Талия Осова – Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2 (страница 40)
- Мне не к не к спеху, так что можно будет потренироваться, — прикинула в уме варианты. - Что хочешь, если всё хорошо сладится?
- Нож хороший хочу для работы, — выдал без раздумий. - Есть такие специальные для резчиков, их много разных форм и размеров. Я видел такие у мастера.
Дальше мальчишка принялся мне описывать, как выглядят эти самые ножи и какой из них приспособлен для конкретной операции. Мне это было не особо понятно. Однако видно, что мальчик увлечён этим видом ремесла. Воодушевление так и было написано на его лице. Захар рассказал так же, какие породы дерева лучше использовать в зависимости от того, что хочешь сделать. Этому его обучил старый мастер, который умер несколько лет назад. Кое-какие знания он всё-таки успел передать парнишке.
- Но мамка говорит, что на баловство денег жалко, — смутился последних слов, будто выдал что-то сокровенное. - Так что не видать мне таких ножей.
- Будет тебе нож. Может, сразу по возвращении и вручу тебе такой, — улыбнулась широко, вспоминая все свои запасы.
Захар остановился на миг и окинул меня задумчивым взглядом. Однако было заметно, что моим словам он не поверил. Этот факт немного опечалил, но я не расстроилась сильно, так как точно знала, о чём говорю.
Были у меня вопросы по поводу некоторых инструментов, что достались в качестве откупных за похищение от бухарских купцов. Лежали они у меня без дела, так как не могла сообразить их применение. Мне хватало наследства родителей Машеньки, а там и инструмент собственный имелся хорошего качества. Им я и пользовалась всё это время.
Для мальчишки мне было не жалко хорошего орудия труда. Для любого увлечённого творческого человека важно использовать качественные инструменты и материалы. От этого будет зависеть уровень творения и удовольствие мастера от самого процесса работы.
Ольга была не права, называя увлечение сына баловством. Я видела украшения домов в Таре и здесь в Тобольске. Резьба по дереву выглядела настоящим произведением искусства и высоко ценится у зажиточных горожан. Она составляла настоящие изящные панно на воротах или наличниках.
Мы двигались скоро. В какой-то момент подошли к ярко-зелёной полянке, но Захар не дал ступить на неё и придержал за локоть.
- Не спеши, барынька. Сейчас нужно идти след в след за мной, — посмотрел на меня со всей серьёзностью. - Если с тропки не сойдёшь, то всё будет хорошо.
- А так по виду и не скажешь, что здесь болото, — выдала задумчиво.
- Тем оно и коварно, что выглядит полянкой нарядной, — подобрал какую-то палку с земли и шагнул вперёд.
Мне ничего не осталось, как последовать за парнишкой с большой осторожностью. Хотя полянка эта и была совсем небольшой, но таила в себе великую опасность. Таких заболоченных участков в окру́ге было множество, поэтому я порадовалась, что в прошлый раз не наткнулась на такое место. Непонятно, чем бы тогда для меня закончился поход за берёзовыми почками.
Я ступала словно по спине исполинского, дремлющего чудовища. Под каждым шагом поверхность вздыхала неглубокими волнами, но ноги по-прежнему держала упругая твердь. Корни растений, переплетясь в неразрывное ложе, надежно скрывали под собой топь. Лишь изредка, где-то в стороне, утробно булькала болотная жижа, выдыхая в затхлый воздух облачко зловония.
Смешанный лес за нами сменился бором, и на краю его обнаружился частокол, в который мы почти упёрлись носом.
- Погодь, я сейчас открою калитку, — самодовольство так и сквозило в голосе Лопухина.
Мальчишка ловко подпрыгнул и ухватился за какую-то верёвку, которая болталась чуть выше, и потянул за неё. Раздался лязг, а затем в частоколе обозначился проход в виде небольшой дверцы.
Перед моим взором предстал добротный деревянный дом с высоким крыльцом и небольшая избушка на «курьих ножках». Чуть позади имелись хозяйственные постройки и небольшой огородик. Я совсем не ожидала такое увидеть вдали от поселения у лесной отшельницы.
- Очуметь, — выдавила из себя.
- Это схрон. Там знахарка хранит свои припасы, — пояснил мне, заметив удивление на моём лице. - Пойдём в дом, — потянул меня за собой.
Не успели мы подняться по крыльцу, как дверь скрипнула и на пороге появилась хозяйка.
- Здравствуйте, — выдали мы почти в унисон, а старушка лишь нахмурилась и поджала губы.
- Захар, дрова нужно сложить в поленицу, а ты проходи в избу, — раздала поручения без приветствия.
