Талех Аббасов – Пробуждение Ваирагии (страница 42)
Талгас оттянул врага достаточно далеко — к самому краю кратера, опоясывающего храм ордена гигантским кольцом.
Гэрниты, заметив, что противнику более некуда отступать, бросаются в атаку с ещё большим усердием, намереваясь разорвать дерзкого тёмного на куски.
— Таен-Рай! — выдыхает Талгас, направив ладонь на порченых.
Время замедляется. Тьма открывает полные ненависти глаза, распахивает клыкастую чёрную пасть, которая в тот же миг смыкается на одержимых. Мощнейший взрыв, в мгновение ока опустошивший силу пространства в радиусе трёхсот шагов, сотряс округу и разошёлся во все стороны шаром ударной волны, пожирающей всё на своём пути. Хватило всего двух ударов сердца, чтобы ваирагия четвёртой ступени изменила ландшафт — в земле и в стене кратера образовалась чёрная сферическая выемка. Часть стены, оказавшаяся над выемкой, в следующий миг с пронзительным скрежетом обрушивается, разламываясь на куски и поднимая тучи пыли.
Талгас валяется на дне чёрной чаши в земле — без единой царапинки, но полностью опустошённый — плата за использование сильнейшей способности четвёртой ступени. Иного выхода не было — против четырёх гэрнитов он не протянул бы слишком долго; рано или поздно враг бы его измотал, потому пришлось идти на крайние меры. Правда, теперь он до самого рассвета не боец. Таен-Рай не только поглощает внутренние резервы ваирага, но и замедляет восстановление энергии в теле. Каждый райкан считает это незначительной платой за столь разрушительную мощь, способную в тот или иной миг изменить ход битвы; а если ваирагов четвёртой ступени среди тёмных будет больше — так тем более.
Талгас не может даже пошевелиться. Мало того, что силы истощены, так ещё и тяжесть полной брони, в которой сейчас и дышать даётся с трудом, сковывает не хуже толстых цепей из рашеса. Остаётся лишь лежать, набираться сил да надеяться, что сюда никто из противников не нагрянет. Главное — своё дело он сделал и помог союзникам, уничтожив гэрнитов…
Высоко в небесах вспыхивает круг портала, озаряя всю округу, распугивая темноту ночи. Одна за другой с небес, словно дождь из белых искр, спускаются сэнайны. Талгас щурится и улыбается.
— Пришли всё-таки. Слава Великой Матери, — шепчет райкан. — Теперь точно всё будет хорошо…
Тут на Талгаса падает тень, закрыв свет небесных врат.
— Хатрэ! — злобно шипит воин, видя сквозь щели забрала шлема очередного порченого; теперь ему точно конец!
Гэрнит поднимает для удара меч. Талгасу остаётся лишь беспомощно взирать на неотвратимую смерть на кончике острого клинка.
— Прощай, Ашта… — шепчет Талгас, закрывая глаза.
Скрежет пробитой брони, плоть, пронзённая с противным чавком; капли крови падают на рогатый шлем райкана бурыми кляксами. Хрипы, звон упавшего оружия.
— Не важно выглядишь, тёмный, — с замиранием сердца слышит Талгас бархатный голос любимой и, медленно, не веря самому себе, открывает веки.
Облачённая в зеркальные доспехи Аштариен стоит над ним, ослепительно сияя, как и подобает любому сэнайну, и улыбается. Одержимый конвульсивно дёргает конечностями, пронзённый двуручным мечом света, точно жук, нанизанный на булавку. Кровь стекает по клинку, парящему над рукой своей хозяйки, падает на броню райкана вязкими каплями.
— Ашта… — шепчет Талгас.
— Ты звал меня, я пришла, — взмахом руки сэнайн отбрасывает в сторону насаженного на меч противника, стоило тому прекратить дёргаться; мёртвое тело падает у края чёрной воронки и немного сползает вниз.
Светлая опускается на колени рядом с райканом, её меч остаётся парить над хозяйкой, направленный лезвием в небо. Сэнайн поднимает забрало и осторожно стягивает с головы райкана шлем.
— Ашта… — выдыхает Талгас, смотря в её белые с сияющими точками зрачков глаза немигающим взглядом, словно боясь, что любимая может исчезнуть, стоит ему лишь моргнуть. — Нам надо поговорить.
— Не сейчас, любимый, — улыбается светлая, коснувшись пальцем его губ. — Ты полежи тут, пока я буду разбираться со слугами Врага.
— Хорошо, — с трудом кивает тёмный.
— Вот и хорошо, — она поднимается, меч вновь привязывается к правому предплечью хозяйки, паря над её рукой. — Никуда не уходи, скоро вернусь.
— Куда я денусь? — через силу усмехается Талгас.
Сияние Аштариен гаснет на миг и вспыхивает с прежней силой, её длинные серебристые волосы, ранее обрамлявшие чуть вытянутый овал лица, стали двигаться и извиваться, подобно змеям. Чуть присев, сэнайн прыгает и взмывает в небо, оставляя за собой световой след.
