Тали Крылова – Осколки. Книга 2 (страница 14)

— Чтобы не тратить время на сбор. — Анна лишь чуть взглянула на себя в зеркало, отмечая безупречный внешний вид. Зелья Хранителя творят чудеса. Оказавшись в общей комнате, где сидел нахохлившийся капитан. Судя по настроение и внешнему виду, он не спал. Сделав себе кофе, Анна, облокотившись на высокий стол, сделала глоток горячего напитка.

— Тебя хоть что-нибудь способно вывести из себя? — устало, зло и раздраженно спросил Павел, взгляд его также не светился дружелюбием.

Анна задумалась, на самом деле, ей стало даже интересно. По ее позвоночнику пробежала нить страха, стоило ей вспомнить истекающего кровью Дариуса…. Это все связь после обряда, старательно убеждала себя в этом Анна. Сама же, при этом понимая, что она просто….

Анна, резко махнув головой, словно отгоняя эту мысль быстро ответила:

— Даже не знаю. Ничего, — тут появился и сам Дариус, Анна внимательно смотрелась в темного. Да, драка была жесткая, на его скуле виднелся весьма крупный синяк с ссадиной. Темный не задержал на ней своего взгляда, лишь слегка мазнув, чем вызвал в ней буру эмоций, которые вспыхнули красным пламенем в ее блеклых глазах. Предчувствуя жар, Анна скрыла свои чувства лишь прикрыв глаза и делая глоток обжигающего напитка и даже не ощущая кипятка. — Действительно, ничего. — Ровно, безразлично добавила Анна, споласкивая пустую чашку и поправив серую форму отправилась на совет. Уже приближаясь к административному корпусу, было заметна необычная оживленность. Отавиу ее уже ожидал, по-военному вытянувшись возле двери, чтобы не пропустить ее. Но до него еще нужно было дойти. Коридоры были полны.

Приемная и зал совета наполнился влиятельными людьми… и не людьми. Да, темные здесь имелись, все-таки Альваро не зря был темным комиссаром, даже сгорая от страсти, он воспользовался случаем и протащил в Академию темных, чтобы проверить до конца ту трагедию на полигоне. Она видела, как они старательно и не заметно плетут сложные арканы, проверяя каждый камень в Академии. Сам комиссар едва заметил ее, сразу вытянулся, подобрался, сгущая возле себя темную энергию. Все темные, как, впрочем, и люди едва заметно поежились, люди постарались отойти в сторону. Хотя они уже наверняка, ощущали головные боли и накатывающие волнами негативные эмоции, апатию. Альваро проницательным взглядом обвел ее, не заметив ничего предосудительного, слегка успокоился и продолжил прерванный разговор, продолжая цепко следить за ее передвижениями. Анна пожалела, что печать сорвалась, а зелье она утром не выпила. Ее маскировка безупречна, если он ее не выведет, никто не поймет кто она такая. Хотя ей было еще хуже, чем смертным, находится в окружении такого количества колдующих темных, то еще мерзкое ощущение. Старательно обходя темных, она подошла к Отто и чинно сложив руки перед собой замерла рядом с ним, покорно опустив глаза в пол.

Мистер Ди Синтра промолчал, однако ободряюще сжал ее холодные ладошки. Хотя Анне показалось, что пытался успокоить скорее себя. Уважаемые люди и… нелюди еще некоторое время обсуждали разные вопросы друг с другом, пока выбранный председатель, уважаемый профессор, ректор другой Академии, не объявил начало заседания.

Их с Отавиу посадили отдельно, словно обвиняемых и заседание началось. Темный комиссар объявил публично свое обвинение о недопустимости обучение студентки Розанны Оливии Зегель, в связи с отсутствием вступительных экзаменов и испытаний, а также несоответствия ее заявленных знаний для обучения в Академии. Затем, он обратил внимание совета на статус Отавиу Ди Синтры, как ее опекуна, и опять же покровительство в обучении как ее, так и ее команды.

Впрочем, как Анна и ожидала, заседание совета было до отвращения скучно. Разбирательства начались с разбора протокола ее вступительных экзаменов. Но подняв архив и просмотрев видео — все идеально. Затем, они подняли первичные оценки, закрывающие прошлый учебный год, снова просмотрели протокола совета. И снова ничего. Анна умела вести документацию идеально.

Не особо скрываясь, Анна зевнула.

Ощутила на себе несколько осуждающих взглядов, как уважаемых людей, так и особо не уважаемых темных. Тут уже сама Анна не вытерпела, обрывая обсуждения по полуслове:

— Может быть, нам стоит перестать тратить время на бюрократические ошибки и стоит перейти к непосредственно предмету обсуждения? Вопрос был в следующим, стоит ли мне здесь продолжить обучение или нет.

— Вы не воспитаны и не сдержаны. — Один из темных сделал весьма высокомерное замечание, даже не желая на нее смотреть.

— Личностные качества к делу не относятся. Или вы желаете заявить о своей личностной неприязни? — На лице девушки заиграла легкая, холодная улыбка.

