Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 5 (страница 164)

– Так спросите.

– Вы с Иштаром были близки?

– Да.

– Насколько?

– Мы были на грани.

Немного помедлив, Адэр опустил голову, посмотрел Эйре в глаза:

– Почему молчишь?

– Мне больше нечего добавить.

– Почему не упрекаешь меня? Почему не говоришь, что я подарил тебя Иштару. Почему не вспоминаешь, что я приказал тебе не возвращаться? Почему не говоришь, что я сам сотни раз переступал грани с другими женщинами? Почему... – Адэр оттолкнулся от стены. – Я ждал тебя и боялся, что ты приедешь. Боялся увидеть твои глаза: янтарные или серые. А ты приехала с изрезанными руками. Чтоон с тобой делал?

– Любил.

Адэр покачал головой, открыл двери и выпустил Эйру из зала.

Служанка провела её до служебного выхода из дворца. В сени деревьев средимашин для перевозки продуктов стоял автомобиль. Зульц распахнул дверцу и – когда Эйра расположилась на заднем сиденье – уселся за руль.

Всю обратную дорогу до гостиницы она смотрела в окно, силясь угадать, о какомкафе рассказывал Вилар. Потом вспомнила, что его любимое заведение находится на центральной улице, а они ехали явно не по центру: дома чистые, опрятные, нобез архитектурных излишеств, горожане в неприхотливых нарядах, транспорт без претензий на роскошь.

В пансионате было безлюдно. Жильцы отправились на дворцовую площадь, надеясь занять лучшие места. Они были готовы проторчать целый день насолнцепёке, лишь бы увидеть на закате свет Краеугольных Земель во всей красе. А Эйре даже не показали парадный вход во дворец.

Войдя в комнату, она устало опустилась в кресло. Заглянув в двери, камеристкапоинтересовалась, не надо ли чего, и спросила разрешения уйти на праздник, который устраивали городские власти в центральном парке Градмира. Получив вместо ответа кивок, прошлась вокруг Эйры, придирчиво осматривая причёску, поправила пару шпилек. Сказала, где стоят коробки с обувью, если вдруг хозяйканадумает сменить туфли. В её милой головке не зародилось подозрение, чтохозяйку выставили из дворца и что, вернувшись, она не обнаружит и следапребывания Эйры в пансионате. Или зародилось, потому и решила смыться?

Эйра переоделась в дорожное платье, спрятала бутылочку с ядом в потайной кармашек, затолкала в чемодан наряд моруны и, вновь усевшись в кресло, уставилась на двери, ожидая Зульца или носильщика.

В окна влетал ветерок, пропахший свежеиспечённой сдобой. Доносились сигналы автомобилей, застрявших в пробке, и ржание лошадей. Зульц не появлялся.

Солнце спряталось за крышами зданий, закрывающих горизонт. Послышался звонколоколов. Издалека долетел гомон многотысячной толпы. Во дворец съезжаются гости…

Не выдержав, Эйра выглянула в коридор. По бокам двери стояли стражи.

– Вернитесь в комнату, – прозвучал металлический голос.

Её сторожат!

– Позовите, пожалуйста, моего водителя, – попросила она.

– Он ждёт разрешения на выезд.

Эйра закрыла двери, уставилась на бронзовую ручку. Ждёт разрешения… Почему он ждёт разрешения, когда всё решено? Её не выпустят из Градмира. Онасамозванка. Скорее всего, сейчас кто-то чужой и бессердечный подписывает приказ о её заключении в тюрьму или в психиатрическую лечебницу. Из тюрьмы выйтиможно, из психушки – нет.

В жизни Эйры было слишком много тяжёлых ночей. Изнурительная бессонницадавно стала подругой, переживания утратили остроту. Сейчас на плечи давилалишь усталость от бесплодного существования. Рука невольно прижималась к груди, проверяя: на месте ли смертоносный подарок Иштара.

Эйра не думала, как ей выжить – думала, как достойно умереть. Когда её привезутв тюрьму или психушку и потребуют раздеться, она выпьет яд. Потом всё равно: ктоосматривает и ощупывает её тело. Она уже будет на вершине горы, залитой лучамисолнца. Затем спустится в долину Печали и сольётся с сёстрами.

Принятое решение придало сил. Эйра подошла к окну.

Чёрное небо озарили вспышки: фонтаны грандиозных фейерверков искрами ибликами разлетелись над столицей. Послышались рукоплескания, крики, смех. Наверное, объявили дату коронации Адэра. Страна ликовала, Эйра готовилась к смерти.

Под утро по улице, освещённой фонарями, потянулись компании, горланившие гимн Тезара. Тени бежали за людьми либо опережали, словно указывая дорогу. Нарассвете город погрузился в глубокий сон. Эйра продолжала глядеть в небо, жалея, что окна смотрят на запад и вход в пансионат расположен с другой стороны здания. Возможно, к двери уже подъехала машина с затёмнёнными стёклами. Возможно, покоридору топают тюремщики. Скорее бы всё закончилось. Вот и шаги…

В гостиную вошёл Зульц:

– Эйра, поехали. – Взял чемодан и связку коробок с обувью.

– Куда?

– Поехали-поехали, – протараторил он и скрылся за дверями.

