Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 5 (страница 192)

С одной стороны, столпотворение на дорогах разозлило Адэра: правительственный кортеж полз со скоростью улитки. С другой стороны, порадовало. Он думал, чтолюди, запуганные сказками про морун, не решатся поехать за Долину Печали. Видимо желание увидеть настоящую коронацию взяло верх над страхом. А может, сыграла роль озвученная в амфитеатре цифра: за долиной живут триста морун(кстати, завышенная цифра). Триста, а не полмиллиона!

Перевал представлял собой серпантин, сначала взбегающий в гору, затемниспадающий к руслу реки. От крутых витков и петель, от вида горных хребтов с заснеженными вершинами, водопадов и цветущей долины, испещрённой озёрами, захватывало дух.

В итоге Адэр провёл в пути намного больше времени, чем рассчитывал. К особняку, окружённому ракшадскими воинами, подъехал после полудня. Переступив порог дома, устремился к лестнице, ведущей на второй этаж, на ходу задавая слугам иорганизаторам церемонии вопросы и тут же получая ответы. «Платье». — «Готово». — «Корона». — «Готова». — «Трон». — «Установили»…

Если на первом этаже сновали слуги, стражи и помощники Макидора, то на второмэтаже было тихо. У покоев Эйры дежурил Талаш. Дальше по коридору у выхода набалкон стояли Мебо и Луга.

Войдя в гостиную, Адэр столкнулся с врачом и жрицей Наиль. У Эйры депрессия… Ещё депрессии накануне торжества не хватало.

Наиль выпроводила врача и попросила Адэра выслушать её. Он хотел слышать голос Эйры, а не жрицы. Хотел смотреть в изумрудные глаза, а не в янтарные. Новстревоженное выражение лица заставило сесть в кресло.

Наиль опустилась на краешек стула. Расправляя на коленях бархатную юбку, промолвила:

— Первая беременность и первые роды — для нас сильнейший стресс.

— По-моему, беременность и роды — стресс для любой женщины. И неважно, беременность первая или десятая.

Наиль покачала головой:

— Вы правы, но не забывайте, что моруны вымирающий народ.

— Как это связано с Эйрой? — спросил Адэр и посмотрел на двери спальни. Сердце и душа рвались туда, за эту тонкую преграду.

— Много веков назад у нас рождались девочки-моруны и мальчики-моруны. Потомморунами стали рождаться только девочки. В каждой семье было несколькодочерей. Вы понимаете, да? Мы не были вымирающим народом. А потом вдруг моруной стала рождаться только первая и единственная девочка. Трагедия. Понимаете, да?

Адэр кивнул:

— Понимаю. Можно покороче?

Наиль с недовольным видом передёрнула плечами. Не понравился тон? Ему тоже не нравится, что воспитанность вынуждает его тратить время на человека, который ему совершенно не интересен.

— В нас поселился страх, что придёт время, когда у нас вообще не будет дочерей, — произнесла жрица. — Это будет означать только одно, что через несколько летнаш народ исчезнет. Поэтому первые роды — для нас сильнейшее потрясение.

— К чему вы ведёте? — спросил Адэр.

— У вас с Эйрой всё произошло не так, как... как положено. Она нарушила нашизаповеди. Вступила в близость с мужчиной, не будучи в законном браке. И малотого — забеременела. Она переживает, и это понятно. И мы переживаем. Даже не так. Мы боимся.

— Вместо того чтобы поддержать сестру по крови, успокоить, вы нагнетаете обстановку, — проговорил Адэр и поднялся. — Разговор окончен.

— Не буду ходить вокруг да около, — откликнулась Наиль. — Эйра носит мальчика.

— У нас будет сын? — спросил Адэр и еле сдержался, чтобы не подпрыгнуть отрадости. — Почему Эйра ничего мне не сказала?

— Потому что моруны не видят пол собственного ребёнка.

Адэр схватился за спинку кресла:

— У меня будет сын! Боже… у меня будет сын… — Заметив укоризненный взгляд, затряс рукой. — Не поймите меня превратно. Я хочу дочку, хочу много дочерей, нопервенец-наследник — мечта любого короля!

— Вы ничего не поняли, — сказала Наиль.

Адэр сжал кулак:

— Я всё прекрасно понял. То, что для нас огромная, ни с чем несравнимая радость, для вас трагедия. После коронации мы с Эйрой проведём обряд бракосочетания иуедем, чтобы больше никогда не видеть вашу кислую мину.

