Т. Паркер – Маленький Сайгон (страница 67)

— Генерал — последний, кто узнает от меня об этом.

Через десять минут встреча началась. Первым в кабинет вошел один из официантов, он принес меню. Потом вошел генерал, за ним — поджарый, как волк, азиат в сером костюме.

— Его имя Тонг, — прошептала Джулия. — Но все зовут его Билли. Перед падением Сайгона он занимался продажей женщин. Он и меня пытался продать.

Затем появился круглолицый вьетнамец, низенький, с безмятежным лицом ребенка, которое часто встречаешь у религиозных лидеров в изгнании.

— Мистер Дан, — объяснила Джулия. — Он занимается наркобизнесом. Живет в Сан-Франциско. Они оба гангстеры.

Три молодых человека в костюмах и темных очках вошли следом. Каждый встал у стены и скрестил руки. Один был с дипломатом в руке. Банда «Гай Трак», о которой рассказывал Стэнли Смит, подумал Фрай, — живьем. Вьетнамская мафия из Сан-Франциско.

Джулия извинилась, поправила макияж и тихо вышла из комнаты. Микрофон улавливал шарканье ног, шуршанье одежды и шум стульев, передвигаемых по полу.

Последним пришел Берк Парсонс, в ковбойской шляпе, с улыбкой на лице и газетой в руке.

— Ну разве это не самое уютное место в Маленьком Сайгоне? Дьен, вы знаете здесь все, а я вам показал это. — Он посмотрел прямо на Фрая, снял шляпу и пригладил волосы.

Джулия принесла бутылку шампанского, вытащила пробку. Сводник Билли положил лапу ей на бедро, когда она оказалась рядом с ним. Дьен чем-то в нее ткнул. Она поставила бутылку в ведерко, тихо поклонилась и вышла.

Четверо главарей сидели, трое охранников стояли в вольной позе. После короткой общей беседы внимание переключилось на Берка.

Он поднял бокал с шампанским и внимательно посмотрел сначала на Билли, потом на Дана.

— За успех, — сказал он. = Спасибо, что пришли. Знаю, какие вы занятые люди, поэтому буду краток. Вы оба — господа с приличным положением. Мы все занимаем приличное положение. Знаете, чем мы располагаем здесь, в Апельсиновом округе? Мы располагаем хорошей погодой, работящими людьми. Еще больше работящих людей до смерти хотят приехать сюда и жить здесь. Лос-Анджелес отсюда в часе езды, пляжей у нас навалом, и куча денег, чтобы шестеренки всегда были как следует смазаны.

Фрай проверил, как работает магнитофон. Красная лампочка горела, пленка медленно крутилась за прозрачным окном.

— Далее, господа, — продолжал Берк, — если вы имеете полно народа, мечтающего жить в этом месте, понятно, что цены на недвижимость взлетят. Я хотел сказать, взлетят до небес. Эта местность — сейчас самый лакомый кусок земли на свете. Даже малый клочок стоит бешеных денег. А чем ближе к берегу — тем выше цены.

— И сколько за акр? — спросил Дан, наливая чай короткой пухлой ручкой.

Парсонс рассмеялся.

— Она не продается акрами, Дан. Она продается футами. По разному. Вчера я проезжал мимо какого-то заросшего сорняком участка в Лагуна-Бич, у подножия холмов. Прямо на дороге. Шестьдесят на шестьдесят. Такой уклон, что там можно построить разве что щит для объявлений. И за него просят сто тысяч. Получается долларов двадцать восемь за квадратный фут. И это только за землю, мистер Дан, — там нет ничего, кроме объявления о продаже.

Дан кивал, а Билли курил. Дьен наблюдал за обоими, прикрываясь бокалом с шампанским.

— Вам надо запомнить три вещи, господа мои. Первое — это то, что недвижимость является самым ценным товаром, которым мы располагаем. Второе — это то, что он повышается в цене, пока мы здесь сидим и пьем. Третье — это то, что вы не приобретете землю, о которой я веду речь, в каком-нибудь супермаркете. — Берк подлил себе пива и наклонился к собеседникам. — Для этого нужно кое-что еще, кроме денег. Деньги есть у всякого — у главарей колумбийского кокаинового картеля, у японских банкиров, у иранского шаха. Думаете, какой-нибудь калифорниец продаст им часть родного берега? Я не веду речь об участке под дом или магазин, я говорю о больших объемах. О том, чтобы сосредоточить большие площади в одних руках. Черт возьми, вы понимаете, о чем я говорю. Я веду речь о лучшем вложении капитала, какое только создал Господь. Я веду речь о «Лагуна-Парадизо».

Я почему-то это подозревал, подумал Фрай.

— Сегодня об этом было в газете, — вставил Билли. — Трамвай на солнечных батареях, чтобы возить людей на берег.

Берк улыбнулся и развернул принесенную им газету. На первой странице отдела бизнеса была заметка о «Парадизо», схема строительства, фотографии Эдисона и Беннета.

Дан улыбнулся, как херувим.

— А насколько это ценно, мистер Парсонс?

Парсонс откинулся на спинку стула.