— Хватит, — темный комиссар оборвал назревающий скандал, взглядов заставив вспылившего темного сесть на свое место, — прошу перерыв 10 минут.

Первым встали темные, беспрекословно признавая власть темного комиссара, за ними покорно потянулись и люди. Лишь Анна и мистер Ди Синтра остались на своих местах.

— Отавиу, вы позволите, нам остаться наедине? — и тут же, не дожидаясь его отрицательного ответа, отправил внушение. Анна едва сдержалась, чтобы не бросить рассерженный взгляд на Альваро, для этого лишь отвернулась, дожидаясь пока она не останется с ним наедине.

— Анна, — его голос стал мягким, нежным, Анна почувствовала движение воздуха, как он приблизился к ней, но заметив ее напряжение, замер, вдыхая аромат ее кожи и волос, — я не позволю, чтобы моя….

— Твоя?! — Анна мгновенно взвилась, делая несколько стремительных шагов от него и не скрывая отвращения на лице, — я не твоя, и никогда не буду твоей. Я буду там, где посчитаю нужным. И с тем, с кем посчитаю нужным.

— С Назаром тебе быть, — жестко отрезал комиссар, прожигая ее темным взглядом. — Ты даже на одной территория с этим быть не будешь.

— Мне плевать на твое мнение. — Анна отвернулась, чтобы не видеть его лица. — Отчисление меня не твоей власти. И предвосхищая твои слова, отмечу. Я тоже могу усложнить твою жизнь, я признана несовершеннолетней, ограниченной в правах. Пользуясь этим, я буду откладывать заседания. Снова и снова. А тебе продеться собирать весь этот совет в полном составе постоянно. Как долго ты сможешь это проделываться? А еще с удовольствием буду писать жалобы и отводы уважаемых по причине личностной неприязни.

— Такая маленькая, а такая воинствующая. Восхитительна, — тихо с придыханием произнес Альваро, от его восхищенного взгляда Анне стало тоскливо. Да уж, именно от этого темного ей такого не хотелось, — хорошо, моя девочка, пока ты останешься здесь. Но, чтобы рядом с Назаром я тебя не видел.

— Ты меня вообще не увидишь. — Анна попыталась покинуть зал, когда быстро переместив, Альваро возник перед ней, мягко оглаживая по щеке. Анна дернулась. Но человеческая сила не могла сравниться с силой инициированного темного комиссара. Анна зло сжала зубы, бессильно трепыхаясь.

— Ну что же, моя прелесть, еще как увидимся. — Мягкий, скользящий поцелуй по щеке, и он выпускает ее. — Постепенно ты ком не привыкнешь, — Анна стремительно вылетает, сжимая кулаки.

Собственно, на этом совет и завершился. Ректора восстановили в должность, нарушений обнаружено не было. Темные покинули Академию. Но конкретно Альваро покинул ее лишь на время. Конечно лично ему хотелось именно так думать. А сама Анна, хотела, как раз наоборот. И ее голове уже формировались мысли, как свести их взаимодействие на полное и безоговорочное отсутствие оных.

Анна влетела в общую комнату на ходу уже срывая с себя одежду, не заботясь о ее сохранности. Ее не смутило наличие всей команды, ведь пока они все были отстранены до решения совета. Не слыша их вопросов, Анна стремительно ворвалась в ванную комнату, включая воду, не заботясь холодная она или горячая.

Обнаженная, встав под струю обжигающе холодной воды, она с жутким фанатизмом терла кожу, раздирая ее до крови, где прикасался Альваро. И лишь увидев, как вода становиться слегка розовой, бессильно опустилась на холодный пол и тихо, едва слышно, пронизывающе, отчаянно завыла. С трудом сдерживая боль и льющиеся слезы, сжимая кулаки, чтобы не раздирать кожу и сосуды на шее….

— Моя госпожа…, - руны на руке бледно засветились, показывая беспокойство Хранителя. Он мягко обхватил ее темными, туманными жгутами словно обнимая. Замерев на секунду, Анна не сдержала отчаянного, полного боли всхлипа, что сорвался с ее прокушенных губ и был услышан каждым в соседней комнате.

Именно из-за него, Маша неловко замерла под дверью ванной, прикусив губы, отводя глаза, наполненными слезами, братья отвернулись, смутившись, словно увидели что-то запретное, капитан поджал губы, а Дариус сделал быстрый шаг к ней, но тут же замер, сжимая кулаки.

Раздирая кожу ногтями, прикладывая невыносимые усилия, чтобы не разорвать уже когтями горло и прекратить мучения, Анна подставила лицо под холодные струи воды, смывая слезы.

— Все хорошо, Санитас, — одними губами произнесла она, бледная руна полностью исчезла, как растворился призрачный туман.

Убрав от шеи дрожащие руки, Анна смотрела как мелко подрагивают пальцы, ощущая холод только в душе или ее рванных остатках. Она старательно пыталась взять себя в руки, закрыть и спрятать чувства, возвращая себе привычное безразличие. Нельзя жить прошлым. Нельзя об этом думать. Нельзя вспоминать.