Тали Крылова – Рога не повод для свадьбы (страница 2)

Антуан участвовал уже в нескольких сражениях, магией он владел отлично, хоть уровень был не выше среднего.

— … после свадьбы, капитан желает уйти в отставку, все же возраст не позволит ему совмещать службу на границе и молодую супругу, — я слушала в пол уха, но, когда услышала усмешку в ровном голосе брата и ответный смешок батюшки подняла голову от своей тарелки, вслушиваясь, — конечно же я получу звание капитана и его место, в Крепости Предела.

— Это прекрасно! Ты станешь самым молодым комендантом знаменитейшей из крепостей! — восторженно захлопала в ладоши матушка, — можно будет тебе уже подыскивать супругу, я займусь этим вопросом, милый.

— Благодарю, матушка, — брат благосклонно кивнул, останов на мне такой взгляд, что я подавилась. С трудом откашлявшись, смахнула набежавшие слезы.

— А почему капитан Баженов, назначит именно вас, мой любезный брат, разве у него нет приемника? — Мое сердце предательски замерло, словно предчувствуя что-то плохо.

— Регина, ты станешь его супругой. Он давно жаждал заполучить младшую княжну с драконьей кровью, но их так мало, да и выкуп просто….

Кровь набатом стучала в ушах, я уже не слышала, что говорит брат, сминая в руках салфетку и стараясь успокоиться. Это ведь неправда? Не может этого быть?! Еще несколько лет назад, капитан Баженов был старым, лысым пусть и живеньким старикашкой. Ни военной стати, ни чести. Острый нос, бегающие глазки, огромное пузо….

— Я, — голос сорвался, сжав до боли кулаки под столом, продолжила, — я так поняла речь идет о сыне капитана, но разве он не женат?

— Женат, — утвердительно кивнул батюшка, — но ты станешь женой именно капитана Баженова.

В глазах потемнело, от обиды, ярости, злости. Почему?! Почему Агате позволили выбирать, а мне нет?! Почему Мне старый, вонючий старик? За должность для брата?

— Это нечестно! — резко встав, закричала я, — Агате позволили выбирать мужа! Теперь мне есть, что предложить! Драконья кровь! Я могу принести пользу семьи….

— Молчать! — брат с силой стукнул по столу, магия разлилась по комнате, пригвоздив меня к месту, сковав даже дыхание, лишь сердце испуганно еще трепыхалось в груди. — Ты и принесешь наконец-то пользу семье. Подобный пост даст мне власть и богатство равное самому Великому Князю. Ступай в комнату! — Небрежный взмах рукой, и я падаю на пол, жадно вдыхая воздух сквозь слезы. Сквозь слезы и боль я лишь бросила взгляд на матушку, но осуждение в ее взгляде заставило сердце замереть. Ей все равно на мою жизнь. Им всем плевать!

С трудом я встала и старательно выпрямившись пошла к себе, чтобы рухнуть в постель заливая ее слезами бессилия.

У меня ведь рога! Драконья кровь! Ну почему же для семьи я не стала любимой, а лишь трамплином к успеху брата. Они ведь могли меня отдать любому!

Рыдала я долго. С постели встала лишь глубокой ночью. На душе было пусто и тоскливо. Безысходность томила меня.

Что мне делать? Семья определяет будущее любой дочери семьи. Я не имею ни своего мнения, ни своего имущества. Тоскливая когда-то жизнь старой девы привлекала меня уже больше. Ну и нянчилась я бы с племенниками всю свою жизнь и померла бы в доме сестры или ее детей, продолжая ухаживать за детьми семьи, не имея своих. Это все казалось лучшим, чем возлечь с будущим мужем… Я снова вздрогнула и на глаза навернулись слезы…

Мысли хаотично метались в голове. Какой у меня выбор? Да никакого! Агата меня не примет, сразу же сдаст матери с отцом. Посочувствует, но тут же сама с конвоем отправит в родительский дом…

Что же делать?! Не самой же мне себя предлагать в жены?

Я замерла от, казалось бы, бредовой идеи. А почему, собственно и нет? Но где мне жить, пока я сама, какая восхитительная мысль, буду искать себе супруга?

Ночью, видимо, мне думалось лучше, чем обычно, я не успела надолго задуматься, как вспомнился случай. Пару месяцев назад отец писал письмо тетушке, с просьбой выслать денег, и на ответ ужасно ругался. Ведь мало того, что ему пришлось просить у женщины, так еще ему и отказали! Если она сама распоряжаться собой и имуществом, значит она может и мне помочь!

Во мне бурлила кровь и энергия, я быстро выскользнула из комнаты, лишь скинув неудобную обувь и пробралась в кабинет отца. Куда же он дел это письмо?! Я рылась в бумагах, уже не заботясь о скрытности. Пыхтела, сваливала документы на пол, ну где же?! Идеальный план уже не казался мне таким прекрасным. Действительно, куда мне? Ни денег, ни влияния, кто обо мне будет заботиться?