— Отступаем! — кричит Зорак, стоило над головой вспыхнуть сияющему кругу портала. Сэнайны, чтоб их!
Глава культа Даррата знал, что светлые, так или иначе, придут на помощь хранителям. Но не ожидал, что это произойдёт столь быстро. Что ж, одну из двух целей, возложенную на него, Зорак выполнил. Пленил трёх хранителей, причём весьма сильных. Потеря таких воинов должна ощутимо ударить по влиянию Ордена в Дэрионе. Жаль, что не удалось перебить всех и уничтожить горный храм. Что касается главной цели, то у Хозяина есть лазутчик, который и должен выследить да захватить мальчика. Нападение на храм — всего лишь отвлекающий манёвр.
— Быстрее! — отступая к порталу, кричит Зорак, со страхом видя, как с небес один за одним, подобно метеорам, падают воины света; за себя маг не боялся — его окружало поле подавления и защитный барьер.
Мимо главы культа в суматохе и с криками пробегают подчинённые, преследуемые выжившими хранителями и незнающими жалости сэнайнами.
Один шаг до спасительного портала. На Зорака обрушивается чудовищной силы удар. Маг с ужасом смотрит на сияющий клинок двуручного меча, застывшего на расстоянии ладони от его лица. Если б не поле подавления и барьер, лезвие разрубило бы его на две аккуратные половинки.
С трепыхающимся от страха сердцем в груди, Зорак отступает и исчезает в черноте портала. Спасён! Противник не посмеет преследовать, врата исказят и состарят плоть тех, кто не отмечен Хозяином.
Аштариен выпрямляется, проводит ладонью по мечу, заставив оружие исчезнуть. Враг отступил, преследовать его нельзя. Даже если она выживет, пройдя сквозь портал, нельзя исключать, что с той стороны её ожидает ловушка. Слуги врага коварны и хитры.
Светлая воительница разворачивается и оглядывает поле боя. Везде валяются тела поверженных союзников и врагов. Среди хранителей двое светлых полукровок в живых. Сэнайн закрывает глаза, пытается прочувствовать ауры галамиров. Ещё одна жива, ранена, но без сознания.
К Аштариен подбегают двое сэнайнов — мужчина и женщина.
— Иртамиен, твой отряд займётся врагами, — приказывает светлая воительница. — Тяжело раненых добить. Кого можно спасти, спасаем — допросим. Выполняй.
— Слушаюсь, госпожа, — сэнайн-мужчина коротко кланяется и отправляется выполнять приказ.
— Элириен, займись союзниками. Постарайтесь вытянуть всех, даже тяжело раненных.
— Слушаюсь, госпожа, — вторая подчинённая тоже коротко кланяется.
— Твоя ученица выжила? — спрашивает Аштариен.
— Да, госпожа. Ею уже занялись. К сожалению, руку она в бою потеряла.
— Понятно… — Аштариен тяжело вздыхает. — Отправь ко мне двоих. Мне нужно забрать кое-кого с поля боя. Иди.
— Как прикажешь, госпожа.
Глава 28
Нас с Зирани разбудил далёкий грохот взрыва со стороны храма. Мы тут же вскочили с мест и принялись одеваться. Эялы нет. Значит, она с остальными хранителями должна защищать храм.
Споро одевшись и обувшись, забрали свои вещи, оружие — всё заранее приготовленное — и вышли в ночь. Лес встретил нас темнотой и зябкой прохладой. Со стороны храма доносится слабый запах дыма и гари. Надеюсь, у наставницы и у остальных всё хорошо.
— Пора. Уходим, — я обречённо вздыхаю, поправив походный мешок на плече.
— Да, — кивает Зи, держа в свободной руке одноручный меч в ножнах; для её возраста и маленьких рук меч как раз сойдёт за двуручник.
Идём быстро и молча. Всё равно нам нет нужды переговариваться вслух. Нужно как можно быстрее пересечь лес и покинуть территорию храма, пройдя сквозь тайный проход в стене кратера. Наставница показала, где он находится — пещера замаскирована густыми кустами можжевельника, а дальше — за границей кратера — нас ждут горы и леса. Оттуда мы двинем на север, в королевство Зиал.
Пока не знаю, доберёмся ли мы туда и с какими сложностями столкнёмся по пути, но, главное, выжить, а с остальным мы как-нибудь справимся. С нашими-то умениями нам никакое зверьё не страшно. Да и с разбойниками справимся, если среди них не окажется какой-нибудь маг-отступник. Хотя многое в этом случае будет зависеть от силы этого мага.
В лесу спокойно и относительно тихо, если не учитывать редкий звон насекомых да уханье совы. Ветерок шумит в кронах сосен, кончики травы дрожат под его редкими порывами. Скрипит опавшая хвоя под ногами, иногда ветка какая хрустнет. Мы спешим, а потому даже не пытаемся как-то скрываться.
Поверь, Зи, я и сам не в восторге от всего этого. Не поверишь, как мне надоело убегать и прятаться, но иного пути просто нет. По крайней мере, сейчас. Главное, не нарваться на кого-нибудь, а дальше как-нибудь выкрутимся. Прорвёмся.