Талех Аббасов – Пробуждение Ваирагии (страница 19)

— Правда… — Эяла лукаво ухмыляется; впервые вижу на её лице ехидство, — тот, кто захочет моей помощи, провалит испытание.

Да уж… с одной стороны учителя соблазняют лёгкими решениями всех проблем, связанных с нашим путешествием, а с другой — за всё придётся платить. Причём по полной. Никакой жалости от наставников не дождёшься. Мы ещё не прибыли в горный храм, а тренировка уже идёт полным ходом.

Этой ночью меня во сне не беспокоили ни райкан-убийца, желающий доставить к своей королеве, ни посланник Адари. С ним, кстати, я бы ещё поговорил. Хочется узнать, как там Адари с Галфалом. Всё ли у них хорошо? Ну, как бы то ни было, выспался я прекрасно, даже невзирая на ночной холод. Подбитые мехом какого-то зверя одеяла, которые мы взяли в этом лагере, оказались не в пример теплее тех, что у нас были за спиной, привязанные к походным мешкам.

С утра вернулся наставник Гаран, и мы, позавтракав всё той же солониной с хлебом, аккуратно сложили и вернули на место тюфяки с одеялами, а затем отправились дальше.

Идти теперь куда легче — не нужно более напрягать все внимание и мышцы, судорожно держаться за холодные цепи и прижиматься к отвесным скалам, дабы не сорваться в пропасть. С другой стороны, путь предстоит длинный, и мы постоянно поднимаемся в горы. Всё выше и выше. Невзирая на то, что хорошо отдохнул этой ночью, ноги начали уставать. Да и дышать становится всё сложнее из-за разряжённого воздуха. Ещё и солнца припекают. Если б не прохладный ветер, то было б совсем плохо…

Камни, скалы, замшелые валуны… везде редкая поросль горных трав, чьи тонкие сухие стебельки дрожат на ветру. Ещё реже встречаются одинокие с кривыми стволами и раскидистыми кронами сосны, пустившие толстые корни на склонах гор. Вот кусты можжевельника попадаются куда чаще.

Ветер гонит на север корабли облаков. Над головой парят орлы, их клёкот временами разносится на всю округу.

К полудню вдали замаячила Каменная Клешня. Двойной горный пик, тянущийся к небесам гигантской рогатиной, коей мог обладать какой-то мифический колосс, словно выплыл из тумана. Затянутая серой дымкой, Клешня на фоне кольца Сарин казалась чем-то призрачным, нереальным. Миражом, готовым развеяться от лёгкого дуновения ветерка…

Мы всё идём да идём, идём да идём, а Клешня, кажется, как стояла вдали, так и стоит. Мы будто и не приблизились к цели… Как же я устал! Сейчас бы присесть, отдохнуть, но учителя явно намерены идти без остановок на привал до самого заката. Ни поесть, ни попить!

— Учи… тель… Эя… ла… — слышу голос одного из соучеников, он прерывисто сипит. Того и гляди, упадёт без чувств.

— Да, Имин, — она подходит к одному из мальчиков, у него смуглая кожа и соломенного цвета короткие волосы.

— Я… устал… нас… тав… ни… ца… — ученик останавливается, падает на колени, тяжело дыша. — Больше… не… могу…

— Уверен, что не хочешь бороться? — к мальчику подходит наставник Гаран. — До конца пути осталось не так уж и много.

Я бы поспорил! Это для кого как…

— Не… могу… хочу пройти… до конца… но… не могу…

— Так тому и быть, — говорит учитель Фрол. — Имин Ран-Вир, ты сдался, — вновь звучит ритуальная фраза. — Сдавшийся умирает! Ты возвращаешься домой. Путь в Орден Хранителей для тебя отныне закрыт.

Наставница Эяла качает головой, затем, направив ладони на мальчика, использует свет. Имина на несколько ударов сердца охватывает мягкое сияние, и он встаёт на ноги. Снова дышит спокойно, по его лицу и удивлённым глазам видно, что усталость мальчика больше не донимает.

— Гаран… — говорит Фрол.

— Я понял, — второй наставник кивает и тяжело вздыхает. — Пойдём, Имин. Провожу тебя обратно…

Глава 12

Дэйше вновь скрывается средь горных пещер. Для связи с королевой Райнора нужен кромешный мрак, чтобы ни единый лучик света не нарушил силовой нити, протянувшейся меж двух миров. Благо в недрах этих гор есть целый лабиринт пещер. Главное — найти туда вход, на что райканский убийца потратил два дня.

Шэхар вытягивает перед собой ладонь, сосредотачивается на окружающих его потоках силы тьмы. В следующий миг в пяти шагах от него над полом возникает чёрный овал, окаймлённый клубами дыма.

— Дэйше… — шелестит голос королевы, словно ветер, кружащий опавшие листья.

— Моя королева, — шэхар опускается на колени — в позу провинившегося.

— Ты не привёл ребёнка.

— Вмешался Талгас, моя королева, — Дэйше ещё сильнее склонил голову; шэхар не любил оправдываться, считая, что это лишь усиливает вину тех, кто не справился с заданием.

— Вмешался?

