Т. Свон – Тристан Майлз (страница 90)
– Да, дорогой, как скажешь.
Мы входим в ресторан, держась за руки. Девять часов субботнего вечера, и мы впервые за весь день выбрались в модный Центральный Манхэттен, чтобы поужинать. По-прежнему кажется, будто я перенеслась в какую-то другую, неимоверно крутую вселенную. В это время суток я обычно уже лежу в кровати, усталая настолько, что даже читать не могу.
Я долго думала и пришла к выводу, что, когда большинство людей начинают встречаться, сперва все ограничивается свиданием и сладким поцелуем на прощание. Поначалу их отношения вполне невинны, потом, через какое-то время, периодически добавляются проводимые вместе ночи. События развиваются неторопливо, даже сдержанно, и нарастают со временем. А мы с Тристаном сделали все с точностью до наоборот.
Наша первая встреча обернулась скандалом; а потом ни с того ни с сего он позвал меня на свидание.
Мы встретились на конференции, дважды переспали, потом провели вместе целый уик-энд. Потом не виделись шесть недель, снова поскандалили, уже в его кабинете – на сей раз из-за моего сына. Восстановили контакт. Потом была неделя сногсшибательного секса в обеденных перерывах, еще одна его ночевка на моем диване, еще одна ссора, после которой мы снова неделю не виделись, а теперь опять проводим вместе все выходные. Такое впечатление, что наш девиз – либо все, либо ничего. Но на этот раз все по-другому… Мы дали друг другу обещание возможного будущего.
Быть с ним здесь, в Нью-Йорке, – это… идеально.
У нас было ленивое утро, и Тристан готовил мне завтрак. Потом мы пошли гулять, зашли пообедать в кафе на краю парка и читали за обедом газеты. Смеялись, разговаривали, целовались, как школьники, занимались любовью, потом задремали – и заспались так, что проснулись только в семь вечера. Никакой спешки, никакого расписания, которое необходимо соблюдать с детьми, никаких готовок-уборок, никакого мытья посуды, никаких встреч, на которые обязательно надо явиться.
Мы могли просто быть собой – вместе.
Это была идеальная суббота.
Тристан ведет меня в ресторан, держа за руку.
– Здравствуйте, мистер Майлз, – приветствует его администратор за стойкой.
– Привет, Билл, – отвечает Тристан. Смотрит на меня, мы встречаемся взглядами. Сексуально подмигивает мне.
Сердце исполняет сальто, и я прикусываю губу, чтобы не расплыться в блаженной улыбке. Страннее ощущения не придумаешь. Словно тяжелую темную тучу унесло ветром. И я буквально излучаю счастье.
Прямо чувствую, как сияю.
Тристан Майлз делает меня счастливой… счастливой до самозабвения.
Мы идем за официантом, который ведет нас к столику на двоих в дальнем углу. Ресторан маленький, погруженный в уютный полумрак, на всех столиках мерцают свечи. Официант выдвигает мне стул, и мы с Трисом садимся.
– Принести вам что-нибудь выпить? – спрашивает официант.
Тристан раскрывает винную карту.
– Чего ты хочешь, детка? – рассеянно спрашивает он.
– Все равно, – отвечаю я, оценивая доступные варианты вин. Если честно, любой из них будет хорош.
– Красное?
– Угу.
– Принесите бутылку мальбека, пожалуйста, – говорит он, закрывая меню.
– Превосходный выбор, сэр, – кивает официант. – Нам как раз доставили партию из Франции.
– Вот и хорошо, – говорит Тристан и возвращает официанту меню. Тот уходит, и внимание Триса сосредоточивается на мне.
– Ты часто здесь бываешь? – спрашиваю я.
Он пожимает плечами:
– Раньше бывал часто. Теперь в основном только тогда, когда приезжает мой брат Эллиот. «Ночелло» – один из наших любимых манхэттенских ресторанов. А в последнее время я и вовсе сюда не заходил.
Я улыбаюсь ему:
– У вас с Эллиотом близкие отношения?
– Ага. Кстати, он в эти выходные в городе.
– Правда?
– Они с Кристофером прилетели на художественный аукцион, который состоится завтра вечером. На самом деле я собирался о нем с тобой поговорить. Хочешь пойти?
– Они прилетели сюда из Лондона только ради художественного аукциона? – удивляюсь я.
– Ага, – небрежно кивает Трис. – Они охотятся за такими аукционами по всему миру. Эллиот – заядлый коллекционер. У него, между прочим, весьма впечатляющее портфолио. Он начал коллекционировать картины, еще когда мы были детьми.
– Как можно начать коллекционировать искусство, если ты несовершеннолетний? – не понимаю я.
К столику подходит официант с заказанной бутылкой. Откупоривает ее, наливает немного в бокал, передает его Тристану, который смакует вино, катает во рту, прямо как какой-нибудь сноб… коим, собственно, и является.
– М-м-м, – выпячивает он губу. – Чудесно. Благодарю вас.
Тогда официант наполняет оба бокала, и я усмехаюсь, глядя на богатенького мальчика, сидящего напротив меня.
Он из другого мира. Если бы у меня еще оставались какие-то сомнения в этом, то сейчас растаяли бы бесследно.
Официант оставляет нас наедине, и Тристан замечает мой взгляд:
– Что?
– Ничего, – мечтательно улыбаюсь я ему. – Ты продолжай, продолжай. Как, скажи на милость, маленький мальчик может стать коллекционером искусства?
– О! – Тристан одаривает меня крышесносной улыбкой. – Он на свои карманные деньги купил на гаражной распродаже одну картину, и она оказалась весьма ценной.
Я внимательно слушаю его.
– Учась в колледже, Эллиот ходил по салонам и галереям, скупал картины у начинающих художников. И с тех пор ни с одной из них не расстался. У него от природы чутье на многообещающие таланты.
Тристан пригубливает вино с таким видом, будто ему каждый день приходится вести подобные разговоры.
– А Кристофер? – продолжаю расспрашивать я. – Он что, тоже увлекается искусством?
– Нет, просто поддерживает в этом увлечении Эллиота. Ему нравится сам азарт аукционов. Для него это своеобразная игра.
Улыбаюсь, прикрывшись бокалом. Мне нравится слушать рассказы об отношениях в семье Триса.
– Завтрашний аукцион обещает быть большим событием.
– Почему?
– Эллиот одержим художницей, чья работа будет выставлена. Он собрал все ее картины, которые выставлялись на аукционы.
– Кто она и откуда?
– Лично мы с ней не знакомы. Ее зовут Гарриет Буше. По-видимому, старая отшельница. Уж как мы только не искали эту женщину! Ее тайна – тема, которую хорошо обсуждать под выпивку.
Улыбаюсь, воображая, как братья выслеживают художницу-затворницу.
– И при этом ты
Трис хмыкает, попивая вино:
– Пожалуй, со стороны все это действительно выглядит странно.
– А как… – Замолкаю, потому что не знаю, как выразить свой вопрос.
– Что – как?
– Как было принято решение, чем каждый из вас, братьев, будет заниматься в компании? Ну, в смысле, как вы получили свои должности?
Он хмурится, обдумывая ответ.
– Наверное, исходили из того, в чем каждый из нас особенно силен. Например, Джеймисон хорош в контроле. Он очень… – Тристан внезапно замолкает. – В общем, в следующие выходные сама увидишь.
– Когда?!