Таисия Тихая – Я – Руна (страница 4)

Темнота. Снова парта и листок с ручкой. И жуткая тошнота, словно пришлось заново прокатиться на карусели, да ещё и на запредельной скорости. Что это было? Кратковременный обморок? Она быстро вывела по памяти очередность букв и цифр. Всё равно ничего не знает, так что придётся прислушаться к предобморочному бреду.

– Так, всё, время вышло, сдаём листочки мне на парту по вариантам.

Ира взглянула на подоконник. Уже никакой вороны. Хорошо, что это последний зачёт, иначе бы у неё точно съехала крыша. Студентам пришлось просидеть в тягостном ожидании ещё почти час, сверяя ответы и ожесточённо споря, станет ли Измайлов морочиться с пересдачей или же, не глядя, расставит всем оценки в зависимости от общей успеваемости за семестр.

– Ермолова, пять.

Ире с трудом удалось удержать свою челюсть от неминуемого падения вниз. Пять, серьёзно?! Зная Измайлова, он ставит четвёрку даже за одну ошибку, а значит…

«Я что, в самом деле подглядела ответы, поменявшись на это время телами с вороной? Или я просто уснула и увидела ответы во сне? Даже не знаю, какая версия более бредовая», – ошарашенно подумала она, сама не заметив, как судорожно вцепилась в рукав своей дублёнки. Иру мало что было способно вывести из равновесия, но сегодня Высшие силы явно решили над ней посмеяться. Сначала до жути реалистичный сон, потом обмен телами с вороной… Что дальше, она найдёт в почтовой ящике письмо из Хогвартса или над университетом пролетит дракон?

– Ну и чего ты, философ старый, прибеднялась?

Подруга, заработавшая тройку в виде огромного подарка судьбы, сейчас была зла на весь мир. Женя втайне страшно завидовала Ире, крайне неумело скрывая при этом свои чувства. Её раздражала феноменальная память Иры, благодаря которой она могла выучить огромный текст по английскому за пятиминутную перемену, раздражала её неизменная весёлость и улыбчивость, даже когда вокруг всё горит и полыхает. Женю доводило до белого каления, когда всякий раз из них двоих ребята в первую очередь засматривались именно на Иру. У неё сводило скулы при виде этого милого лица и мягких белокурых локонов, а в лукавом, смеющемся взгляде зелёных глаз ей мерещилась лишь умелая актёрская игра и самая настоящая издёвка.

– Я не прибеднялась, это была стратегия, – хитро подмигнула девушка. Не говорить же подруге, как она узнала об ответах. Она и сама-то себе не верит.

Почуяв возникшее напряжение, Ира решила пойти с козырей:

– В любом случае, мы обе сдали зачёт, а значит просто обязаны отпраздновать это в нашей любимой кафешке! И, раз уж я «старый философ», как ты меня назвала, то те пончики с карамелью будут за мой счёт.

Женя тут же расцвела, на время позабыв обиды. Сладости были её самой большой слабостью и от пончиков она не отказалась бы, даже если точно знала, что внутри яд. Оставалось только отдать должное Ире – за эти два года она изучила подругу как никто.

Сразу заметив, что буря миновала, девушка радостно приобняла подругу за плечи. Итак, последний зачёт миновал и с каким потрясающим результатом! Разве эта жизнь не прекрасна? Вот только от этих мыслей внутри Иры не только не затихало, но напротив, только ещё больше разрасталось какое-то смутное, иррациональное, но ужасно тревожное чувство.

Ухватившись за поручень в маршрутке, девушка закрыла глаза, пытаясь погрузиться в то же состояние. Головокружение, тошнота, а потом вдруг взгляд на саму себя со стороны. Цветовое восприятие не нарушено, но всё было в разы более отчетливым, чем обычно.

Прямо, как и положено у ворон.

«Стоп, я что, серьёзно рассматриваю этот вариант? Так, Ира, пора тебе к психотерапевту», – с мрачной усмешкой подумала она, встряхнувшись словно ото сна и толкнув заскучавшую было подругу в бок. Довольно размышлений, пора хорошенько отдохнуть!

Глава 3

Прижавшись спиной к мраморной колонне, Руна размышляла о своих дальнейших действиях. Primo: надо освободить Брэма. Он в курсе плана местности. Secondo: замок большой и дьявол его знает, за какой из дверей напарник, а за какой стража, так что не мешало бы узнать координаты поточнее. «Уединённые и скрытые от посторонних глаз апартаменты», что под этим имел ввиду аристократ-чернокнижник?

Девушка, прислушавшись к гробовой тишине вокруг себя, опустилась на колени, со щелчком раскрыв висящий на шее серебряный медальон с ажурной гравировкой. С тихим утробным бульканьем из него повалил дым, мгновенно сформировавшись в чёрный сгусток.

– А я-то всё гадал, когда ты по мне соскучишься, – прошелестело «облако» детским голоском, раскрыв красные глаза-угольки.

