Табита Стэнмор – Магия в Средневековье. Любовные заклинания, злые заговоры, ведуны-целители и охота на ведьм (страница 3)
Хотя в этой книге часто упоминаются ведьмы, она совсем не о них. Пристальное внимание к ведьмам и громкие процессы над ними заставляют нас забыть о том, что в позднем Средневековье и раннем Новом времени существовало множество магических практик[4]. Это размывает общую картину той эпохи, а жизнь в те времена представляется нам полной суеверий, мизогинии и паранойи. Однако важно помнить, что не каждый, кто практиковал магию, считался колдуном или ведьмой. Некоторые богословы определяли ведьм исключительно как тех, кто действует с помощью демонов, что, по их мнению, относилось к любому, обладающему сверхъестественными способностями, за исключением христианских святых. Однако на деле практикующих магов было принято разделять на две категории: тех, кто использовал магию из мести, чтобы навредить другим, и тех, кто использовал ее как инструмент, чтобы положительно повлиять на окружающий мир. Первых считали колдунами и ведьмами, во власти которых было вызвать бурю, наслать болезнь и принести муки в отместку даже за самое небольшое оскорбление. К другим окружение относилось в целом положительно или, по крайней мере, без осуждения: они применяли свои силы по заказу клиентов, которые в равной степени разделяли вину, если запрос таил в себе злое намерение. Эти маги оказывали услуги соседям, потому их деятельность ученые рассматривают как «служебную магию».
Эти две группы людей – обвиняемые в колдовстве и служебные маги (или ведуны) – редко пересекались в воображении людей и уж тем более в залах судебных заседаний того периода. В Англии лишь немногие из ведунов были преданы суду как колдуны: на каждого из тех, кто попал под обвинения, приходились сотни тех, кто беспрепятственно продолжал свою практику. К шокирующим исключениям из этого правила относится Урсула Кемп, ведунья, повешенная за колдовство в Эссексе в 1582 году. Конец Урсулы был трагичен: она имела многолетнюю репутацию целительницы и даже специализировалась на снятии проклятий, наложенных злыми ведьмами, – и все-таки ее казнили как ведьму, после того как ее соседка Грейс Терлоу стала прихрамывать[5]. Несмотря на свою душераздирающую историю, Урсула оказалась одной из немногих ведунов в Англии, кончивших подобным образом. На самом деле, по мере того как в разгар процессов над ведьмами, охвативших Европу и Северную Америку в XVI–XVII веках, нарастал страх перед зловещей, демонической магией, служебные маги преуспевали: магическая защита, «снятие порчи» и помощь в выявлении ведьм стали для них хлебом насущным.
И даже если подавляющее большинство магов не были колдунами и ведьмами, ошибкой стало бы принимать их всех за шарлатанов. Несомненно, встречались и такие, но в мире, где репутация значила так много, они должны были остаться не у дел, стоило только клиентам обнаружить, что их услуги не дают нужного эффекта. Более того, как мы уже выяснили ранее, люди считали магию неотъемлемой частью мира, в котором жили. Католическим священникам тоже постоянно приходилось иметь дело со сверхъестественным: изгонять бесов, благословлять поля на хороший урожай и ежедневно совершать маленькие чудеса во время евхаристии – превращая хлеб и вино в тело и кровь Христа. Мысль о том, что священник – тот же маг, может показаться абсурдной, но оба они, по сути, работали со сверхъестественными силами.
На титульном листе книги «Ведьмы арестованы…» изображена ведьма, окунаемая в реку
Между двумя полюсами – богослужителями и колдунами – находятся ведуны. Они могли перемещаться по всему спектру: одни были по совместительству и священниками, а других время от времени казнили за колдовство. Многие вели относительно спокойную жизнь и прибегали к магии, чтобы помочь соседям. Их объединяли способность влиять на мир так, как это было не под силу большинству смертных, и готовность продавать свое умение.
Итак, эта книга о тех людях, которые занимались «полезной» магией, и о тех, кто ее покупал. Она рассказывает об их надеждах и желаниях, страхах и уязвимых местах. О том, с какими проблемами ежедневно приходилось сталкиваться людям в Европе Средневековья и раннего Нового времени и какие решения они находили. Речь пойдет о жизни, вере и магии, тесно вплетенной в обыденность. Мы рассмотрим различные способы применения магии – от, казалось бы, таких тривиальных, как предсказание подходящего дня для начала путешествия, до совершенно серьезных, таких как поиск пропавшего человека или спасение жизни. На страницах вам повстречаются как коварные колдуны и их отчаявшиеся клиенты, так и добросердечные маги, предлагавшие помощь всем, кто в ней нуждался. Мы увидим, что к магии прибегали – и боялись ее – не только наивные деревенские жители с необычными верованиями, но и самые влиятельные и образованные люди. И церковь вовсе не пресекала ее, а священники нередко торговали заклинаниями над своими алтарями.
