Тагир Гильфанов – Дельтаплан летит в никуда (страница 2)

У девушки такое "обидное" для Димы высказывание вызвало довольный смешок.

Трудно передать, что было у Димы на душе после этих слов.

Это, одновременно, и жуткая боль с горечью разочарования, и ощущение собственного ничтожества. Ясно было, что это не просто "приятель" для девушки. Увидев потемневшее Димино лицо, «приятель» решил немного смягчить и сказал панибратски:

– Э, Димон, извини, я же так, прикольнулся только, по-дружески. Ты внимание на нас не обращай, мы бы и над Пикассо так же поржали. Как говориться, «художника обидеть каждый может», но ты не обижайся, – с комическим пафосом произнес Павел. Пойдем лучше «пивка» попьем.

После такой оценки "сюрприза" алкоголь Диме был просто необходим. На машине Павла ребята доехали до ближайшего бара.

Павел видимо был "при деньгах", он заказал дорогое виски себе и пиво для Ани.

Дима отказался от угощения, заказав графин водки и салат из маринованных огурцов и помидоров в качестве закуски.

Когда принесли заказ, Павел поднял свою рюмку и иронично произнес:

– Ну давай выпьем за твое «творчество»!

Дима механически поднял рюмку с водкой и залпом ее опустошил.

Так выпив несколько рюмок, он осмелел и посмотрел внимательно на девушку. Он уже не видел "ореола" ангела, как он чувствовал до этого. Он видел обычную девушку с курносым носом и даже разглядел прыщи на ее щеке.

– Чем загрузился, Димон? – спросил его Павел, спустя некоторое время.

– Да вот думаю: «художник я или хрень собачья!», – сказал Дима, чем снова вызвал смех.

– Диме больше не наливать, – сказала девушка.

– А уже и нечего, – ответил Дима.

Действительно, принесенный графин был пуст.

Павел тоже допил свой виски, и было решено покинуть бар. Они расплатились и вышли на улицу.

– Травку курнуть хочешь? – спросил Павел у Димы, когда они вышли на улицу. – Пойдем, классная трава, у меня в машине есть.

Втроем они подошли к немного поддержанному, но неплохо выглядящему BMW Павла, приятель и девушка сели на переднее сиденье, а Дима позади.

Уверенным движением Павел достал три папиросы из пачки, спрятанной под водительским сиденьем, раздал их и прикурил.

Когда все сделали по две – три затяжки, Павел спросил у Димы: "Ну что, как, вставило немного?"

– Пока особо ничего не чувствую, – Дима еще раз затянулся, потом резко закашлял, выдавая свою неопытность.

– А меня еще как! – вдруг сказала Аня. – Я уже хочу вас обоих!

– Подожди чуток, "киска", – промурлыкал Павел. – Ну что, Димон, поласкаем девочку? Чур, я первый.

Дима не сразу расслышал и понял смысл слов. Когда понял, он вновь взглянул в лицо Павла. То ли под воздействием спиртного и травки, то ли от услышанного, тот стал казаться похожим то ли на черта со средневековых картин Босха, то ли на «Шрека», с вытянутой улыбкой до самых ушей, огромными редкими зубами и большим опухшим носом сине-оранжевого цвета.

Чувствуя приближающийся приступ рвоты, Дима выпрыгнул из машины и побежал к кустам. Освободившись, он тут же повернул от машины и пошел прочь быстрым шагом.

Дима, едва сдерживая новые рвотные позыва, бросился напролом: через кусты, клумбы и детскую площадку около своего подъезда. Все ему казалось чужим, серым и враждебным. Едва добравшись до квартиры, он, не раздеваясь, упал на кровать. Сейчас ему ничего не хотелось, только забыться и даже умереть.

Глава 3.

У Андрея в это же время началась не самая лучшая "жизненная полоса". Но обо всем по порядку.

Начнем с того, что Андрей попал в больницу. Ночью разболелся и разбух живот, да так, что пришлось вызвать скорую помощь. Скорая отвезла его в дежурную городскую больницу, где анализы показали, что у него приступ острого панкреатита. Предстояло пролежать в больнице минимум две недели.

Боль быстро сняли, появилось свободное время. Несколько дней Андрей отсыпался, потом, немного осмотревшись, решил воспользоваться моментом и заняться своей "личной жизнью".

Андрей заметил, что одна из медсестер, дежуривших в отделении, где он лежал, была очень симпатичной. Высокая, стройная, с большими зелеными глазами – она ему очень понравилась. Маша, так звали девушку, безболезненно делала уколы и другие процедуры и всегда улыбалась Андрею.

Он искал возможность познакомиться с ней поближе, хотя уверенности у него не было. Андрей знал как её зовут, а она, конечно, знала и его имя, и фамилию.

И вот, наконец, наступил день выписки из больницы. Андрей раскошелился и собрал два пакета: один – для лечащего врача (пожилой женщины), другой – для Маши. В обоих были фрукты, конфеты, "Мартини", а в Машиной еще и цветы.