Парнишка вручил мне сумку с гостинцами и потопал за угол вдоль дома по дорожке, а старушка развернулась и зашла в избу. Мне ничего не оставалось, как выполнять указания и последовать за ней...
В сенях на всю ширину располагались полки, заставленные корзинами и туесками, а под самым потолком висели различные пучки трав. В доме было тепло и пахло хлебом. Большая печь стояла почти по центру комнаты, а за ней обнаружился вход в ещё одно помещение за тряпичной шторкой. Я следовала за Агафьей не отставая, успевала смотреть по сторонам.
Убранство избы было самым обычным и ничем не выделялся от простого крестьянского жилища. Окна были застеклены самым настоящим стеклом и были совсем не маленькие, а почти как в барском доме. Много полочек располагалось на стенах, заставленных горшочками разных размеров и одинаковыми тёмными бутылями с крышками объёмом не меньше литра. Внизу в ряд выстроились сундуки, прикрытые половичками. Такие же коврики устилали весь пол, поэтому пришлось разуться. В самом углу притулилась лежанка, а у одной из стен широкая лавка.
Стол стоял в самом светлом месте между окон. К нему мы и подошли. Я сразу выложила содержимое котомки, а Агафья молча прибрала все эти свёртки чуть в сторону. Женщина приняла подношения как должное.
- Садись и рассказывай, — указала мне на лавку.
- Что рассказывать? — на самом деле не могла понять, что от меня так настойчиво требует эта женщина.
- Про себя рассказывай и то, что по лекарскому делу уже знаешь. То, что ты пришлая, я и без тебя вижу. Но душа твоя уже давно прижилась, и худого от тебя ничего не было, — буквально ошарашила меня своими словами. - Не боись. Такое видеть не каждому под силу, нас уже почти не осталось таких. Светлая у тебя душа, и я вредить не стану.
Вопросы вертелись с такой скоростью, что образовалась какая-то каша. Тело начал сковывать безотчётный страх. Вероятней всего, это отразилось у меня во взгляде.
Агафья дала мне совсем немного времени прийти в себя. Так что пришлось набраться смелости и начать свой рассказ, как только передо мной появилась кружка с холодным взваром. Напиток будто бы прояснил мне мозги и расставил всё по местам.
- Первую помощь на солдатиках учил меня оказывать наш гарнизонный лекарь, но прежде дал прочесть все свои книги по лечебному делу, — не стала вдаваться в подробности моей прежней жизни и знаний по анатомии, полученных когда-то в школе и в институте. - Лечебные травы собирала по тем записям, что остались от матушки.
Дальше поведала о настоях и настойках, мазях и сборах, которые мы готовили с Михаилом Парамоновичем. Честно призналась, что крови не боюсь, но глубокие гнойные раны вызывают стойкий рвотный рефлекс и ничего с этим поделать не могу.
- Есть специальная травка, которая может в этом деле помочь. Для врачевателя недопустима такая реакция, — безапелляционно заявила знахарка. - Научу тебя справляться с этой проблемой.
Я сама пока не определилась со своим будущим, а меня уже записали во врачеватели...
- А почему вы выбрали меня? В деревне полно девочек, которые с радостью пошли бы к вам в ученицы, — решила прояснить важный для себя момент. - Я здесь надолго не задержусь, поступать в женскую школу буду в конце лета.
- Это не мой выбор, — голос так и сквозил недовольством или сожалением — разобрать не смогла. - Наказ мне был, но большего я тебе не скажу. Придёт время и сама всё узнаешь.
На какое-то время воцарилась тишина. Неприятно было услышать, что Агафья не сама меня выбрала, а лишь выполняет какое-то обязательство. Но ведь и я к ней в ученицы не напрашивалась? У меня своих забот хватает, и новое перспективное дело замаячило впереди. Я вообще не думала о лекарском деле. Женщины в это время официально могли быть повитухой или помощницей лекаря, но никак не вести собственную врачебную практику.
Тогда к чему мне эта вся головная боль, если я не смогу реализоваться самостоятельно в профессии?
- Хорошо, что пойдёшь учиться, — уже более благосклонно продолжила разговор знахарка. - Ко мне будешь приходить два раза в седмицу. Но никому об этом не рассказывай и Прасковье накажи молчать, мол, я велела, — окинула меня оценивающим взглядом. - Дам тебе тетрадку особую с рецептами и из неё перепишешь себе всё до последней точки, а потом по ней будем учиться готовить отвары и микстуры. После Купалы покажу редкие травы и как правильно их собирать и готовить.