Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 5 (страница 133)

Поднявшись, приблизился к стене. Герцогство Кангушара в составе страны. Этотгорный кряж отошёл Партикураму, а на карте это ещё Грасс-дэ-мор. Поля на севере – тоже Грасс-дэ-мор. Сейчас они, как и герцогство, принадлежат Тезару. Неткняжества Викуна и княжества Тария. Это всё земли Грасс-дэ-мора.

Адэр задохнулся от внезапной мысли, затрясся в крупном ознобе. Почему это не пришло ему в голову раньше? Он пытался пробить брешь в нерушимой стене, хотя ворота были рядом.

Направил луч фонаря на дверной проём и крикнул:

– Мун! Ормай! Кто здесь?

Затаил дыхание, надеясь услышать: «Эйра».

Прикрывая рукой глаза от света, на пороге возник Талаш.

– Знаешь, где живёт жрица? – спросил Адэр.

– Слуги знают.

– Отправь за ней. Срочно! И найди мне карту полуострова.

Уснуть этой ночью не получилось. Когда рассвело, Адэр расположился на балконе второго этажа и, развернув чертёж, стал изучать земли от горного кряжа до моря. Иногда задумчиво смотрел на сад, но чаще взирал на дорогу, ожидая всадников или повозку. Краем глаза видел работников, занятых ремонтом фонтанной чаши. Вполуха слушал прислугу, обсуждающую под портиком погоду и меню.

День тянулся мучительно долго. Адэр вышагивал по балкону. Отправлялся к себе в комнату и, развалившись на кровати, считал на потолке трещины. Шёл в обеденный зал, садился за стол и машинально отстукивал вилкой секунды.

Небо за окном подёрнулось сумрачной пеленой. Потеряв всякую надежду, Адэр вызвал Ормая и приказал найти лошадь. Если жрица не едет к нему, он поедет к ней сам. Жаль, что Эйра не будет присутствовать при их разговоре.

Ормай вернулся подозрительно быстро:

– Она здесь.

За спиной охранителя возник Мун:

– Ваше Величество! Прибыла жрица Наиль.

Войдя в гостиную, Адэр не сдержал улыбку, увидев с Эйрой моруну, которая тридня назад сидела на ступенях храма.

Поднявшись с кресла, жрица ответила улыбкой, тёплой, открытой:

– Ваше Величество! – И низко присела.

Эйра попыталась встать. Пошатнувшись, вжалась в сиденье и отвернулась к окну.

– Хорошо, что мы с вами знакомы, Наиль. Мне не придётся заходить издалека иобъясняться, – проговорил Адэр и жестом предложил жрице занять своё место. Расположившись в кресле напротив морун, произнёс: – В Тезаре есть традиция. Когда престолонаследнику исполняется двенадцать лет, король клянётся передать ему трон в «свой последний день». Наследник приносит ответную клятву: взойти напрестол в «свой первый день».

Перед внутренним взором возникла фотография, вставленная уголком в трюмо. Наснимке тронный зал. На троне Великий. Перед ним коленопреклонённый подросток. Это было семнадцать лет назад, но Адэр помнил этот день, будто он был вчера. Крикс привёз снимок из Градмира и подарил Анатану и Тасе. Они воткнулифотографию в щель между зеркалом и рамой и смотрели на неё, как на забавную картинку, не осознавая важности запечатлённого момента.

– Я не могу отречься от Тезара, – произнёс Адэр. – Не могу отказаться от Грасс-дэ-мора. Не представляю себя придворным или чиновником, не вижу себя советникомили старостой города. Единственное, что я умею, – это править. Я хочу передать своим детям богатое наследие, а не клеймо клятвопреступника и предателя. Моя женитьба – это один из величайших актов патриотизма. Если говорить на вашемязыке без слова «должен» – престолу необходим наследник. Державе необходимавера в будущее. А мне необходимо жениться на герцогине, принцессе иликоролеве. Я женюсь на королеве. – Адэр посмотрел на Эйру. – Ты улыбаешься?

– За четыре года вы сделали для нашей страны столько, сколько не сделалидвадцать семь правителей за сто лет, – сказала она. – Вы один из миллионов людей в мире, которые способны на такое. Вы обладаете даром, от которого нельзя отказываться. Вы понимаете, что счастье двух стран намного важнее собственногосчастья. Я улыбаюсь, потому что горжусь вами.

– Когда вы женитесь на тикурской принцессе? – спросила Наиль и, взглянув наЭйру, прижала ладонь к губам, словно запрещая себе говорить.

– Я женюсь на тебе, Эйра, – промолвил Адэр. – Я отделю полуостров Ярул отГрасс-дэ-мора, создам новое государство…

– Нет! – воскликнули Эйра и Наиль в один голос.

Адэр опешил:

– Почему – нет?

– Нельзя нас отрывать от нашей земли, – проговорила Наиль с дрожью в голосе. – Мы заперты за Долиной Печали, но это наша земля! Мы сохраняли её единствовеками, тысячелетиями. Вы не знаете, как нам было больно, когда её рвали. Не знаете, как мы это пережили.

