Талех Аббасов – Ардан. Войско света. Книга 2 (страница 32)

«Понимаю».

«Хорошо. Но я не хочу вынуждать тебя. Я сниму с тебя ошейник, а пойдёшь ты со мной или нет — решишь сам».

«Райсэн, не думаю, что это хорошая идея, — заговорил второй мужчина. — Ошейник сдерживает венаратов от убийства людей».

Перепонки на голове раскрылись против воли Тира, он угрожающе утробно заурчал, показав серповидные клыки.

«А то, что люди убивают взрослых венаратов, забирают детёнышей и надевают на них рабские ошейники, ты считаешь нормальным?»

«Не считаю. Но люди глупы и делают это по незнанию. Даже я до сих пор считал, что венараты — просто ящеры, просто животные».

«Потомки дженов! Не животные!» — вновь издав утробный рык, возразил Тир.

«Дети драконов, — произнёс стоявший впереди человек и подошёл совсем близко к загону. — Тебе знакомо имя Агисиран?»

«Одна из высших! Джен!» — восхищённо ответил Тир. Этот человек начинал ему нравиться.

«Она мой покровитель».

«Вижу. Ты отмечен. Её печать. На них тоже. Печати дженов».

Человек протянул к его шее руки. Тир не шелохнулся, почувствовав намерение странного собеседника. Свобода! Она близка! Мужчина крепко ухватился за цепь, но не стал ничего делать.

«Джены спят. Я знаю где. И я хочу их разбудить», — произнёс человек и рванул цепь в стороны. Та, не выдержав, с пронзительным звоном лопнула. Однако вопреки всему Тир, получив долгожданную свободу, остался стоять смирно.

«Зачем?» — спросил Тир.

«Грядёт новая война. Люди слабы и проиграют. Тогда наш мир будет уничтожен. Риданис не хочет этого».

«Глас богини? Слышишь?» — Тир удивился пуще прежнего.

«Да».

«Помогу, — после короткого молчания заговорил Тир. — С тобой. Друг».

«Вот и отлично!» — человек искренне улыбнулся.

Красавец! Я впервые видел венарата и невольно восхищался статью ящера. Всё тело рептилии покрывала багряная чешуя. Поверх её лоснилась короткая шерсть, которой потомки драконов обрастают зимой. От головы до длинного, окаймлённого тройкой шипов хвоста шёл двойной ряд гребневидных наростов. На голове красовалась пара кривых рогов, загнутых назад. В целом венарат напоминал большую кошку с драконьей головой — именно с такими головами художники изображали древних дженов на фресках.

Тир — так звали ящера — гордо подняв голову, шёл рядом со мной по рыхлому снегу. Он несказанно обрадовался, когда узнал, что его прежний хозяин — тот самый жрец смерти, которого прикончил Фай, — мёртв. Жители деревушки рудокопов, в конюшне которой я и нашёл Тира, расходились перед нашей четвёркой — к венарату без рабского ошейника никто благоразумно не приближался.

После того как Шаан исчезла, мы обыскали ближайшие к лагерю чёрных проходы и полости пещеры — проверять каждый её закоулок не имелось ни времени, ни возможности — настолько она была огромной. К тому же вряд ли жрецы держали рабов далеко от лагеря. Необходимо, чтобы те всегда находились под рукой. Так и оказалось. В одном из ответвлений пещеры мы обнаружили камеры, где держали хранителей. Все грязные, измождённые — полсотни отчаявшихся пленников. Их волю к жизни ломали специально, готовили к обращению в гэрхасов. В другом тоннеле мы обнаружили довольно обширное прямоугольное помещение с невысоким потолком. Вдоль стен стояло десять каменных столов-алтарей, на которых корчились от боли хранители. Между ними в середине залы возвышался почти до потолка уже знакомый чёрный обелиск, протянувший к жертвам чёрные клубящиеся щупальца. Ещё в Эриосе мы с Дэндженом уничтожили такой, когда Минай с его помощью воскрешала мертвецов.

Не раздумывая, я метнул огненный шар в обелиск. Грянул взрыв, и орудие хаоса превратилось в бесполезную груду камней. Муки хранителей тут же прекратились. Однако ни одного из них не удалось спасти. Не помогла даже ваирагия света. Видимо, хаос слишком исказил их тела, что без его поддержки и полного превращения они уже не могли жить.

«Злость. Чувствую. В тебе», — произнёс Тир, заметив, как я сжимаю кулаки.

«Чёрные замучили и убили много хороших людей», — кивнув, ответил я.

«Не понимаю. Злость. Зачем?»

«Что ты чувствовал, когда убивали твоих родителей? Когда забирали твоих братьев и сестёр?»

Перепонки на голове Тира мгновенно растянулись и угрожающе задрожали.

«Вот и со мной — то же самое. Хранители — мои братья. Я один из них и не могу допустить, чтобы чёрные продолжали их убивать».

Тир остановился, оторвавшись от нас. Я, Мияра и Трено обернулись к нему.

«В чём дело, дружище?» — спросил я у замершего в нерешительности венарата.

«Месть. Хочу».

«Ты ведь понимаешь, что я не позволю?»

«Да. Себе. Разрешаешь», — возмутился ящер.

«Люди поймут вас. Вспомнят то, что забыли, когда пробудим высших. И больше не будут так с вами поступать. Мои враги — другие. Большинство из них отравлено властью и силой хаоса. Их уже не вернёшь. Понимаешь?»

«Да», — Тир склонил в согласии голову.

«Тогда идём».

Венарат молча зашагал вслед за нами.

Мы покинули деревню и двинулись к столице королевства. Предварительно с помощью ваирагии обвалили главный тоннель в шахту на протяжении всей его длины. Такой завал люди Калдана долго не расчистят. Рудокопам теперь здесь делать нечего. К тому же чёрные обязательно придут сюда, чтобы проверить, почему задерживаются поставки райдиана. Так что заваленная шахта — не единственная причина, дабы поскорее отсюда убраться. Спасённые хранители после обстоятельного разговора со мной и Трено решили проводить деревенских до ближайшего села или города, а потом присоединиться к остальным братьям, избежавшим плена. Мы пожали друг другу руки и разошлись, договорившись встретиться всем вместе уже у ворот столицы Ярана.

Брата Мияры среди пленных не было. Я не сказал ей, что, возможно, он уже погиб или обращён. Но она видела, что происходило с хранителями на алтарях. Видимо, догадывается, ибо с того времени она мрачнее тучи и ничего не говорит. Только раз в конюшне мысленно заговорила о венаратах. А мы с Трено и не пытались её отвлечь. Понимали, что Мие нужно о многом подумать.

Талгас посетил нас на очередной стоянке в лесу перед закатом. К счастью, не в облике твари из бездны.

— Отличной зверушкой обзавёлся! — заметил он сходу, за что Тир наградил даркана «испепеляющим» взглядом.

— Всё шутишь, Хохотун? — усмехнулся я, потом добавил серьёзно. — Тир не зверь.

— Угу. А я не даркан.

Венарат презрительно фыркнул и, отойдя в сторону, улёгся на землю — благо снег уже растаял под огненным куполом.

Мияра, занимаясь готовкой, искоса и настороженно поглядывала на Талгаса, а Трено с интересом внимал нашему разговору, привязывая к стволу ели коней, которые, кстати, сначала ожидаемо испугались Тира, но за день поездки с ним привыкли. Видать, почуяли, что можно не опасаться венарата.

Я решил не спорить с Талгасом. Хохотун по-прежнему испытывает мою сдержанность, чтобы я не расслаблялся.

— Хорошо, наставник. Какой урок ты хочешь преподать мне на этот раз?

Талгас вздохнул и сказал:

— Ты слишком полагаешься на хаос.

— Знаю. Именно поэтому в бою с Фаем я не использовал силу хаоса, — отчасти соврал я, ибо если бы дарканы не проявили уважения, то я бы не сдерживал Виорила.

— Тебе нужно постигать тьму и свет. Тебе не зря дали имя Райсэн. Они должны стать твоим главным оружием, а вовсе не стихия и уж тем более не хаос.

— Почему?

— Потому что они не помогут тебе в битве с Лайданой. Королева поиграет с тобой, потом разом выпьет всю силу пространства на пять сотен шагов вокруг и ударит по тебе тьмой. Ты можешь представить себе мощь такого удара?

Пять сотен шагов?! Мать-перемать! Ей и играть со мной не нужно. Даже если я чудом выживу после такой атаки, то пользоваться ваирагией не смогу — нечем будет. Мой предел — пока что двести шагов.

Размышления отразились на моём прибалдевшем лице, так что Талгас, усмехнувшись, решил добить:

— Лайдана на четвёртой ступени. Потоки силы подчиняются ей на тысячу шагов вокруг.

— И ты наивно полагаешь, что я справлюсь с таким чудовищем?! — не выдержав наплыва чувств, воскликнул я.

— Вот и дала твоя сдержанность трещинку, — заявил Талгас и расхохотался.

Проклятье! Наставник опять прав. До боя с Лайданой ещё далеко, а я раскис, словно уже проиграл. Мияра улыбнулась, глядя на меня. Ну да. Всё время я её подначивал, а тут уже меня вывели из равновесия. Но я рад, что хоть таким образом заставил её просиять чуток, а то хмурилась всю дорогу.

— Да, полагаю, — продолжил даркан, по-прежнему ехидно ухмыляясь. — И вовсе не наивно. Просто достигни четвёртой ступени силы тьмы и света. Тогда у тебя будет возможность победить.

Это сделать будет не просто. Ладно, ещё со светом как-то можно попытаться — тренировки сделают своё дело так или иначе. Но как развить силу тьмы, если постоянно опасаешься, что тебя найдут райнорские охотники? И хорошо, если они будут такими же, как Кагар и Фай. А если сойдусь в поединке с дарканом, равным по силе Шаан или того хуже — Талгасу. Как тогда быть? Мне не может везти вечно.

— Ты знаешь, что произойдёт, если я воспользуюсь тьмой.

— Знаю, — Талгас кивнул. — Но пока что у тебя есть два дня. А потом… ты же помнишь, что нужно уметь видеть возможности там, где другие видят препятствия?