна быть небольшая передышка у человека, ведь как известно лучший отдых – это перемена места.

У Димы в семье тоже не возражали. У него недавно родилась внучка, жене было не до него. Он сам, его жена, дочь, зять и теперь маленький ребенок, все жили в двухкомнатной квартире, которую он получил в советские времена от завода.

Местная авиакомпания на День Победы объявила скидки, и десятого мая Коля с Димой полетели восстанавливать монастырь. Коля позвонил из Тихвина в середине июня, сказал, что останется работать до конца июля, в конце июля позвонил и сказал, что остается до конца августа, а в конце августа сообщил, что остается до середины октября.

Вера Алексеевна уж выразила мысль, мол, не нашел ли он там себе новую жену. С чем Катя не согласилась и сказала, что по нынешним временам востребованы только богатые женихи, а Коля беден, немолод и здоровьем не блещет.

Не предупредив о приезде, Коля приехал в конце октября, рано утром. Позвонил в дверь, Катя спросила:

– Кто там? – И услышала знакомый голос.

– Открывай, свои.

Катя открыла и на мгновенье остолбенела. Перед ней стоял совершенно преображенный Коля. Первое, что бросилось в глаза, это седая коротенькая борода, от одного уха до другого, и усы. Коля зашел в квартиру и просто сказал:

– Здравствуй, Катя. – обнял жену и поцеловал.

– Слава богу, наконец-то приехал! Почему так долго?

– Об этом разговор потом, ну как вы, все ли в порядке? Миша где?

– Миши нет дома, уехал на дачу, на шашлыки со своей новой ухажеркой, Таней зовут. А в порядке не все, смеситель в ванной капает, я Мише сказала, он покрутился, ничего не сделал, пластмассовую мисочку на край ванны под смеситель поставил, вот и все дела. Мясо не смогли на мясорубке прокрутить, хотела пельмешек сделать и не сделала, а так вроде все в порядке.

– Все гуляет, жениться-то не собирается? – спросил Коля, переобуваясь в домашние тапочки.

– Молчит про женитьбу. А чего жениться, от девок отбоя нет, так просто с ним живут.

– Как у него с работой? Работает?

– Работает, торгует запчастями на авторынке. Он там у хозяина и экспедитор, и продавец. По крайней мере, денег с меня не спрашивает, а еще и мне дает на продукты.

– Слава богу, гора с плеч.

Коля зашел в ванную, вышел и говорит:

– Смеситель новый сегодня куплю и поставлю. А мясорубка механическая —это прошлый век. Сейчас много электрических продается, тоже купим сегодня. Заработали немного в самом Тихвине. Ну, давай завтракать и пошли по магазинам.

Стоял тихий, солнечный октябрьский денек. С деревьев срывались и падали под ноги желтые листья. Произведя нужные покупки, Коля с Катей пешком пошли на авторынок. Миша был на рабочем месте, увидев отца, обрадовался:

– С возвращением, волонтер! Долго же ты волонтировал. О, и бороду отрастил. Мам, а идет отцу борода, скажи-ка.

– Не знаю, не могу привыкнуть пока.

Узнав, что отец с матерью купили электрическую мясорубку и мяса и что на ужин будут свои домашние пельмени, Миша пообещал к ужину прибыть.

Ужин удался на славу. Вместе с Колей в четыре руки налепили пельменей, один сделали с сюрпризом – в мясо насыпали много-много перца. Катя напекла блинов и нафаршировала их остатками фарша. Коля сделал вывод, что все пресное и сбегал в магазин за селедкой, отварили еще картошки. Михаил явился на ужин с бутылкой «Кагора». Родители у Михаила были непьющие, но по маленькой рюмочке выпили за встречу. Пельмень с сюрпризом достался Мише. Пока он чихал и кашлял, Катя ему сказала:

– Это тебе знак, что что-то случится в твоей жизни. А вообще-то не верь никаким знакам, это просто шутка, розыгрыш.

Потом сели пить чай. Вдруг Николай встал из-за стола, подошел к окну и сказал:

– А зря ты Катя, говоришь, что не существует знаков, мне недавно был знак. И вообще, пока все дома, хочу сообщить вам о своем решении, а вернее посоветоваться с вами. Мне был знак… Ну а в общем, я решил принять постриг, стать монахом в монастыре, который мы восстанавливали.