Поблагодарив врача, Андрей зашел в «сестринскую». Маша была одна, ее смена заканчивалась, и она наводила порядок, пересчитывая ампулы и медикаменты.

– Привет! – сказал Андрей. – Я выписываюсь сегодня. Вот хотел Вас поблагодарить, – и протянул ей пакет и цветы.

Маша смутилась, и на ее молодом личике появился "румянец".

Андрею удалось пригласить девушку на свидание и обменяться номерами телефонов.

При первой встрече Андрей узнал, что Маша параллельно с работой в больнице, учится заочно в университете на экономиста и сейчас испытывает сложности с выполнением двух курсовых работ.

Андрей вызвался ей помочь, стал периодически заходить к ней домой (она жила одна).

Потом он оставался у Маши, особенно в те дни, когда их выходные совпадали. Так завязался их роман.

Андрей оказался страстным, но очень ревнивым любовником. Давала ли Маша повод для ревности? Отчасти, да: она была очень кокетливой, и ей нравилось повышенное мужское внимание к своей персоне. Маша привыкла к свободе и никогда не согласовывала свои действия с Андреем. Изменяла ли она реально, или нет – он не знал, как говорится "свечку не держал", да и не важно это уже.

Постоянно, в квартире у Маши он находил какие-то мелочи, которые, по его мнению, могли указывать на возможную измену с ее стороны, пока его не было дома. Дело в том, что Маша работала посменно, а Андрей – с понедельника по пятницу.

Как-то Андрею приснился сон о том, что он пытается выбраться из старого подвала и его преследует полчище крыс. Подобрав какую-то кочергу, он отгоняет этих крыс, нанося сильные удары, и крысы на мгновенье отступают. Затем он снова слышит позади их противный писк и снова, оборачиваясь, размахивает кочергой. Проснулся он в страхе и поту и сразу стал искать в интернете расшифровку своего сна. Оказалось, крысы во сне означают предательство близких.

В общем, долго так продолжаться не могло, и Андрей с Машей расстались. Андрей довольно мучительно переживал расставание. В этот момент очень не хватало простого человеческого общения. Дима на связь не выходил, так как у него была сильная депрессия (он даже уволился с работы).

И тут Андрей вспомнил о дяде Мише.

Глава 4.

Андрей знал дядю Мишу с раннего детства, так как они жили в одном подъезде. Михаил в юности служил на атомной подводной лодке и, видимо, этот факт не позволил ему иметь собственных детей. Он щедро раздавал нерастраченную родительскую заботу другим: и взрослым, и детям. Ещё у дяди Миши был старый мотороллер "Муравей" с прицепом и он, иногда, разрешал детишкам садиться за руль и представлять себя водителем или даже "гонщиком".

Сколько лет они не встречались? Да уже года три-четыре.

Последний раз они столкнулись на улице. В тот день он хотел купить себе новые часы – стильный кварцевый хронограф. Все модели были настолько похожими друг на друга, что он не знал, что ему выбрать.

Он решил пока выбрать, какой ремешок должен быть у его часов. У одних моделей был силиконовый или резиновый ремешок, у других кожаный. Андрей стал их примерять, потом читать отзывы в интернете – какой ремешок более износостойкий.

Оказалось, что силиконовый, но внешне он не очень нравился Андрею.

Идя с переживаниями о ремешке по улице, он вдруг услышал "Здравствуй, Андрей", поднял голову и увидел дядю Мишу.

Дядя Миша сильно постарел, но улыбка у него осталась такой же светлой и доброй. Он рассказал, что жена его умерла, сам недавно вышел на пенсию, переехал в частный дом на окраине города и живет один. Поскольку пенсия совсем небольшая, ему пришлось устроиться сторожем на стройку, где он работал сутки через трое.

– А как ваш "Муравей", дядя Миша? – поинтересовался Андрей.

– А, Муравей… Недавно разобрал его. Жалко конечно, проходимая машинка была. И в лесу, и по полю, и через овраг – везде проезжал. Дрова привезти, стройматериалы какие. Но время берет свое. Поржавел, прогнил – и кузов и рама. Да и движок уже подустал, хотя он мне сейчас пригодится. Кузов тоже пригодился – выкопал яму и сделал песочницу рядом с соседним домом. У них там трое ребятишек маленьких.

– А мотор то вы куда приспособили?

– Понимаешь, решил я себе дельтаплан сделать. То есть, вначале хотел вертолет. Но на вертолет подъемной силы не хватит. А тут я каркас от старого дельтаплана недавно на свалке нашел. Вот и моторчик мой от "Муравья" пригодился. А хочешь, покажу тебе, что за "дирижабль" у меня получился? Правда, много чего еще доделать осталось.

У Андрея был выходной, время было, и он решил съездить в гости к дяде Мише.

У Миши был небольшой старенький дом и металлический гараж рядом.

Зайдя в гараж и включив тусклую лампу, Миша показал на сложенные крылья, небольшой металлический каркас с приваренным мотором от "Муравья", бензонасосом и маленьким бензобаком.