Тамара Михеева – Мия (страница 32)
– И уж точно не твоего деда, девочка, – хмыкнул старик. – Это ничья книга, но, ты права, любой может сделать ее своею, было бы желание. Твой дед не очень-то хотел, скажем прямо. А твоя бабушка… как ее зовут?
– Элоис.
– Элоис, Элоис, Элоис… – Он повторил бабушкино имя несколько раз, так и эдак, будто никак не мог насытиться его звучанием. – А Элоис… очень трудно всю жизнь любить и притворяться, что не любишь. Твоя бабушка так долго и яростно отрицала любовь в своем сердце, что, когда вдруг очнулась и захотела поговорить с книгой, та ее просто не узнала. И не открылась ей.
– Моя бабушка очень хорошая, она…
– Я знаю, девочка, – сказал старик, и такая горечь прозвучала в его голосе, что полынь в сравнении с ней показалась бы медом. – Она очень хорошая, она самая прекрасная на этой земле. Я знаю. Но она не захотела быть той, кем должна была быть. Как и ее мать. И поэтому и у той, и у другой такая огромная, такая незатягивающаяся пустота внутри. Так бывает со всеми, кто отказывается от любви, или своего дара, или не может найти свое предназначение. Они заполняли эту дыру, как могли, каждая на свой манер, и к слову сказать, у твоей бабушки это получается гораздо лучше, чем у ее матери.
– Откуда вы все это знаете? Про бабушку, про Эверин Току и про меня? Про книгу?
– Отдай ей книгу, – велел он Арсу и, видя, что тот не двигается с места, сказал: – Отдай. Ты должен. Да и ни к чему она тебе, поверь.
Арс ушел за валун, а старик поманил Мию, чтобы она приблизилась.
– Ты сильная, Мия. Ты гораздо сильнее и своей бабушки, и Эверин. Ты справишься.
– Справлюсь? С чем?
– С книгой. С даром. Он хороший, твой дар. Сильный и ясный. Непростой, это точно, но простых даров и не бывает, ты уж мне поверь. По крайней мере, тебе не придется платить за него так много, как мне или вот ему.
Он кивнул на подошедшего Арса. В руках тот держал книгу, завернутую в кусок ткани, такой же, из какой были сшиты их со стариком одежды. Мия вглядывалась в лицо Арса, и ей почему-то было очень больно.
– Почему ты бросил нас? Крошка Си пыталась мне объяснить, но… но я все равно не понимаю. Ни про книгу, в которой целый мир, ни про то, что можно было меня бросить там одну, ведь ты верил, что они прыгнут за тобой, и Рич, и Крошка Си, или как их там на самом деле зовут.
– Ха-ха-ха, – засмеялся старик, не давая Арсу ответить. – Ты только послушай, какие вопросы она задает! Настоящая пряха!
Арс вздрогнул.
– Пряха?
– А ты и не понял? И вот еще. – Он снова стал серьезным, посмотрел на Мию. – Твой кот тут пришел. Тот самый, которому ты не можешь придумать имя.
Заросли полыни раздвинулись, и к Мии вышел ее тулукт. Он начал тереться о ее ноги и чихать, наверное, пыльца попала ему в нос. Мия гладила его, обнимала и снова гладила, она хотела взять его на руки, но поняла, что он стал слишком большим и тяжелым для этого. Мурлыкал тулукт оглушительно. Старик улыбался, глядя на них.
– Тебе пора, моя девочка, – сказал старик. – И мне пора тоже.
– Не надо, – жалобно пробормотал Арс, и был в эту минуту так не похож на Арса, с которым Мия проехала столько дорог.
– Ничего, – улыбнулся старик. – Это сначала страшно, а потом ничего. Тебе еще повезло, ты тут один. Вот у меня была целая ватага малышей в придачу к холмам. Иди. Уходи, девочка. И передай своей бабушке, что я очень и очень ее люблю.