– Капец, – произнес странное слово Миша.

– Ты это серьезно? – встрепенулась Катя.

– Да уж куда серьезней. Сначала послушником поступлю, потом постриг приму. Я вам сейчас знак расскажу, вы поймете. Прилетели мы в Санкт-Петербург, нас в аэропорту встретил деверь Муратова и повез нас сразу в монастырь. Ну, приехали, нас принял игумен Митрофан. Распорядился поселить нас в хозяйственный блок, накормить, потом игумен вызвал нас на беседу, каждого отдельно, поговорил, расспросил о семье, где работал, о том, что можешь делать. Потом позже почти каждый день разговаривали с ним. За эти пять месяцев во мне многое разрушилось, но многое и воздвиглось. Да, про знак. Это было в самую первую ночь. Уснул я, и снится мне сон. Как будто приходит ко мне дед Семен в эту самую комнату в монастыре и говорит;

– Что Коля, решил на бога поработать? Молоток, хвалю. Поработай, поработай, пока сила есть.

И главное, вместо «молодец» говорит «молоток». А так ведь только дед Семен говорил. Ну, и подумал, а ведь это знак мне, я обязан теперь на бога поработать.

– А если бы ты пошел работать в библиотеку или в школу, это значит не на бога, да? – спросила Катя.

– Ну как ты можешь сравнивать какую-то библиотеку или даже школу с монастырем, тут даже никого сравнения нет! – возмутился Коля.

– Как это нет, очень даже есть, ведь первые книги появились в монастырях и первые школы тоже возникли при церквях. А вообще, ты как-то сильно преувеличиваешь значение церкви.

Тут уже вмешался Миша:

– Мама, ты здесь не права. Сейчас почти весь народ верующий, все ходят в церковь, праздники соблюдают. И ученые доказали, что вся вселенная произошла от большого взрыва. Взрыв произошел от такой силы энергии, какую люди не в силах создать.

– Да я не про это. Я сама верю в то, что разум создал жизнь и с какой-то целью. Я про то, что церковь была истоком той полноводной реки, которая включает в себя школы, библиотеки, театры, кино, телевидение.

Коля аж руки вверх поднял:

– Ну, ты и сказала. Кино и телевидение из церкви! Да они, скорей, научат, как преступление совершить, и самое главное, как следы замести.

– Тем не менее, это так. По образу и подобию церковных книг стали возникать книги про жизнь обычных людей, а дальше больше-больше и до кино дошло. Ленин решил разогнать церковь, а кино сделать воспитательным инструментом. Сталин перед тем, как выпустить фильм на экраны, сам лично просматривал. А сейчас снимают все подряд, воспитательную функцию кино утратило, вот и стали церковь поднимать.

Коля засмеялся:

– Вот видишь, начали издалека, а в конце концов пришли к выводу, что нужны сегодня и церкви, и монастыри.

И тут черт дернул Катю за язык, и она сказала:

– Конечно, сейчас при такой безработице, когда после сорока никуда не устроишься, нужен же приют для тех, кто не вписался в перестройку.

Коля сразу же помрачнел, как туча, потом пошел в прихожую и стал одеваться.

– Ты куда собрался? – спросила Катя.

– Поеду в центральную кассу аэрофлота, узнаю, когда рейс до Санкт-Петербурга.

– Ты что, обиделся? Я тебя и вовсе не имела в виду. Ты сам подумай, у тебя есть квартира, все, что нужно для жизни, пусть не новое, но есть. Холодильник есть, телевизор есть, диван есть, печка газовая есть, посуда. Чего еще надо? Чего ты в голову себе вбил «поработать на бога, поработать на бога»? А сон твой ничего не значит. О чем думаешь, то и снится. Иди лучше еще стакан чаю выпей. Все конфеты попробовал? – Катя развернула фантик и стала есть конфету. – Вот уж чему пошла на пользу перестройка, так это кондитерским фабрикам, куча новых конфет появилась и много вкусных.