– Дослушайте! – Адэр придвинулся на край сиденья и устремил взгляд в янтарные глаза жрицы. – Я отделю полуостров. Помогу вам создать государство. Помогу сформировать техническое правительство. Мы дождёмся, когда вас официальнопризнает необходимое количество стран. Потом вы изберёте Эйру королевой. Онабудет избранной королевой суверенного государства. Я смогу на ней жениться. Понимаете? Мы поженимся, и полуостров автоматически примкнёт к Грасс-дэ-мору. Это ваша земля и всегда будет вашей.

Жрица с сомнением в глазах покачала головой:

– А вдруг вы передумаете.

– Наиль, дорогая! – Адэр взял Эйру за руку. – Я люблю эту женщину и ради неё готов на всё, кроме предательства. Это единственная возможность попросить её руки и отдать ей своё сердце.

Жрица встала и принялась ходить от кресла к окну и обратно, шелестя юбкой из тафты:

– А вдруг что-то не получится? Вдруг вы заболеете и умрёте?

– Наиль… – промолвила Эйра.

– Вдруг начнётся война, и вам будет не до нас, – проговорила жрица, потрясая руками. – Когда от нашей земли отрезают кусочки, нам тяжело дышать. Мы связаны со своей землёй. Мы чувствуем её как пальцы на собственной руке. А вы хотите отрезать нас и выбросить как опухоль. Нас не станет. Понимаете? Моруны исчезнут.

Адэр подошёл к жрице, взял её за плечи:

– Наиль, посмотрите мне в глаза. На подготовку уйдёт до полугода. Я продумаю всё до мелочей, чтобы между отделением полуострова и его присоединением к Грасс-дэ-мору прошло всего несколько дней. Вы даже не заметите. Я проведу сюдателефонную связь и буду обсуждать с вами каждую деталь. Поверьте в меня ещё раз. Мне это необходимо.

Всматриваясь ему в лицо, Наиль шумно вздохнула:

– А как же Луанна? Вы помолвлены.

– Если я разорву помолвку сейчас, новую страну никто не признает. Королидогадаются, зачем я это делаю.

Жрица приблизилась к Эйре, присела перед ней на корточки, сжала её колени:

– Эйра, милая, я очень люблю тебя и хочу, чтобы ты была счастлива. Но этобольшой риск. Я не могу рисковать, нас так мало.

– Сейчас ты можешь подарить нам надежду, Наиль. Когда Его Величество скажет, что к отделению всё готово, мы встретимся и снова всё обсудим. А пока никому не говори о нашем разговоре, не тревожь сестёр. Это всего лишь планы.

Наиль решила заночевать, чтобы утром проводить правителя и жрицу от Бога. Онивместе поужинали в полном молчании. Мун повёл гостью в отведённую ей комнату. Слуги вынесли на балкон старинную софу, установили на полу подсвечники, зажглисвечи. Усевшись, Адэр привалился к мягкой спинке. Эйра легла, опустила голову ему на колени и почти сразу уснула. Он гладил её волосы и плечи, смотрел назвёзды и думал, что тайна, заключённая в этой женщине, так же велика, как тайнамироздания: в Эйре столько же истины, красоты и силы, сколько во всей вселенной.

Часть 24

***

– Слава Богу, вы вернулись, – промолвил герцог Кангушар, войдя в гардеробную. – Простите, Ваше Величество, но мне надо выговориться.

– Спасибо, Макидор, – сказал Адэр, забирая у костюмера галстук. – Дальше я сам.

Кангушар подождал, когда неторопливые шаги через гостиную оборвутся мягким хлопком двери, и произнёс:

– Позавчера в замок явились ракшады. Кстати, они до сих пор здесь.

Завязывая галстук, Адэр посмотрел на отражение герцога в зеркале. Глаза, прежде стальные, холодные, сверкают как расплавленный металл. Аристократическое лицо будто присыпано мелом. Чёрные блестящие волосы, всегда уложенные в стильную причёску, топорщатся, словно стояли дыбом три недели, и лишь сегодня их смочили и попытались прижать к голове.

– Теперь я знаю, что шабира для них такой же символ, как Эш для ветонов, – продолжил Кангушар. – Вдобавок ко всему она сестра Иштара. Это для них тоже много значит. Вы могли бы меня предупредить, и я бы не выглядел полным идиотом.

– Что им надо?

– Они хотят знать, где шабира. Хотят удостовериться, что она в порядке. Я не знал, что им сказать, изворачивался, как мог. Если Эйру не вернуть, конфликт с Ракшадой обеспечен.

– Выдохните, – произнёс Адэр и взял из футляра запонки. – Эйра вернулась.

Герцог привалился спиной к дверце шкафа:

– Камень с души.

– Она вошла со стороны флигеля, поэтому её никто не видел.

«Вошла» – неверное слово. Эйра проспала всю дорогу, ютясь на заднем сиденье рядом с Адэром, но сон не прибавил ей сил. Она не смогла выбраться из салона автомобиля. Талаш взял её на руки и пронёс до покоев по потайным переходам, чтобы избежать слухов и пересудов.

– Ракшады крайне недовольны моим назначением, – произнёс Кангушар.

И в этом герцог прав. С появлением соправителя тайный советник стал третьим лицом в стране. Одним из условий сотрудничества Ракшады и Грасс-дэ-мора было сохранение за Эйрой второго места.

– Моему назначению никто не рад, кроме ветонов. В Лайдаре устроили праздник. Мне пришлось выступить с речью. Климы и ориенты на меня косились. Остальные смотрели, будто я только что вылез из чрева матери.