— Да, моя королева. Он отказался выполнять ваш приказ и не позволил мне забрать ребёнка.

— Хм. Очень интересно. Отказался подчиниться… — королева усмехается. — Талгас серьёзный соперник, ты с ним не справишься. Но это не оправдывает того, что ты осмелился говорить со мной, не выполнив задание. И ты бы не стал этого делать без веской причины. Талгас такой причиной не является, как и его отказ подчиниться моему приказу.

На несколько мгновений воцаряется тишина. Сильнейшая среди райканов — Её Величество Лайдана Акада-Рэн — размышляет, а её верный шэхар не смеет без позволения произнести ни слова.

— Говори, — наконец, разрешает королева.

— Райнор… — Дэйше замолкает, собираясь духом, — пал?

— С чего ты так решил, шэхар? — убийца вздрагивает, ощутив направленную на него волну злости.

— Талгас… он так сказал. Сказал, что Даррат прорвался в Райнор, и что вы, моя королева, теперь им порабощены. Я… — он поднимает на зеркало полный верности и надежды взгляд, угольки в его глазах загораются пуще прежнего. — Я должен был убедиться, моя королева! Порталы в Райнор не работают, все тёмные в Ардане отрезаны от дома, моя королева, — Дэйше опускает голову, шэхар чувствует пустоту в душе. — И я не знаю…

— Даррат действительно смог прорваться в Райнор, — прерывает Лайдана подчинённого, в её голосе больше нет злобы, но произнесённые слова ледяным водопадом обрушиваются на убийцу. — Враг разрушил межмировые врата, но Чертог Тьмы не пал. Лучшие из лучших воинов Райнора достаточно сильны, чтобы выдержать любое вторжение и уничтожить прихвостней пожирателя.

С души шэхара будто камень свалился. Так, значит, Даррат сам не вторгался в мир Тьмы, а лишь отправил своих слуг — гэрнитов. Тоже опасные противники. Её Величество не сказала о потерях, но они есть — не могут не быть, когда речь заходит о вторжении Даррата. Кого-то шэхар больше никогда не увидит, когда сможет вернуться домой…

— Дэйше, ты должен похитить мальчика. Любой ценой!

— Но… чем так важен этот ребёнок?

— Мальчик станет оружием в борьбе против Даррата, когда вырастет, когда обучится и станет сильным. В Райноре он будет в безопасности, мы сможем сделать из него сильного воина.

— Если врата разрушены, как я доставлю его в Райнор?

— Я сама открою портал.

Опасно. Королева может умереть, если не справится с потоком силы межмирья, но она же сильнейшая средь райканов. У кого это получится, если не у неё?

— А как быть с Талгасом? Я с ним не справлюсь.

— Что же до Талгаса… — королева усмехается, — предатель должен быть уничтожен. Я направлю к тебе Одора в подкрепление.

Каменная Клешня поражает воображение своей нереальностью. Смотришь на этот колосс, видишь его, можешь даже потрогать гладкие стены расселины, но всё равно кажется, что подобное просто не может существовать в действительности. Не может, однако существует…

Гаратор не спроста более низкий пик, чем его собрат Джэнтор. Верхушки обоих словно срезало наискосок гигантским мечом. Впечатление такое, что сначала рубанули слева направо по диагонали, будто один великан смахнул другому голову вместе с куском туловища, потом ударили сверху вниз, разрезая гору напополам. Не знаю, чем это проделали, но это нечто было очень острое и столь горячее, что оплавило камень до стеклянного блеска. В результате получился коридор через гору.

И мы идём по нему. Наставники спокойны, не раз тут проходили, но вот ученики смотрят на это чудо с открытыми ртами, и мы невольно втягиваем головы в плечи, чувствуя, как гладкие чёрные стены с каждым нашим шагом всё больше и больше давят на мозг, нависая над нами огромными каменными массами. Кажется, что скалы сейчас обрушатся или сомкнутся до того, как мы успеем сбежать из этого коридора. Не хочется оказаться тут погребённым…

— Ничего не бойтесь, — подбадривает наставница Эяла. — Всё это — тоже часть испытания. Мы почти у цели.

Угу… осталось лишь пройти сквозь гору, через рукотворный каменный коридор. Несмотря на яркий солнечный день, тут темно… и чем дальше, тем сильнее сгущается тень. Каждый наш шаг гулким эхом отражается от антрацитовых остекленевших стен. Раздражает! Бесит! Ветер здесь завывает особенно сильно, будто какая-то неведомая тварь; пробирает почти до костей, заставляя сильнее кутаться в меховые плащи, кои нам дали на последней стоянке наставники. Удивили. Думал, к нам вообще не проявят никакой жалости, но, видимо, не хотели, чтобы мы прибыли в горный храм больными и ослабевшими. Хотя учитель Эяла могла бы нас исцелить. Или не могла бы… по тем или иным причинам. Например, ограничения у исцеления. Возможно, они есть. Потом поинтересуюсь у Эялы… но если учитывать, что у нас будут жёсткие тренировки, то об этом могу и забыть. Или первое время из-за нагрузок мне вообще будет не до вопросов…