— Позвольте мне быть с вами откровенным, Дан. Вы торгуете героином. Конечно, «Парадизо» лучше, чем маковые плантации в горных районах Бирмы, которые находятся под защитой правительства, лучше чем завод по производству наркотиков и сеть распространителей, возглавляемая бывшими качками из ЦРУ. А вы, Билли? Вы торгуете женщинами и оказываете, хе-хе, родственные услуги. И все это по высшему разряду. Но через некоторое время «Парадизо» принесет вам на один квадратный фут больше, чем самая классная шлюха, однако, в отличие от проститутки, земля не стареет. Она только становится все более ценной. Вам даже не надо покупать ей дорогой прикид, и она не прикарманит деньги за вашей спиной. Предприятие по розничной продаже участков на побережье в Южной Калифорнии — это самый верный, самый надежный бизнес. Мы имеем льготное снижение налоговой ставки, умеренные комиссионные для прибрежных районов и команду инспекторов, которые весьма лояльно относятся к застройщикам. А людей с деньгами у нас здесь навалом. Они переедут в «Парадизо» сразу, как только просохнет краска. — Берк опять помахал газетой. — Мы думаем, что стартовая цена кондоминиума будет восемьсот кусков. Дома пойдут за миллион с лишним. И это только начало. Морская гавань, магазины, отели. Здесь нет никакого риска, а прибыль несомненна. Если, я повторяю: если дело возьмут в свои руки правильные люди.

— А какова прибыль? — спросил Дан.

— Пятьдесят процентов за пять лет.

Дан поднял свою пухлую ручку.

— Это я могу получить и в банке.

— Если отнесете туда миллион в двадцатидолларовых купюрах, от которых воняет зельем? Попробуйте, мистер Дан. Я же говорю о пятидесяти процентах наличными, притом безо всякого риска. Скажем, вы с Билли вкладываете десять миллионов, а получаете пятнадцать. Это верняк.

Джулия и строй официантов внесли в кабинет ланч. Джулия зажгла посреди стола жаровню и поставила на него сковородку с рыбой и овощами. Официанты тем временем расставляли салаты и гарнир. Дьен подал знак, чтобы все вышли. Джулия опять поклонилась и ушла.

— Не только это, но вы получите преимущество легальности — назовите это престижем. Генерал Дьен, можно, я открыто расскажу о наших планах?

Дьен кивнул.

— Генерал обладает хорошим чутьем. Он угадывает будущие возможности. Он помогал своей стране всем, что было в его силах. Он собрал много денег, а теперь он нашел умный способ, как с ними поступить. За последние пять лет через его руки прошло несколько миллионов долларов, которые ему передавали беженцы, чтобы финансировать патриотов, пытающихся возвратить свою родину. Генерал пустил эти деньги на правое дело, но у него осталась кое какая мелочишка. И он осознал нечто, о чем я вам советую хорошенько подумать. Сейчас вы можете рассчитывать на нашем побережье самое большее на дом с клочком земли, притом соседи будут отворачиваться в сторону, когда вы пойдете выносить мусор. Через год, через два, отношение к вьетнамцам изменится в лучшую сторону. Во всем. Все переменится, когда сюда вернутся военнопленные, когда народ к вам привыкнет. Поэтому, как инвесторы «Элит Менеджмент» — а это я — вы можете поместить свои деньги и стать своими в «Рипаблик инвестмент» — а это моя сестра. Вот так вы станете совладельцами «Парадизо». — Берк сделал паузу, направив палочки для еды на Билли и мистера Дана. — Да черт возьми, в один прекрасный день вы сможете запустить собственный проект, и тогда вы приедете к нам за деньгами. Вы только представьте себе.

Представьте себе, подумал Фрай. Темные делишки Берка. Неужели Беннету и папе неинтересно, где их инвесторы добывают средства?

— Видите ли, — продолжал Берк, опять наклонившись вперед, — генерал понимает, что если он заимеет в этой стране престиж такого рода, он будет жить припеваючи, насколько припеваючи может жить человек, действительно помогающий своему народу. Я говорю о возможностях, о которых он раньше даже не мечтал. Я веду речь о друзьях в бизнесе и правительстве. Я говорю о легальной власти по типу американской. Получить это непросто, но когда вы это получите, вы очень даже сумеете сделать из этого все, что захотите.

Билли и Дан переглянулись. Берк откинулся на спинку стула.

— Господа, мы долго и упорно работали поодиночке, пора с этим кончать. Сообща мы сможем совершить замечательные дела. Для самих себя. Но если вы хотите успеха, о котором я говорю, вам необходимо работать внутри системы. А система, господа, это я.

Они ели. Берк за пять минут вылизал тарелку и положил еще одну порцию.

— Как хотите, господа, но таково мое предложение. Пятьдесят процентов за пять лет, и мы будем брать наличными. Мои адвокаты в два счета подготовят бумаги. Вы оба будете легально инкорпорированы в качестве партнеров «Элит Менеджмент» и будете заседать со мной в совете директоров. Со мной во главе. Мне не хватает десяти миллионов. Для ровного счета. Если вы не хотите участвовать, я обращусь в другое место. Недостатка в желающих вложить деньги в «Парадизо» нет, доложу я вам.