Талех Аббасов – Ардан. Войско света. Книга 2 (страница 57)

Резо вспомнил, как он чуть более половины энира назад вернулся в столицу и был поражён: как разительно отличался живой Марит от умирающего в агонии Трасота. А тяжёлые взгляды стражников, изредка встречавшихся на улице, только усилили чувство безнадёжности, возникшее в груди шэхара, стоило ему пройти под аркой главных ворот города.

В тот день им вместе с Годи пришлось идти с докладом к тэлу Имлору. Главный советник Калдана хотел лично услышать от Резо всё, что касается Марита. Ибо одно дело сухие донесения, переданные через Годи, и совсем другое — мнение человека, прожившего в стане врага несколько эниров.

— Итак, рассказывай, — сидя в кресле за дубовым столом, произнёс тэл Имлор, когда оба шэхара оказались в его кабинете в королевском дворце. Облачённый в неизменную белую мантию советника, Имлор Дайнар с интересом оглядывал подчинённых из-под кустистых нахмуренных бровей. Чёрные пряди ниспадали ему на лоб, сзади же и по бокам волосы были коротко острижены.

Сгорбленный Годи даже перед лицом хозяина не снимал капюшона и старательно отворачивался. Хитрец. В любой миг мог метнуть кинжал вроде бы из неудобного для броска положения — стоит лишь зазеваться беспечной жертве. Именно за подобное качество Имлор особенно ценил убийцу. А вот Резо стоял прямо и с вызовом смотрел прямо в карие глаза хозяина, не отводя взгляда.

— Моих донесений недостаточно, тэл Имлор? — спросил Резо.

Советник хмыкнул. Этот шэхар всегда был наглым, а теперь вообще переступал черту дозволенного. Но ему позволительно и даже простительно — один из любимчиков как-никак. Только Резо об этом знать не обязательно.

— Знай своё место, шэхар! — повысил голос хозяин кабинета. — Иначе расстанешься с языком, коли он тебе мешает! Рассказывай всё по порядку и обстоятельно!

— Как прикажете, тэл Имлор, — шэхар поклонился.

И Резо рассказал.

Пришлось выкладывать всё в мельчайших подробностях, ибо хозяин постоянно задавал уточняющие вопросы. Особенно советника заинтересовал поединок принцессы и её телохранителя против существа, пришедшего из бездны. Шэхар лишь умолчал о Минай, хоть и не знал, что жрица смерти уже мертва.

— Иногда мне кажется, что ты дурак, Резо, — заявил Годи уже после того, как они покинули кабинет хозяина. — Зачем злить Имлора?

В ответ Резо лишь пожал плечами.

— Похоже, жизнь в стане врага не пошла тебе на пользу, — заметил Годи.

— Как знать… — сказал Резо и вновь пожал плечами.

Так за воспоминаниями шэхар вскоре добрёл до одной неприметной улочки. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что слежки нет, свернул туда, прошмыгнув между домами. Тут заметно темнее. И сыро. Грубую поверхность стен покрывала плесень. Противно чавкала под сапогами грязь, в ноздри назойливо лезла гнилостная вонь. По капюшону тарабанили струйки воды, ручейками стекавшие с покатых крыш. Не обращая внимания на неприятные (благо, временные) неудобства, Резо прошёл через лабиринт переулков и остановился в маленьком дворике перед одноэтажным покосившимся домом. Подойдя к булыжнику, валявшемуся на земле, протёр об него подошвы сапог, дабы убрать налипшую грязь. Вновь посмотрев по сторонам, он приблизился к двери и пробил условным стуком: три быстрых, два с задержкой, два быстрых — всё в порядке, хвоста нет, свои.

Чуть погодя дверь скрипнула и приотворилась. В образовавшейся щели возник крючковатый нос Годи, как всегда торчащий из-под капюшона.

— Опаздываешь. Только тебя ждём, — прошептал он.

Резо переступил порог, дверь за ним захлопнулась, лязгнул железный засов. Теперь можно расслабиться. Резо облегчённо вздохнул и, стянув промокший плащ, повесил на гвоздь справа от входа.

Внутри царил полумрак. И было тепло — дом обогревался печью, в которой дотлевали горячие красные угли. Резо с Годи прошествовали в середину помещения к шести табуретам и крепкому, сделанному из сосновых досок столу, на котором покоились масляная лампа, две бутыли с баросом и шесть глиняных кружек. Здесь же их ждали двое: кряжистый низкорослый крепыш, лицо которого покрывала густая чёрная борода и долговязый, худой, как стручок, хитроватого вида парень лет двадцати двух. Оба облачены в тёмные, землистого цвета кожаные доспехи.

— Хуст, — Резо кивнул крепышу. — Струна, — такой же кивок долговязому, которого на самом деле звали Динэк. Но друзья давно привыкли называть парня по прозвищу. Не только за худобу, но и за его любовь к удавке, которой он задушил немало беспечных жертв.

Четверо уселись за столом, мрачно переглядываясь и думая каждый о своём.

— Крысы вновь в сборе, — прошипел Годи.

— Не в полном, — заметил писклявым голосом Струна.

Два из шести табуретов пустовали.

