Taliana – Утекая в вечность (СИ) (страница 51)

Военные в зеленом расположились вторым рядом для конвоирования и защиты прибывших гостей. Тем временем на лестницу по порядку ступили члены делегации, все без исключения в парадных кроваво-красных мундирах. Калина напряженно всматривалась в лица, выискивая хоть кого-то, кто был ей знаком. Напрасно.

Затем пошли штатские — сопровождение делегации. В их числе один знакомый бессмертный нашелся. Проскурина замерла, в то время как сердце ее подскочило в груди.

Амир, шагал последним. Одет в черное. Самый обычный гражданин с виду. Ничего примечательного. Не изменился, но без мундира он выглядит как-то не так. За счет цвета одежд он кажется еще выше и даже стройней. Или он похудел?.. Лицо не такое пышущее здоровьем и сытостью как она его помнила. Слегка бледный, но выглядит скорее хорошо, чем плохо. И все-таки красивый. А ей уже казалось, что память слегка приукрашала его преимущества.

Капитан с интересом осматривался. Особенно активно, когда делегаты вошли в широкий проем железной стены, настоящий тоннель, который в диаметре достигал более трех десятков метров — толстой обшивки из прочнейшей брони. В свое время на изготовление этой стены собирали все, что можно по всей стране, любой метал, уже после, постепенно заменяя его броней, которой изначально просто не было в необходимом количестве. Первая стена была каменной, после обшита железом и только через годы стала тем, что представляет собой сейчас. В то нелегкое время горожане голодали, собирая деньги всем миром на строение этой защиты. Чтобы уберечь себя от ночных кошмаров. Только и стена их не спасала. Она была скорее психологической защитой. Вампиры приходили по ночам, совершали спонтанные набеги, убивали и воровали горожан. Пока в один из дней это внезапно не прекратилось.

— Высматривает слабину, — шепнула Калина, с прищуром наблюдая за сосредоточенным лицом Амира.

— Я говорю, выискивает, где в стене брешь?

— Просто смотрит. Я бы тоже смотрел, как она выглядит изнутри, если бы увидел первый раз. Массивная вещь. Единственное, что в нашем мире сделало на совесть и внушает почтение.

— Я говорю тебе, эта сволочь разнюхивает! На черта бы сюда приезжал глава государственной службы безопасности?! Почему он в штатском, когда остальные в мундирах?!

— Так это тот самый кровосос? — присвистнул Данила и выразительно посмотрел на подругу. Калина нахмурилась, и сложили руки на груди. Смотрит трансляцию, игнорируя пристальный интерес в лице бармена.

Делегаты тем временем успели переместиться на территорию города. На посту их проверили металлоискателем на наличие оружия и изъяли все, что вызывало подозрение. В то время как вампиры делегацию людей никакому контролю не подвергали. Когда же с первичной проверкой было покончено, гостей повели улицей в сторону здания таможни. Вампиры с интересом осматривались, косили ввысь на стометровую стену, изучали лица людей. Им, если судить по виду, было интересно все. За оцеплением из плотного кольца солдат собрались репортеры и зеваки из числа простых жителей города. Время от времени доносились крики. Ничего лестного в адрес вампиров не прозвучало. Но последних это, кажется, нисколько не смутило. Когда делегаты продвигались по улице, сотрудница одного из телеканалов исхитрилась схватить ближайшего к ней гостя за руку и попросила сказать несколько слов. Лицо бессмертного тут же взяли крупным планом.

Вампир с интересом смотрел на руку женщины, которой она держала его за запястье. Кажется, ему понравилось, что женщина не боится и, невзирая на протесты официальных представителей со стороны людей, гость выразил согласие сказать несколько слов.

— Как вас зовут?

— Амир.

— Амир, что вы чувствуете? Впервые за последние десять лет вы находитесь на территории людей, — сказала журналистка.

— Радость. Я очень мечтал побывать в этом городе. Читал про вас книги и хотел увидеть достопримечательности своими глазами.

— Увидеть он хотел, — кривлялась Калина. — Жаль я не там. Я бы забросала его помидорами!

— Ты вначале дойди туда, что бы тебя саму не забросали, вампирская потаскушка, — постно комментировал Данила, приплетая для своей радости прозвище, которым Проскурину называли теперь повсюду.

— Нет, все-таки нужно было пойти, закидать эту сволочь! — горячилась она, игнорируя обидный комментарий.

Амир говорил формулируя ответы очень вежливо и не жалел обаяния улыбаясь журналистке.

Но тут произошло кое-что… Некто из толпы с воплем «подавись, сволочь!» на радость Калине воплотил ее мечты. В кадр влетел помидор, для которых был самый сезон, ударился с немалой силой о крепкую грудь вампира и прилип. Амир стряхнул его невозмутимым жестом, игнорируя лицом общественную неприязнь так лихо, словно все именно так и должно быть. А обстрел помидорами — это вообще часть радушного гостеприимства людей. Ведь он и об этом читал!

