Таисья Майорова – Тайна графства Мит (страница 2)

Но также в эту самую секунду я испытал дикий страх, который, по сути, был тут лишним. Но игнорировать его я не имел права. Наш врач гинеколог говорила, что до родов ещё почти 3 недели, а это не так уж и мало.

И плюс лицо мое супруги в этот момент говорило мне больше всяких слов – она сама напугана не меньше меня.

– Боже, Эстер, что случилось? Где болит? Что мне делать? – бросив все бумаги на пол, что в это время держал в руках, я подскочил и рванул к ней и готов был подхватить на руки.

– Алар, – она даже улыбнулась, подняв на меня свои глянцевые глаза, но дальше губ эта улыбка не дошла – страшно.

– Не паникуй. Позвони Эбигейл, скажи, что у меня отошли воды. Пусть скорее приезжает.

Я аккуратно взял Эстер на руки и отнес ее в постель и тут же набрал номер нашей акушерки. Мы заранее все подготовили для родов в своём поместье, так как Эстер на отрез отказалась от все частных клиник и роддомов.

Я был не против. Наш орден очень хорошо заботится о своих членах и для домашних родов позволили нанять нам самого лучшего акушера. Она была спокойной и рассудительной женщиной с большим опытом и отличными рекомендациями. И самое главное Эстер она очень понравилась, и меня это устроило. Даже если моя жена потащила бы меня рожать на Луну, подозреваю, что я позволил бы ей и это.

Когда Эбигейл выслушала меня по телефону, не задавая лишних вопросов, она коротко и живо ответила, что уже выезжает и отключилась. Слава всем богам, жила она неподалёку, и уже через 15 минут она появилась на пороге нашего дома со своим чемоданчиком для родов. Взгляд у нее был сосредоточенным, каждое движение говорило о ее опыте, отточенным годами. Голос при этом как у тётушки феи из мультфильма – радушный, ласковый и заботливый.

– Ну что, моя хорошая, кто-то торопится к вам в гости. – она посмотрела на мою жену и начал подготовку к осмотру. Задавала вполне свойственные по такому случаю вопросу и когда попросила Эстер оголить живот, чтобы послушать малышку, жена бросила испуганный взгляд на нашу повитуху. Ее голос стал дрожать:

– Эбигейл, мне кажется что-то не так. Я не слышу ее, она не шевелится с самого утра. Почему?

Я еле сглотнул каменный ком в горле. Почему она молчала весь день и ничего мне ни сказала? Я бы ещё с утра нагнал сюда три медбригады для нее и нашей дочери.

Не встретив ответного взгляда от жены, я посмотрел на Эбигейл. Сейчас ответа я ждал уже от нее и лучше бы ей его озвучить по скорее. Она молча, как назло, осматривала Эстер сквозь ее стоны и всхлипы, которые только нарастали с каждым движением. И наконец то через долгие 5 минут Эбигейл ответила.

– Все хорошо. – сказала она, глядя по очереди на нас двоих. – Ваша торопыга уже полностью готова появится на свет.

Я чуть сильнее сжал ладонь жены и не мог не улыбнуться этим словам. Эстер чуть задержала дыхание и с облегчением, чуть прикрыв глаза, выдохнула.

– Сейчас будем рожать. Алар, тебе лучше выйти. – голос Эбигейл стал чуть суровее, как будто понимала, что хрен куда я сейчас отсюда выйду просто так.

Эстер посмотрела на меня, когда увидела, что я даже не подумал шелохнуться и улыбнулась, наконец то.

– Дорогой, иди, все хорошо. Скоро встретимся уже втроем.

Я поцеловал ее в лоб и что бы не пустить слезу, как пацан какой то, быстро и тихо вышел из комнаты, направляясь в свой кабинет.

Глава 2. Алар

Девять часов. Девять чёртовых часов я бился головой о стены своего дома, слушая душераздирающие крики своей жены. Несколько раз вламывался в комнату, не сдержавшись. Но сразу же был ликвидирован двумя крепкими, коренастыми дамами. Мини халки, блин, в женском обличии. Я не успевал даже и взглянуть на Эстер, ее со всех сторон облепили толи врачи, толи просто помощники. Я перестал задавать какие-либо вопросы, когда Эбигейл сказала, что все это она делает ради моей жены и что бы я не мешал.

На рассвете, когда я сидел под дверью комнаты, где шли роды, все крики и кипиш стихли. Ко мне вышла Эбигейл с крохотным розовым свёртком на руках. Не чувствуя своего тела, которое раньше мозга уже среагировало, я встал и подошел к этому зовущему, копошащемуся комочку. Акушерка молча передала мне ее на руки. В этот момент мое сердце забилось с такой силой, что я даже на секунду подумал, что сейчас его слышно на все графство. Опухшая, отекшая, синеватая кроха лежала в моих руках и своим теплом успокаивала меня.

– Эй, привет. – мой охрипший от волнения и восторга голос стал для меня чужим. Я чуть всхлипнул и скорее стер следы счастья со своего лица, которые вызывала во мне наша первая встреча с дочерью.

– Я твой папа. – это было глупо. Конечно, она и так понимала, кто я. Или не понимала вовсе ничего в силу своего возраста. Я мог бы ей сейчас зачитать монографию с таким же успехом. Но меня это совершенно не волновало. Сейчас я хотел скорее увидеть Эстер, расцеловать ее за этот чудесный подарок.