— Помянем Мигена и Ринта, — прокряхтел Хуст, наливая в кружки барос. — Хорошие были друзья, мастера своего дела.

Не чокаясь, залпом осушили бокалы. Горьковато-кислый напиток ожёг пищеводы и ухнул в желудки, растёкшись внутри жидким огнём. Резо поморщился — уже отвык от этой дряни, пока жил в Марите. Нет, бывало, барос распивали и там — солдаты им не брезговали, но всё же больше ценили киал.

— Давно мы не собирались вместе, — пропищал Струна. Отсветы лампы делали его и без того впалое лицо резким, похожим на череп, на который кто-то шутки ради натянул кожу.

Предыдущая сходка «Крыс», как они именовали свою шайку, произошла после того, как Имлор вытащил их из застенков королевского дворца. Когда-то «Крысы» немало шороху наводили в Трасоте, промышляя заказными убийствами, грабежами, отравлениями. И всё было бы хорошо, если б их не сдал один из заказчиков. Шестёрку шэхаров ожидала плаха и топор палача. Там бы и завершился путь «Крыс». Но неожиданный переворот и убийство короля Элато изменили их судьбу. В тогдашней неразберихе всем стало наплевать на томящихся в тюрьме в ожидании исполнения смертного приговора убийц. Всем, кроме Имлора Дайнара. Он освободил «Крыс» и решил использовать их таланты в собственных целях. Ну а шэхарам ничего иного не оставалось, как пойти под руку советника нового правителя. Тогда они посчитали служение человеку, спасшего их от смерти, не таким уж и плохим делом. А если учитывать, что спаситель к тому же наделён немалой властью, что сулило шэхарам огромные возможности, — так вообще прекрасно. Только вот для чего теперь нужны эти возможности в умирающем городе?

— Рассказывай, — произнёс Хуст, внимательно глядя на Резо.

— Вы сами видите, — начал Резо спустя несколько мгновений, — до чего довели Трасот. Раньше он был богатой жилой для таких, как мы. Сейчас зайди в любой дом, бери всё, что захочешь, — хозяева либо мертвы, либо не будут сопротивляться от страха. Только зачем нам всё это?

— Ты прав, — согласился Струна.

Действительно, зачем нужны все эти богатства, если ими ни перед кем не похвастаешь? Зачем нужны деньги, если вечером их негде пропить, проесть или потратить на какую-нибудь добротную вкусненькую шлюху? Погладить её округлую попу, потискать мягкую грудь. Струна довольно зажмурился от приятных воспоминаний и мечтательно заулыбался.

— Так-то оно так. Только к чему ты это? — буркнул Хуст.

— Надо менять всё это, — ответил Резо.

— Надо, — произнёс Годи, плеснув хмельного напитка в кружку. — Только невозможно. Пока у власти Калдан и Имлор.

— Значит, в расход их, — усмехнувшись и скрестив руки на груди, заявил Резо.

Хуст и Струна уставились на него выпученными глазами, Годи подавился очередным глотком бароса и зашёлся в сиплом кашле. Резо дружески похлопал его по спине, пока тот не пришёл в себя.

— Ты умишком случайно не тронулся, пока отсиживался в Марите? — проворчал Хуст.

— Точно последние мозги отшиб, — кивая, поддакнул Струна.

— Ты в своём уме?! — прошипел Годи. — Имлора ещё можно кончить, хоть и опасно… а Калдан… это же маг! Резо! Понимаешь? Маг! И ладно бы он был сам по себе… но его защищают жрецы смерти. Нет, нет, нет, нет, нет, Резо! На такое дело я не пойду!

Резо с улыбкой на лице обвёл взглядом друзей. А затем, достав из кармана куртки серебряное кольцо, положил на стол.

— И что? — спустя несколько мгновений молчания спросил Струна. — Что мы побрякушек всяких не видали?

— Это печатка верховной жрицы смерти Вассы Вин-Ледир, — с ухмылкой довольного кота заявил Резо.

Друзья поняли всё сразу. Резо не трепло и пустословить не будет.

— За спиной у Имлора с главной магессой, значит, снюхался, — почесав бороду, пробурчал Хуст и одобрительно кивнул.

— Ай да хитрец! — восхитился Струна.

Годи задумался. Мрачный убийца всегда предпочитал сначала хорошенько подумать и только потом — говорить или делать. А поразмышлять было о чём. Раз уж Резо сошёлся с верховной жрицей смерти, это может значить только одно: Васса предала Калдана, а повелитель, скорее всего, об этом догадывается и хочет проверить на верность главную магессу. А тут «Крысы» для дела подвернулись, головы которых слетят с плеч вместе с головой Вассы.

— Это дело попахивает дерьмом, приятель, — наконец изрёк Годи.

— Так и есть, — Резо кивнул.

— И ты всё равно сунешь голову в пасть венарата, — заключил мрачный убийца, покачав головой. — Не отступишься.

— Ты меня хорошо знаешь, Годи.

— Знаю. Ты без причины ничего не делаешь. Так что выкладывай, ради чего ты готов рискнуть головой.

— Дело должно того стоить, — буркнул Хуст.

Струна кивнул, соглашаясь с друзьями.