Тамара Пимонова – Мама (страница 5)
- Наденька, а зачем ты рисуешь на куколке? Я же тебе альбомы купила! - Вера подошла и села на корточки.
- А я видела по телевизору, у тёти был рисунок!
- Татуировка?
- Что?
- Надюша, как тебе объяснить, что не у всех тёть есть татуировка. А ты знаешь, что это больно, когда её наносят? Наверное, куколке тоже больно?
- Я не хотела больно! - девочка тут же заплакала.
- Конечно, не хотела! - вмешалась Зина. - Давай мне куклу, я её пойду отмою, и ей не будет больно.
- Ладно, - Надя успокоилась и отдала куклу.
Зинаида пришла на кухню и, вздохнув, обратилась к Зое:
- Нет, я бы не смогла взять чужого ребёнка и потакать ему во всём. Не понимаю я Верочкиного порыва! Им с Мишей нечем было заняться на праздники?
- Зина, наверное, мы сможем её понять, когда наши сыновья женятся и уйдут от нас. Вера очень тоскует по Женечке! Ты же видишь, сколько в ней нерастраченной нежности? А Миша почти всё время на работе. И мне кажется, что той любви, которая у них была когда-то, уже нет и в помине. Привыкли друг к другу, притёрлись, живут по привычке. Иногда она вечером просто места себе не находит!
- А вот и мы! - в кухню вошла Вера с ребёнком на руках. - И о чём вы тут говорили? Секрет?
- Да так, ни о чём. Держи, малышка, свою куклу и больше не делай ей татушку. Поняла? - Зина потрепала ребёнка за щёчку. - Мы уже пойдём по домам, вам скоро собираться в дорогу. А ты только не раскисай, подруга! Всё, что ни делается, всё к лучшему!
- Да, мы с Наденькой тоже так думаем!
Проводив подруг, Вера позвонила мужу.
- Миша, я сейчас соберу вещи, потом переодену малышку и через полчасика можешь подъезжать.
- Хорошо, как скажешь.
Когда Михаил открыл дверь своим ключом, он увидел плачущую Надю и еле сдерживающую слёзы свою жену.
- Что тут у вас произошло?
- Она не хочет ехать в Детский дом. Я ей говорю, что у них там праздник, гости, ёлка и подарки, а она ревёт и ревёт… Я с этим сделать ничего не могу! У меня уже не хватает никакого терпения, я не выдерживаю детского плача!
Миша поднял девочку, вытер ей пальцами слёзы и ласково сказал:
- Мы просто покатаемся на машине! Ты же любишь кататься? Давай-ка пальто наденем, а то на улице холодно. Так, теперь шапочку. Умница! Вер, ты собирай всё остальное, а мы спускаемся.
К Детскому дому машина Николаевых близко подъехать не смогла — все парковочные места уже были заняты, а самые первые были перевязаны лентой, видимо, для высоких гостей. В канун Рождества сам митрополит приезжал поздравлять детей, а с ним мэр и другие чиновники.
- Наверное, мы опоздали? - тревога и чувство невосполнимой потери не покидали Веру с тех самых пор, как они сели в машину. Надюшка продолжала тихонько плакать и постоянно спрашивала:
- Мамочка, а мы приедем ещё к вам в гости?
- Конечно, приедем, - отвечала Вера, чувствуя себя предательницей и лгуньей. Она по своей натуре была честна, не любила в людях лжи и обмана, она считала, что лучше сказать правду, чем обмануть, а потом всё время выкручиваться. Но как она может сказать правду этому маленькому человечку? Правду, что она мама всего-то на два дня...
В детском доме всё было готово для приёма гостей. Весело потрескивали дрова в камине, от него недалеко ребята постарше сделали вертеп, там стояла люлька с младенцем и игрушечные барашки. Стулья расставили ближе к импровизированной сцене. Всё убранство зала Вера окинула одним взглядом, ища глазами воспитательницу Наденьки. Миша решил в мероприятии не участвовать, поцеловал Надюшку и попрощался. Она не хотела его отпускать, а потом вырвалась, забилась в дальний угол и начала снова горько плакать...
Воспитательница Нина Петровна, женщина почти пенсионного возраста, сама заметила Веру, подошла к ней и начала успокаивать:
- Сейчас мы пойдём с Надей в соседний корпус переодеваться, вы не волнуйтесь, проходите в зал, а с Надей я сейчас поговорю. Всё будет хорошо! Не переживайте! А то я вижу, что на вас лица нет... Девочка отходчивая, настроение у неё меняется быстро!