Девушка искривила губы в снисходительной ухмылке. Элементаль огня и пепла по имени Уголь, он же Уголёк, он же Красноглазый Прохвост был вручён в виде оплаты за услуги одним скользким типом, именовавшим себя «Коллекционером редкостей». Перекупщик краденого, одним словом. Уголёк оказался одержим желанием подчинить себе чью-нибудь психику, внушить мысли об убийстве просто ради развлечения и насытиться чувством страха и отчаяния. Воровка швырнула бы в морду этому коллекционеру такую «оплату», вывернув ему карманы в поисках чего-то более стоящего, но у Уголька открылись и плюсы. Он был совершенно бесплотным, видимым только своему хозяину, поэтому мог проникнуть куда угодно, что в работе вора на вес золота.

Надвинув поглубже капюшон, Руна отчеканила:

– Давай отложим любезности на ближайшую среду, а пока отыщи мне Брэма, пока его не распотрошил местный герцог.

– «Отыщи мне Брэма», – передразнил Уголёк, описав в воздухе дугу, что означало крайнюю форму раздражения. Его обычное состояние. – Я похож на крёстную-фею?

– Ты похож на зазнавшееся облако дыма, и я выкину медальон в фонтан за этим окном, если ты мне не поможешь, – спокойно, но в то же время с нажимом проговорила Руна.

Уголёк радостно захихикал, обернувшись вокруг своей оси:

– Ты всё время слишком серьёзная! Тебе надо отдыхать, вон какие круги уже под глазами.

Задумчиво подбросив медальон в руке, воровка взглянула на фонтан:

– Замок принадлежит одному чёрному магу с извращённой фантазией. Интересно, как он решит воспользоваться твоими талантами?

– Чёрный маг?! – эмоции с трудом можно было уловить на смутном подобии лица, однако Руна могла поклясться, что Уголька передёрнуло от неподдельного отвращения. – Тьфу, я презираю этих мерзких чернокнижников! Они обрели силу, но не мозги!

– Это уже не мои проблемы.

Девушка демонстративно замахнулась для броска, всем своим видом излучая непоколебимую уверенность.

– Стой!

Уголёк с возмущённым фырканьем растворился в воздухе, проявившись буквально через пару секунд, встряхнувшись, словно собачонка, только что вынырнувшая из воды.

– Брэм в лаборатории, надо будет пройти через галерею с, на редкость, уродливой балюстрадой, это над бальным залом, потом направо и вниз по лестнице до первой двери по левую руку. Охраны нет, но в комнату напротив лучше не соваться – библиотека с кучей магических вещиц и омерзительными головами.

– Головы? Как те, что были в камере пыток?

– Типа того. Эти головы развешаны на каждом углу и, могу поклясться, каждая из них наблюдала за мной!

– Стражи, неспособные покинуть свой пост, умно. А что насчёт магических вещиц? Тебе там случайно не попался, к примеру, Нексус? Такая колдовская штуковина, меняющая судьбы миров, если верить словам Равена.

– Магический фон слишком слабый. Максимум, что могут эти штуки в библиотеке – взорваться у тебя в руках или наслать проклятье средней степени тяжести.

– Что ж, спасибо за познавательную лекцию, профессор Уголёк, а теперь пора тебе обратно в медальон.

– Эй, я рисковал своей жизнью, ради твоих заскоков! Можно было бы и «спасибо» сказать!

– Ты бессмертен.

– Если бы я мог, то презрительно плюнул тебе под ноги!

– С меня причитается.

Защёлкнув медальон, девушка тенью проскользнула дальше по коридору. Вот и бальный зал внизу. Как там дальше говорил Уголёк?..

– Что за отвратительное зрелище?

Чей-то скрипучий голос звонко разнёсся по залу, оттолкнулся от стен и истаял где-то под сводчатым потолком. Руна мгновенно пригнулась к полу, взглянув вниз через просветы между фигурными столбиками балюстрады. Девчушка лет восьми и дама в пышном платье, такая худощавая, что едва проглядывалась во всём этом ворохе складок. Между тем этот кипарис в юбке проскрипел:

– Я разве разрешала тебе выходить из своей комнаты?

– Но maman! Я лишь хотела немного потанцевать. Я люблю танцевать!

Мертвенно-бледная кожа, впалые глаза, зловеще фосфоресцирующие в полумраке бального зала – достойная наследница вампирской династии. Вылитая копия своих родителей.

– Сколько можно повторять, мой Ядовитый Цветок? Ты не умеешь танцевать! Ты неловкая, несуразная, у тебя нет слуха и чувства ритма. Более убогое зрелище трудно вообразить!

– Но я хочу пойти на бал!

– Чтобы нас опозорить? И думать забудь! Запрись в своей комнате и не показывайся до завтрашнего утра.

Девочка нахмурилась, издав что-то похожее на сдавленное шипение. Сузившиеся горящие глаза, оскаленные острые зубы – в этот момент стало особенно явно заметно, почему вампиров никогда не причисляли к одной из разновидностей человеческой расы, вместо этого отнеся к отдельному виду.

– Я ненавижу вас! Ненавижу! Я желаю вашей смерти, слышите?!

– Детка, я знаю, что мы достойно тебя воспитали и горжусь тобой, ключик моего сердца, – умилилась родительница, проведя тонкими костистыми пальцами с острыми коготками по массивной цепочке на шее дочери. – Теперь ступай в свою комнату.