С этими мыслями я взглянул на Эбигейл, которая все это время стояла спиной у стены и смотрела на меня с дочерью. Она молча плакала. Первая моя мысль была – от радости за нам. Но в её глазах стояла такая боль, что я едва не рванул к ней, вытрясая ответы. Что происходит?

– Эбигейл, что случилось? – я машинально посмотрел на все еще закрытую дверь. Она ведь ничего не сказала мне об Эстер. Почему она молчит? Паника вернулась с большей силой.

– Что с Эстер? К ней можно? – я сделаю шаг по направлению двери, но женщина мягко остановила меня.

– Постой. – ее голос… Я ещё не слышал такого голоса от этой женщины. Он был надрывным, как будто у нее в горле стекло.

– Эстер… Она… – Эбигейл опустила взгляд на малышку в моих руках.

– Роды были очень тяжёлыми. Мы сделали, все что могла. Мне так жаль, Алар, так жаль… – она еле сдерживалась. Эту сильную женщину было непривычно видеть такой … сломанной, что ли.

– Что ты… – на этих полусловах дверь из комнаты открылась и оттуда стала выходить вся делегация, что Эбигейл согнала к моей жене еще до полуночи. Никто из них не сталкивался посмотреть мне в глаза.

– Или к ней. Она ждет тебя… Попрощаться. – Эбигейл посмотрела в открытую дверь и отошла в сторону.

– Попрощаться?.. – я ничего не понимал. Или не хотел понимать.

В глаза потемнело, руки и ноги стали ватными и, если бы я не держал в руках новорождённую дочь, я бы точно сейчас рухнул. Я понимал, что мне нужно идти туда, бежать, и я хотел этого, хотел скорее увидеть Эстер, прижать ее и нашу дочь к себе и говорить бесконечные слова о любви. Но я боялся, предательски боялся увидеть там то, что мой мозг, наконец то, начал осознавать – она умирает, моя Эстер умирает…

– Нет, нет, нет…

Отмерев, я уверенным шагом вошел к ней в комнату. Тихо, как хищник, подошёл к кровати. Эстер смотрела на меня не отрываясь с тех пор, как я переступил порог и ждала. Комочек в моих руках, почувствовал маму рядом, стала кряхтеть и мучить ножками.

– Дай мне ее. – боже, ее голос… Осипший от криков, стал чуть громче шепота. Ее губы были искусаны до крови. Глаза… В это невозможно поверить, но они стали цветы земли, уже погибли безвозвратно, хотя тело все ещё дышало, двигалось и говорило со мной. Ее огненные волосы частично покрылись сединой, слиплись комками от пота и метаний в агонии. Цвет кожи из благородной слоновой кости превратился в болезненно зеленый. Ногти сломаны, кожа на руках исцарапана. Черт, на меня смотрел живой труп… Я едва мог дышать, сердце заливало кровью грудь изнутри.

Я сел рядом с ней на кровати и осторожно передал малышку матери на руки. Последняя живая улыбка засияла на губах Эстер, но она тут же зажмурилась от боли и слегка застонала, задержав дыхание. Я невольно дёрнулся к ней на помощь, еще не зная, чем могу помочь.

Она протянула мне свою свободную руку, и я вцепился в нее крепкой, осторожной хваткой. Я не отпущу ее. Не смогу.

– Прости меня, Алар, я не справилась… – ее голос звучал как из очень старого, сломанного радио.

– Нет, не говори так! Все будет хорошо! Я привезу сюда лучших врачей и магов со всего мира. Они вылечат тебя, любимая, и мы вместе будем растить нашу дочь, как и мечтали… – я уже во всю заливал слезами ее руку, которую не переставал держать и целовать. Такая холодная, как будто в ней совсем нет крови. Старался согреть не своим дыханием. Эстер дрожала, было видно, что она держится из последних сил. Слезы тихо текли и из ее глаз.

– Назови ее Кэрол. – улыбка снова дрогнула на уголках ее губ, а из подсохшей и снова треснувшей раны просочилась капля крови. Стерев её, Эстер поцеловала в лоб дочь, прошептала благословение и передала малышку мне.

Она умирала, и я умирал здесь рядом с ней. Взяв дочь в руки, я лег рядом с женой, обняв её свободной рукой, прижал к себе и крепко-крепко зажмурил глаза. Я огненный маг, один из самых сильных в нашем ордене Дефендов, а моя жена, что сейчас умирает на моих руках, одна из самых сильных ведьм воздуха. Но никто из нас ничего не может сделать перед лицом беспощадной смерти. Мы такие же люди, хоть и владеем большим. И мир магии в такие моменты становится наиболее ненавистен, ведь зачем иметь такую силу, если ты ничего не можешь сделать сейчас!

Я слышал последние удары сердца Эстер, которая даже не шелохнулась в моих руках. А я только сильнее сжимал ее в своих объятиях, надеясь удержать жизнь, что так быстро покидала ее тело. Я замер вместе с ней, не желая открывать глаза и возвращаться в этот мир без своей жены – любви всей моей жизни. Лежал и заставлял свое сердце замедляться: тук – тук – тук, тук-тук, тук….