— Получил! — Калина радостно захлопала в ладоши.

Бессметный на миг исчез из кадра. Он возник в нем уже с помидором в руках.

— Это овощ семейства пасленовых. Я читал про него. Совсем как на картинке в наших учебниках… — без малейшей доли огорчения рассуждал гость, с интересом рассматривая находку.

— Ты смотри, какой милый одуванчик, — усмехнулся Данила.

— Да, эта сволочь умеет прикидываться, — прошипела Калина.

— А он не такой как я себе представлял из твоих рассказов, — скосив хитрые глаза на женщину, признался Данил. Ей кажется или он улыбается?..

— Вампир как вампир. С клыками, — буркнула она.

— Клыков не вижу. А вижу что он… Видный парень.

— Да ну, брось! Заурядный тип. Вообще не интересный, — скривилась она.

— Ну да, рожа не в шрамах. Не твой тип, — посмеивался Данил.

— Он выродок!

— Вижу. И явно никому не понравится. Журналистке вот уже не нравится, потому она его за руку так и держит, — посмеиваясь, бармен встал и дальше протирать свои стаканы. — Не понимаю только, отчего ты так горячишься, если я не прав?

— Он мне угрожал!.. Давай переключим?

По другому каналу показывали тоже самое, но уже под другим углом. Демонстрацию жителей города, возмущенных приездом вампиров. Небольшую и ее тут же разогнали. Транслировали потасовку, связанную с этим. Людей с увечьями, лежащих на улице, военных в касках с дубинами и крики: «Вампиры прочь!».

— А это мы, пожалуй, посмотрим, — с воодушевлением проговорила Калина. Данила покосился на нее исподлобья и заметил:

— А кто полы будет мыть?

— Чуть позже, хорошо?

— В следующем году мне не нужно. Иди, работай, дармоедка! — строго призвал он ее к порядку. — Кыш я сказал! Верни мой пульт!

— Вампиры прочь! — скандировал Калина, и посмеивалась, поднимая стулья ножками вверх.

Данил тем временем переключил обратно на прямое включение от железной стены. Амир все еще давал интервью.

— А что бы вы хотели сказать жителям города?

— Всем жителям? — переспросил он и задумался. — Мы пришли к вам с миром. И очень ждем вас к себе, чтобы все увидели и оценили нас сами.

Замялся на миг и, взглянув на журналистку, неуверенно спросил:

— А я могу сказать еще кое-что, но уже не всему городу, а одному конкретному жителю?

— Да, безусловно?

Выжидал несколько секунду, явно волнуясь.

— Тяжело говорить, когда не видишь глаз того, кому адресуешь послание, — пояснил он как-то по-детски неловко. — Но я надеюсь, что она меня видит и понимает, что я приехал только из-за нее… Это все. Спасибо.

— Что за хрень он только что сказал? — роняя стул, спросила Калина и резко оглянулась.

— Что приехал из-за тебя. И нечего ронять мои стулья! Я вычту из твоего жалования!

— Лишишь меня булки на завтрак? — съязвила она. — Ты мне платил хоть раз?

— Кофе будет теперь без сахара.

— Даня, что за ерунду он только что наговорил? Зачем? — глядя на экран, Калина нервно постукивала пальцами по столу.

— Ну запал мужик, с кем не бывает? Словно он первый так влип, — бурчал бармен.

— С ним не бывает. И это не мужик, это чертов кровосос! И он с меня этой крови там у себя выдул немало, и когда я уезжала, он угрожал мне, а глаза имел такие, что будь у него молоток!.. Даже без молотка! Вбил бы мне гвоздь в голову по самую шапочку! Только гвоздя у него тоже не было… Что это значит, я желаю знать?! Я не люблю не понимать ситуацию…

— Было бы что понимать, — нахмурился Данил и отвернулся протирать стойку. — Полы лучше вымой. Опять отлыниваешь! Лишь бы фигней маяться и не работать. Заговоры ей кругом мерещатся…

— Скучный ты человек, Данила! — рассердилась женщина. Накинула ветровку на плечи и, прихватив свою сумку, пошла прочь, купить сигареты. Уже третий месяц как она курила. Хотя денег не было и на это.

— Где деньги взяла? — крикнул ей вослед бармен.

— У тебя в кармане.

— Отсосешь за это! — шутил он в своей беспардонной манере. — Это уже десятый отсос за месяц ты мне должна! Дармоедка…

На четвертые сутки пребывания бессмертных в городе, в маленькой квартирке Проскуриной раздался телефонный звонок.

— Калина Владимировна? — голос Аршинова звучал взволнованно.

— Вы же звоните мне, министр. Кто еще, по-вашему, может ответить? Разве что Рамзес второй, но он редкий лентяй и думает, что я его секретарша…

— Мне не до шуток про вашего кота, Калина! У меня большие неприятности. Очень нужна ваша помощь.

— Странно, что вы звоните с подобной просьбой именно ко мне. Самому не расположенному человеку в городе, — холодно отозвалась женщина.