И правда, увидев воспитательницу, Надя успокоилась, помахала Вере ручкой и скрылась за дверью. Тут же началось какое-то оживление, но это директор попросила всех усаживаться и немного подождать - гости вот-вот приедут. Концерт начался на полчаса позже запланированного, по ходу пришлось сокращать номера. Конечно, детки расстроились, но у высоких гостей время было регламентировано, их ждали в следующем Детском доме.
Когда вывели на сцену ангелочков, Наденька тут же увидела Веру, и указывая на неё пальчиком, громко заявила:
- А это моя мама сидит!
Вера покраснела и приложила палец к губам, воспитательница одёрнула малышку и прошептала:
- Надя, помолчи!
Но девочка не хотела молчать, она повернулась к другим ангелочкам и им снова повторила:
- Это моя мама! Не ваша!
Среди делегации присутствовали люди, которые знали Веру Степановну, они почти все разом обернулись и посмотрели удивлённо.
- Потом объясню, - сказала Вера соседу в первом ряду.
Праздник закончился, детям раздали подарки. Надя тут же подбежала к Вере и снова задала вопрос:
- Мамочка, а мы поедем домой?
- Мы сейчас пойдём в другой корпус переодеваться, потом ты покажешь подарки деткам, а я должна поговорить с воспитательницей. Хорошо?
Надя, раскрасневшаяся и счастливая, одетая в белое воздушное платье и с белыми крылышками из перьев, действительно была похожа на ангелочка. Только темноволосого.
- Господи, как же я её оставлю тут? - подумала Вера, взяла ребёнка на руки, укрыла её своей дублёнкой и вышла на улицу. Почему-то между двумя коттеджами, где жили дети, не горел ни один фонарь. Вера на что-то наступила и подвернула ногу.
- Ой, больно!
- Мамочка, почему больно? - Надя крепче прижалась к Вере.
- Что-то под ногу попало… Сейчас дойдём, посмотрю.
Вера еле дошла до коттеджа, опустила ребёнка и попросила её пойти в группу. Сама сняла полу-сапог и увидела на лодыжке опухоль.
- Этого мне только не хватало! - Взяла из сумочки телефон и позвонила Михаилу:
- Дорогой, ты ещё далеко? Подъезжай ко второму коттеджу и возьми с собой аптечку. Я ногу подвернула. Да, болит... И распухает на глазах.
Вера села в вестибюле и начала растирать больную ногу. К ней подошла Нина Петровна:
- Что случилось?
- В темноте на что-то наступила. Вот, опухла.
- Наверное, растяжение связки. Нужно туго забинтовать.
- Муж сейчас принесёт аптечку, там есть эластичный бинт. Нина Петровна! Как там Надя?
- С детками пошла играть.
- Даже если бы я ногу не подвернула, всё равно считаю, что ещё на один день забирать её снова домой не имеет смысла. Очень жестоко показать девочке рай, а потом возвращать в Детский дом второй раз. Она всю дорогу плакала... А мне , думаете, всё равно? Я не могу переносить такой отчаянный детский плач! Я на празднике еле сдерживала слёзы...
- Да, Вера Степановна, у медали всегда две стороны. Хотелось, как лучше... Наверное, в таких акциях должны участвовать дети постарше, которые хорошо понимают, что они едут в гости. Почему вы выбрали Надю?
- Это она нас выбрала, - обречённо и тихо произнесла Вера.
- Понятно. Так обычно и бывает. Всё равно спасибо вам с мужем за ваши отзывчивые сердца, за то, что подарили девочке праздник. Сегодня я в ночь, уделю Наденьке особое внимание. Вы ей сказки читали?
- Конечно. Ей про Рябу понравилась.
- К сожалению, она пока не запоминает сказки. Стихи тоже. Жалко мне её, такая хорошенькая девочка! Только дам вам на прощание совет - даже не рассматривайте никакие варианты с Наденькой, тут нужны молодые и обеспеченные родители с медицинским образованием.
- Наверное, вы правы. Но как быть с сердцем?
- Всё со временем забудется...
Открылась дверь, Миша не вошёл, а влетел:
- Верочка, милая! Как же так? Дай я посмотрю! - потом, увидев воспитателя, добавил, - извините, не поздоровался.