Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 1 (страница 19)
– Как видишь – нет, – проговорил Мун, разглядывая вздувшиеся вены на своих руках. – Я пробыл у морун всего три года.
– Йола думал, что с земель морун не возвращаются.
– Они насильно никого не держат.
– Йола думал иначе… Йола знал, что найдёт в замке брата.
Мун недоверчиво покосился:
– Откуда?
– Вилар два дня бредил и звал Малику. Редкое имя. Йола знал одну женщину с таким именем. Потом Йола узнал, что в замке жил Мун. Но Йола не знает, куда ушёл Яр.
Мун опёрся локтями о колени, уронил голову на грудь:
– Яра убили.
Йола в голос выдохнул:
– Горе-то какое.
– И жену его, Малику, тоже убили.
Йола обнял Муна за плечи:
– За твоей спиной одни могилы. Чем ты провинился перед Богом?
Мун посмотрел в выцветшие глаза:
– Чем мы провинились? Три брата – Йола, Мун и Ахе. У нас нет ни жён, ни детей. Когда мы так сильно нагрешили?
Йола тяжело поднялся. Немного потоптался, разминая ноги. Подошёл к окну:
– Почему ты не вернулся к морскому народу?
Мун горестно хохотнул:
– Потому что морской народ меня выгнал.
– Это было давно. После смерти Яра обиды уже не имеют значения.
Мун потёр глаза, пытаясь отогнать видения из прошлого.
Морун – представительниц древнейшего народа – боялись и ненавидели. Их считали и до сих пор считают ведьмами, которые превращают мужчин в рабов. Когда Яр – воспитанник Муна – полюбил моруну и решил на ней жениться, ориенты сначала попытались снять с него колдовские чары. Однако обряды и молитвы не помогли: Яр не находил себе места и рвался к любимой. Тогда его посадили в клетку, и он начал сходить с ума: выл день и ночь, грыз железные прутья, рыдал как младенец. Мун сжалился над Яром и помог ему сбежать, за что ориенты назвали его предателем и изгнали из племени.
– Йола виноват перед Муном, – проговорил брат, отведя взгляд от вида за окном. – Йола не понимал Муна.
Мун покачал головой. Все силы ушли на то, чтобы вопрос прозвучал спокойно:
– Сейчас понимаешь?
– У Йола было время подумать. Йола надеялся встретить здесь Яра и попросить прощения. Теперь понесу вину до самой смерти. – Отодвинув стул от стола, брат сел. – О какой Малике говорил Вилар?
– У Яра и Малики родилась дочь Эйра. После смерти матери она взяла её имя.
– Правитель знает, что Эйра моруна?
– Нет.
– Почему она здесь, а не за долиной Печали?
– Долгая история. Не хочу рассказывать.
Брат потёр ладонями острые колени:
– Мун пойдёт с Йола к морскому народу?
– Только вместе с Эйрой.
Йола хмыкнул:
– Шутишь?
– Нет. – Мун расправил плечи. – Но даже если бы ориенты её приняли, я бы никогда её к вам не привёл. Потому что чистому и светлому человеку не место среди трусов и лжецов.
Брат вскинул руку:
– Мун, не надо. Йола хочет искупить свою вину.
– Воскресишь погибших?
Порывшись в кармане штанов, Йола положил на стол холщовый мешочек.
Мун нахмурился:
– Спрячь.
– В мире Муна нужны деньги. Морской народ хочет помочь.
– Спрячь!
– Морской народ говорил на Совете и принял решение отдать тебе долю Яра.
– Спрячь, иначе я вышвырну тебя из комнаты и забуду, что у меня был брат.
Вздохнув, Йола затолкал мешочек в карман.
Малика тихонько постучала и, заглянув в комнату, позвала:
– Мун. – Увидев на сером фоне окна два тёмных силуэта, пробормотала: – Я потом…
– Иди к нам, дочка, – сказал старик.
Малика в растерянности перешагнула порог. Она надеялась застать Муна одного и расспросить его о брате. Сейчас корила себя за нетерпеливость. Наверняка старики вспоминали нечто приятное и сокровенное, не предназначенное для чужих ушей.
– Что это вы в темноте? – спросила Малика, лихорадочно придумывая повод уйти.
– Да так. Заговорились.
Мун чиркнул спичкой, зажёг стоящую на столе свечу. Пляшущий огонёк осветил седые пряди, морщинистые лица, усталые глаза, опущенные плечи.
Мун положил ладонь поверх руки брата:
– Это мой брат Йола.
– Я знаю, – улыбнулась Малика. – Весь замок об этом гудит. – Пристально посмотрела на стариков. – Вы так похожи!
– Как Вилар? – спросил Йола.
– Спит.
– Посиди с нами, – сказал Мун.
Малика чувствовала себя лишней.
– Вы целый день ничего не ели. Я что-нибудь принесу.
– Йола знал Яра, – еле слышно проговорил ориент.