Мия шла за тулуктом, держа книгу под мышкой, и чем ближе к реке она подходила, тем яснее становилась ее голова. Она поняла, что так о многом не спросила! Почему Арсу нельзя уйти с ней? Что они вообще делают тут, в холмах, зачем живут здесь, что охраняют? Откуда старик знает так хорошо Эверин и бабушку? И в чем ее, Миин, дар? Почему он назвал ее пряхой? Кто такие эти пряхи? И что теперь делать с книгой? Она остановилась, бережно развернула кусок серого полотна. Он пах полынью, как и всё здесь. Как всегда, она открыла книгу наугад, ища знакомые слова среди чужих. Но книга была пуста. Абсолютно чистые страницы! Ни строчки, ни картинки! Мия трижды перелистала всю книгу – чисто, пусто, голо. Где же ее любимые картинки, которые она помнит с детства, и строчки чужих букв? Где все то, что уже перевелось на ее язык? Что это за наваждение? Мия вернулась к началу книги. И тут же увидела на самой первой странице вверху:
– Эльмар!
«Я же сказала ему плыть! Почему он не послушался?»
Она бросилась через заросли к реке, чувствуя, что бежит по своим следам, бежит в нужном направлении.
– Эльмар!
– Мия! Ох, а это кто? Ты его там искала?
Тулукт запрыгнул в лодку, сел на носу, будто всю жизнь только и делал, что плавал по морям и рекам.
– Почти, – засмеялась Мия. Как же она была счастлива увидеть его снова! – Почему ты не уплыл?
– А как бы ты попала обратно?
– Ой, и правда…
– Садись. Уже вечер. Нам надо торопиться.
В лодке Мия открыла книгу снова. И увидела новые строчки. От них у нее похолодело сердце.
Тетя Абелин
Они переплыли реку уже в сумерках, и снова надо было прощаться.
– Пойдем, – сказала Мия тулукту.
Но он не тронулся с места. Сидел на носу лодки, смотрел вдаль.
– Ладно. Найди меня потом, хорошо? – И Мия сама не знала, кого просит: тулукта или Эльмара. – Ты не против, если он поплывет с тобой?
– Ну… я не знаю… А кто он?
– Это тулукт. Я спасла его от мальчишек, когда он был совсем крохотным, а он… много раз спасал меня. Не прогоняй его. Он умный и очень… он очень…
– Я понял. Конечно. Я позабочусь о нем.
И Эльмар оттолкнул лодку от берега.
Наступил холодный синий вечер, на набережной зажглись фонари, и Мия побрела домой, в гостиницу, предчувствуя, какой ей будет сейчас нагоняй. Но она так устала и так невыносимо больно ей было от разлуки с Эльмаром, что она даже не стала подбирать слова, когда ввалилась в номер и бабушка сказала, глядя на нее сурово:
– Ну?
– Я подарила свою лодку.
– Очень интересно. Кому?
– Эльмару.
– Хмг. Ладно. Что еще?
– Я не поеду с вами в Алекту.
– Замечательно! Остаешься здесь?
– Нет. Я ухожу с Крошкой Си и Ричем туда… в общем, откуда они. Я не знаю, как сказать точнее.
– Веселенькое дело. И зачем же?
– Я хочу разобраться.
– Ну, здорово! То есть я пустилась в такой путь, чтобы вернуть тебя домой, а вместо тебя привезу двадцать пять чужих детей. И что я должна сказать твоим родителям?
– Скажи… скажи, что мне очень жаль! И что я их люблю! И что постараюсь вернуться.
– Ну что ты за человек! Прав твой отец, у тебя ветер в пятках!
– Да. Я тоже так думаю.
– Иди умывайся и ужинай, все на столе. И что это за тряпка у тебя в руках? Ах, впрочем, не надо, даже знать не хочу. Но напоминаю: отплываем на рассвете.
Но отплытие пришлось отложить еще на день. Потому что ночью их разбудил настойчивый стук в дверь.
– Кого там черти несут? – проворчала бабушка и крикнула: – Кто там?
– Госпожа Лесли, я извиняюсь, но там к вам посыльный. Говорит, что срочно и что дело в вашей родственнице… запамятовал имя…
– Иду!
Бабушка соскочила с постели, бросила Мии:
– Одевайся! Быстро.