Сидя на заднем сиденье, Эйра беспрестанно оглядывалась – за их автомобилемнеотступно следовала машина с флажком Тезара на капоте. Она появилась, как только они отъехали от пансионата. Зульц пару часов покружил по городу, поругиваясь на светофорах. Движения почти не было, но светофоры работали и, будто на зло, постоянно загорался красный глаз.

Наконец автомобили покатили по пригороду. Эйра не смогла вспомнить каменную арку и мост через реку, булыжную набережную и кленовую рощу. Направляясь в Градмир, они однозначно здесь не проезжали.

– Куда ты меня везёшь? – спросила она, в очередной раз оглянувшись нанезнакомую машину.

Повернулась к Зульцу. Он не ответит, с таким видом люди упорно хранят молчание.

Впереди показался высокий забор, прикрытый вьющимся плющом. Чуть дальше возвышались башни под бронзовой черепицей. В просветах кованых ворот, охраняемых стражами, просматривались мраморные изваяния лошадей, склонившихся над чашей. В небо бил фонтан. Ветер подхватывал брызги и относил в сторону.

Зульц опустил руку на клаксон, но посигналить не успел. Стражи распахнуливорота.

Автомобиль объехал фонтан, пересёк овальную площадь и затормозил перед широкой лестницей, ведущей к трёхэтажному старинному зданию.

Зульц выбрался из салона и, обежав автомобиль, открыл дверцу. Немногоповременив, наклонился и промолвил еле слышно:

– Эйра, тебе надо выйти.

– Сейчас, – сказала она, глядя в лобовое стекло.

Перед ней словно развернули рисунок Галисии. Стены замка, оплетённые дикимвиноградом, над массивной дверью герб Тезара. Наверху лестницы Адэр: непринуждённая поза, таинственное выражение лица, в глазах немой призыв. С таким же видом он ждал, когда Галисия выпорхнет из салона. Только на рисунке не было слуг; сейчас они выстроились в два ряда, образовав живой коридор отнижней ступени до верхней.

– Эйра... – проговорил Зульц полушёпотом. – Не заставляй его ждать. У нас так не принято.

Она не могла пошевелиться. Всё её существо страдало и возмущалось: она однаиз тех, кого Адэр встречал, с кем беззаботно проводил время, кого усаживал в автомобиль и о ком тут же забывал. Разумом понимала, что это не так, но смотрелана мир глазами Галисии, чувствовала себя на её месте и ничего не могла с собой поделать.

Адэр занервничал. До слуха донёсся его приглушённый голос. Слуги повернулись к замку, застучали каблуками по ступеням и друг за другом скрылись за дверью.

– Увези меня, – прошептала Эйра.

– Ворота закрыли, – сказал Зульц,

Она покосилась в боковое окно. Ворота и правда закрыты. В просветах между выгнутыми прутьями виднелись стражи и машина, которая сопровождала их отпансионата. С внутренней стороны ворот стояли караульные, похожие на статуи.

Эйра вновь устремила взгляд на Адэра. Он неторопливо спустился с лестницы, вальяжной походкой двинулся к машине. Сердце закричало: «Беги!» Куда бежать? Калитки нет, забор высокий. Замок окружён парком. Из него нет выхода. Отсюданет выхода!

Зульц отступил от автомобиля на несколько шагов. Адэр заглянул в салон ипротянул руку.

– Я не ваша собственность, – проговорила Эйра. – Меня нельзя привозить к вамтолько потому, что вам так хочется.

Адэр обошёл автомобиль, сел за руль и нажал на педаль газа.

Вжимаясь в спинку кресла, Эйра смотрела на проплывающие за окном скульптуры, аллеи и беседки. Стены замка скрылись за деревьями. О замке напоминали башнии бронзовая крыша, возвышающиеся над кронами. В душе затеплилась глупая надежда, что Адэр высадить её возле других ворот и скажет: «Иди на все четыре стороны». Но сердце кричало: «Беги!»

Затормозив возле идеально ровных, высоких и длинных гряд с цветущей лавандой, Адэр вытащил ключ из замка зажигания и посмотрел на отражение Эйры в зеркале заднего вида. В его лице сквозило неприкрытое желание взять. Сейчас. Здесь. И никто его не остановит.

Эйра выскочила из салона и, не понимая, что делает, побежала между гряд, утопая в траве, путаясь в подоле. На ходу скинула туфли, боясь оглянуться, замешкаться хоть на секунду. В голове стучало: куда она бежит, от кого она бежит? Дорогу преградил пруд. Эйра замерла, глядя на очередную картину Галисии. Неподвижная гладь, раскрывшиеся кувшинки. На другом берегу ветер раскачивал камыш. Справаи слева ивы полоскали в воде ветви. Сзади Адэр… Пальцы проворно забегали поеё спине, расстёгивая пуговицы на платье.

Эйра обернулась:

– Не надо. Пожалуйста… не надо…

Адэр принялся вытаскивать из её волос шпильки:

– Не хочу повторять слова, которые говорят тысячи мужчин. Хочу обойтись без избитых выражений. К чёрту слова…

Скинул пиджак, снял рубашку. Прижал ладонь Эйры к своей груди: