Талгат Канапин – Под маской телесного недуга (страница 3)

По тому, как она это сказала, первое впечатление, что у неё, возможно, аутизм с привкусом шизоидного расстройства, мгновенно улетучилось. Я искренне порадовался за неё и за себя. С аутистами и шизоидами тяжело общаться в силу их мимозоподобной ранимости и защитного высокомерия. Когда каждое неосторожно высказанное слово может пройтись бритвой по уязвлённому самолюбию. Шуток они не понимают, могут обидится. Промолчат, но обидятся точно. А за мной водится такой грешок, люблю позубоскалить с добрыми намерениями. Стараюсь рассмешить клиента, дабы отвлечь его от негативных мыслей и мрачного расположения духа. Конечно, есть разница между тонкой, щадящей шуткой и грубой, топорной, и не всегда удаётся уловить и удержать грань между ними. Но почему-то, когда шутка грубая, можно даже сказать, наглая, она быстрее топит лёд недоверия первых минут взаимоотношений. Люди сразу становятся роднее, меньше формальности и настороженности. Не всегда конечно, пациент может и оскорбиться, встать и уйти, но в данном случае интуиция подсказывала, что можно пошутить грубо, посвежее будет. Понимал, что иду по минному полю, но всё равно рискнул.

– А что они по над тобой шутят, Айжан? Ты что клоун или шут гороховый?

Лицо Айжан расплылось в широкой улыбке, а я с облегчением вздохнул. Понял, что не запорол первую фразу ледокола недоверия и подозрительности. Она расслабилась, и появилось ощущение, что мы знакомы уже давно. Этого я и добивался. За весь день устал как пёс Рамзес и хотелось сразу понять причину её визита и вместо с ней "расколдовать" её горе, как она выразилась.

– Да нет, я не клоун, док, но люди постоянно хихикают за моей спиной. А когда я оборачиваюсь, они даже не пытаются это скрывать. Смеются и насмешливо глядят девушки и молодые женщины. Со стороны мужчин я такого не замечала.

– Давно над тобой смеются девочки? – спросил я, чувствуя, что сегодня приём не затянется надолго и у меня есть шанс поскорее улизнуть с работы на мероприятие, которое мы запланировали неделю назад. Доктора тоже люди и не против иногда пропустить рюмочку, другую, в хорошей компании под балычок и интересную беседу с хохмачами. Когда начинают очередное повествование с фразы, "когла мы столкнулись с ней, в подъезде было темно, как в заднице лесного сурка". Или вроде, "пришлось скакать за ней, закусив удила". Но топ парад этих терапевтических баек, конечно, возглавляет рассказ про длинющую трель. Конфуз, который случился с одним директором предприятия, когда он потерял контроль над ситуацией и своим сфинктером. Его молодая секретарша, к которой он застенчиво испытывал тайную страсть, чуть не родила от удушаюшего смеха за своим рабочим столом, возле компьютера. Говорят, после этого события они стали роднее и ближе во всех отношениях. Такие истории – лучший антидепрессант и превосходно снимают усталость.

– Да, сколько себя помню, – буркнула Айжан. – В детстве постоянно унижала старшая сестра, при любом удобном случае высмеивая меня при свидетелях. Говорила, что я чёрная, как уголёк, неуклюжая, а руки выросли с одного места. Где солнце не светит. В конце концов она меня убедила, что я самый страшный человек на белом свете.

Я молча слушал её запрос, стараясь не перебивать и делать скоропалительные выводы. Не умничать и своими репликами мешать свободному потоку её мыслей. В большинстве своём, пациенты смутно догадываются о причинах своего невроза. Только без чёткого осознания глубинных причин. Если одна мысль тянет за хвост другую, постепенно можно выйти на виновника низкой самооценки и неуверенности в себе. Обязательно всплывут улики. Это как работа следователя, когда из незначительных мелочей складывается мозаика преступления. Главное, унюхать ситуацию и взять верный след.

Между тем Айжан продолжала.

– Гульжан была похожа на маму, и она её больше любила. Они постоянно секретничали, шептались на кухне, закрыв двери. Когда я входила, сразу замолкали. Было плохо, что мне не доверяют самые близкие люди. Ведь дороже мамы никого нет. Я замкнулась в себе, стала плохо учится. Никому не верила, после чего, все перестали со мной дружить. Школу я возненавидела, а потом, когда продолжила обучение в университете, всегда была одна. Мне даже наклеили ярлык "отшельник" и "человек в футляре". Хотя я не похожа на учителя греческого языка Беликова, а Антона Павловича обожаю, он мой любимый писатель. Многие парни пытались приударить за мною. Всегда не понимала их, как можно симпатизировать такой уродине, как я. Так получалось, что они быстро исчезали с поля зрения. Видимо, чувствовали, как я отношусь к себе, и также начинали воспринимать меня. Я уже к этому привыкла, наверное, уже никогда не выйду замуж.

– Айжеке, а можно тебе задать один вопрос? Ты глядишь на себя в зеркало?

– Конечно, док, что за глупый вопрос вы задаёте. Покажите мне женщину, которая не делает этого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.