— И что за глупости мне в голову пришли? — Тихо ворчала себе под нос, продолжая уже медленно перебирать корреспонденцию, — как я доберусь? Примет ли она меня? Не буду же я к мужчинам приставать, показывая рога и крича: «Бери меня в жены, рога-то настоящие!», — я даже заулыбалась, представив такую картину. И вдруг, в мои руки попал плотный конверт, с золотыми вензелями и очень дорогой бумагой. Да! Как же мне повезло, сам дракон снизошел до меня со своей удачей!

Дрожащими руками я развернула его, ведь когда-то мне уже попадалась книга, повествующая о разных почерках и влияние на характер.

«Нет»

Размашистым почерком, на весь лист всего одно слово. В моей гради загорелся восторг. Что за тетушка у меня, если не посчитала нужным даже соблюдать элементарные правила этикета. Я тоже так смогу!

Не раздумывая больше ни минуты, я помчалась в свою комнату, быстро переоделась в простую одежку пастушка, нацепила широкую шляпу, скрывающую и рожки, и длинные волосы. Прижав к груди письмо с адресом, я перемахнула через подоконник и скрылась в густой ночи.

Глава 3. Дорога

Уже после обеда я поняла какая же эта была глупая затея. Хотелось есть. Жарко.

Я быстро вспотела, меня облепила мошкара. А мне еще предстояло еще как минимум десять дней дороги. Я еще могла вернуться. Но, как же меня радовала свобода. Никакого тугого корсета, глупой укладки, еще более глупых правил этикета.

И вот пустынная дорога немного оживилась и наконец-то вышла к небольшой деревне.

К своей, я, ясное дело не пошла, меня там все знали, а вот тут есть шанс быть не узнанной.

— Пацан! Эй, пацан! Ты ведь не здешний? — меня с силой дернули за плечо, аж зубы клацнули. — Да ты совсем мелкий, — в голосе мужика послышалось разочарование, и он уже отвернулся от меня.

— Господин, что вы хотели? — не знаю, что меня заставило все обратиться к незнакомцу, скрывая робость.

— Разнорабочий нужен в дорогу, но ты, — он презрительно меня оглядел, сплюнул мне под ноги, напряженно накручивая кончик уса. — Мелочь.

— А куда вы дорогу держите, господин? — все же заинтересовалась я, подбегая к нему, когда он уже отвернулся и направился к нескольким повозкам, запряженными простенькими, куцыми лошадками.

— В Лазурный. — Нехотя бросил он, а у меня аж сердце запрыгало. Какая-же удача! Мне как раз туда и нужно!

— Господин, господин, а возьмите меня, у меня там тетка, я буду стараться и работать.

— Ты знаешь сколько стоит место в обозе, шкет? — усатый аж презрительно хмыкнул, он уже понял, что с меня еще деньжат поиметь можно.

— Вы ничего не потеряете, господин, не понравиться моя работа, ссадите в любой деревне и все. — Он задумчиво меня оглядел еще раз. Тот еще видок, невысокая, тощая и лицо детское, тонкие губы, сплошная хилость. Но в себе я была уверенна, несмотря на видимую хлипкость, я даже с деревенскими мальчишками умудрялась драться. Правда мне потом влетало от матушки за мой вечно растрепанный вид.

Выбора у мужика видать совсем не было и жадность все же уступила разуму. Вряд ли кто в деревне просто так отпустит в столь далекий путь хоть одного парня, сейчас ведь покос и заготовки, каждый мужик нужен. А если и пойдет, то только за деньги.

— Лады, шкет. Пшел. — Он оставил меня под присмотром еще одного массивного мужика, весьма похожего на первого. Братья что-ли?

Сложность я познала уже через пару часов дороги. Да, бесспорно, двигались быстрее, чем я одна. Но на первой же стоянке, с меня сошло все семь потов: лошадей напоить, накормить и почистить. Потом обустройство лагеря. Широкая шляпа так и норовила упасть, и я уже с ужасом понимала, что же будет вечером? Я же буду как дурачок ходить ночью в шляпе. Эту проблему пришлось решать первой.

Прихватив нож, я оправилась за очередной порцией воды для лошадей. Тупой нож резал волосы криво, больно дергая корни. Я торопилась. Наконец что-то вышла. Благо волосы топорщились во все стороны и рожки было не видно.

Удовлетворенная я вернулась с водой. Не успела я присесть и хоть что-то перекусить, как мне была команда все собирать. Как приятно было присесть и задремать под медленный, неровных ход лошадок. Не страшно что и живот бурчит. На следующей остановке меня уже толкнул усатый. Я с трудом раскрыла глаза, все тело ломило пот усталости.

— Шевелись шкет, еще на жрачку заработать надобыть. — И вновь: лошади, вода, теперь еще и костер. Благо, кашеварила не я. Это я уже не умела и сразу бы меня раскрыли. Мне досталось пол миски мутной похлебки. Жадно все съев я снова отправилась спать.

Когда, я наконец увидела тонкую полоску Лазурного моря, я даже не знаю, что я испытала. Восторг и тут же тупую усталость. Эта дорога далась мне очень тяжело. От меня воняло, сильнее чем от лошади. Я не могла спокойно даже умыться.