К концу нашего путешествия вы узнаете, как вернуть потерянные вещи, отыскать зарытые сокровища, найти любовь, отомстить кому-либо и исцелить больного. Поймете, почему черная магия порой казалась единственным решением и как снять наложенное проклятие. А если вы вдруг окажетесь в XVI веке, то будете знать, где искать мага, обладающего необходимыми навыками, и как отличить его от шарлатана. Но самое главное – получите возможность взглянуть на мир глазами жителя Средневековья и узнаете, где повстречать дьявола на дороге, как управлять будущим по звездам и поручить фее найти золото.
Глава I. Как отыскать воров и пропажу
У служителей церкви Святой Марии в Тэтчеме (графство Беркшир) возникла проблема. В их обязанности входило поддержание в надлежащем состоянии здания, включая впечатляющую башню с четырьмя колоколами, ведение счетов и ответственность за священное имущество церкви. К сожалению, в 1583 году они с этой задачей не справились. Пропала напрестольная пелена, которой покрывали алтарь во время евхаристии, а также два других декоративных полотна. Алтарное облачение играло важную роль в религиозном обряде той эпохи. Несмотря на то что после Реформации убранство церквей стало более строгим, королева Елизавета I все еще требовала, чтобы во время причастия алтарь покрывали из уважения к Тайной вечере, которую Христос провел для своих учеников. Вот почему пропажа была полной катастрофой. Это могло иметь последствия для духовного состояния прихода, не говоря уже о подмоченной репутации служителей.
Не найдя зацепок после первых поисков и не понимая, что делать дальше, церковные старосты отправили одного из прихожан в Берфилд, местечко в Беркшире, расположенное примерно в десяти милях к востоку. Было известно, что там живет ведунья, и посланнику от церкви Святой Марии поручили «навести у нее справки» о том, где найти пропавшие ткани. Эта информация дошла до нас благодаря тому, что прихожане старательно записывали в бухгалтерскую книгу расходы на поездку посланника и, предположительно, оплату услуг ведуньи: путешествие обошлось в общей сложности в 16 пенсов, что в пересчете на современные деньги составляет около 250 фунтов стерлингов.
Ливен ван Латем (фламандский художник, ок. 1430–1493). Тайная вечеря
Церковные служители, обратившиеся за помощью к магу, конечно, могут нас удивить. Ведь они пользовались всеобщим почетом и на них лежала ответственность за соблюдение религиозных традиций. То, что они доверились женщине-магу, может показаться нам чудачеством, но это свидетельствует о том, насколько серьезно относились к своим обязанностям церковные старосты, и о том, каким уважением могли пользоваться ведуны. Мы переносимся в мир, где репутация имеет большое значение. В мир, где репутация – это главное.
Пропажа алтарного облачения была серьезным поводом для беспокойства, но, как мы видели ранее в истории Мейбл Грей, потеря даже небольших предметов могла существенно повлиять на жизнь человека. Сегодня принято беречь вещи, если они дорого стоят, полезны или имеют сентиментальную ценность, но в остальном мы спокойно относимся к тому, что вещи ломаются, изнашиваются или просто оказываются в мусорном баке. Но в те времена все делалось вручную, а значит, требовало навыков и существенных затрат времени, поэтому даже самые скромные вещи оберегались, а их исчезновение вызывало сильные переживания. О том, с каким трепетом раньше относились к вещам, можно судить по отдельным сохранившимся описям того времени. Поразительная детализация некоторых из этих документов дает нам представление о том, какое значение придавалось тем или иным предметам, начиная с чего-то существенного, вроде кровати и драгоценностей, и заканчивая едой и тряпками.
В качестве примера можно привести Томаса Граффорта, французского иммигранта, который жил и работал портным в лондонском районе Сент-Джайлс Криплгейт. После его смерти в 1661 году был составлен перечень его имущества. Инвентаризаторы провели тщательную опись, пройдя от чердака через все комнаты вплоть до мастерской, где Томас хранил инструменты. В завершение они оценили его одежду. Судя по всему, Томас был весьма состоятельным человеком: он жил в доме, состоявшем как минимум из шести комнат, в его мастерской стояло четыре ткацких станка, а его имущество оценивалось в 30 фунтов стерлингов 7 шиллингов 4 пенса. Каждый предмет, независимо от стоимости, детально описали, даже «два старых зеленых коврика» и «одно покрывало». Весь его гардероб состоял из «трех старых холщовых костюмов, одного шерстяного плаща, одного холщового плаща [и] двух старых шляп»[6]. Таким образом, даже у известного ремесленника и успешного портного вроде Томаса Граффорта одежды и прочего имущества было немного.