Пересёк гостиную и вошёл в спальню.

Ракшадская старуха, поднявшись с пола, прижала палец к губам и бесшумноудалилась.

Адэр встал на колени перед кроватью, провёл ладонью по шелковистым волосам:

— Эйра…

Она открыла глаза, улыбнулась:

— Вы приехали.

Адэр прикоснулся пальцами к её подбородку:

— День в разгаре, а ты спишь.

— Я не сплю. Я думаю.

— О чём?

Эйра вздохнула:

— Как мы назовём нашего сына.

Адэр прижался щекой к её животу:

— Эйрон Латаль Карро! Ты прославишь себя великими делами. Тобой будутвосхищаться современники, тебя не забудут потомки.

— Быть может, моруны нас простят.

— Мы не нуждаемся в их прощении, — сказал Адэр и, поднявшись на ноги, протянул руку. — Хватит хандрить. Поехали, развеемся.

Остаток дня они провели у подземного озера. Вечер скоротали в яблоневом саду. Ночь была жаркой, наполненной нежными ласками. Утром Эйра подошла к зеркалу и не узнала себя: лицо светится, глаза сияют.

Адэр обнял её сзади, опустил подбородок ей на плечо:

— Сегодня знаменательный день. Ни о чём не волнуйся. Ты королева. Ты распоряжаешься судьбами народов. Поступай так, как велит тебе сердце. Не думай о том, что можешь кого-то обидеть или задеть. Если захочешь сказать «нет», говори, не сомневайся. Значит, люди не заслужили твоего «да».

— А что будет?

— Увидишь. Пообещай только, что мой подарок ты примешь без раздумий.

— Обещаю.

Слуга сообщил о прибытии Троя Дадье. Эйра распорядилась накрыть стол набалконе и пригласить на завтрак Иштара. Если бы пять лет назад ей сказали, чтоона будет завтракать с самыми могущественными людьми на планете, она бы рассмеялась этому человеку в лицо.

Первые десять или пятнадцать минут за столом чувствовалось напряжение. Трой потягивал кофе, взирая на цветущий луг. Иштар рассматривал декоративную лепку на колоннах. Облокотившись на подлокотник кресла, Адэр не сводил глаз с Эйры.

Горестные мысли мучили её две недели. Моруны успокаивали, как могли. Лучше бы они не говорили, что она вынашивает мальчика. Осознание, что собственная любовь поставила под удар существование древнего народа, превратило душу в лохмотья. Но приехал он, и воздух вновь наполнился шелестом листвы и пениемптиц.

— Ваша Светлость, — произнесла Эйра. — До меня дошли слухи, что Лекьюр Дисан умер.

— Да, Ваше Величество, — ответил Трой и, поставив чашку, принял чинную позу. — Официальная версия: кровоизлияние в мозг.

— А неофициальная?

Поджав губы, Трой пожал плечами:

— Лекьюр по своей воле не оставил бы трон. Новый виток заговоров и интриг привёл бы к кровопролитию и государственному перевороту. Королём Партикурамаизбрали герцога Лофари. Не пытайтесь запомнить. Это подставная фигура. Скороего заменят. Думаю, основная задача избранного короля: открыть секретный исторический архив и уничтожить документы.

— Ты дашь нам медицинские карты? — обратился Адэр к Иштару.

Иштар вместе с креслом придвинулся к столу, переставил сахарницу с места наместо:

— У меня их нет. Я говорил Эйре. Мой прадед раздобыл истории болезней и отдал их Зервану. Зерван взял с короля Партикурама расписку, что тот не передастпрестол своему сыну по наследству. Похоже, карты и расписка хранились в архиве: в тайнике или в сейфе. Кто-то скажет, что Зерван поступил благородно, дал королю возможность с достоинством уйти со сцены. Я считаю, что он поступил глупо. Надобыло обнародовать информацию, и не было бы ни поджогов, ни геноцида.

— Ты говорил, что у тебя есть список носителей болезни, — сказала Эйра.

— Есть, — кивнул Иштар. — Мои люди тщательно проработали родословную династии Дисанов. Только без медицинских карт этот список — писулька. Можете объявить, что карт нет. Можете сохранить это в тайне и почистить свои ряды. Мне всё равно.

Трой усмехнулся:

— Всё равно?