Т. Паркер – Маленький Сайгон (страница 4)

Фрай вскочил в свой старенький «Меркурий», завел двигатель, включил первую скорость.

Фары осветили стоянку, и во время короткого озарения он, как ему показалось, увидел Эдди Во, который, вытаращив глаза, уставился на него с переднего сиденья припаркованного тут микроавтобуса.

Затем Фрай стал звать Беннета, но сам с трудом слышал свой крик сквозь визг покрышек. Когда он подал машину к запасному выходу, как раз возник Доннел Кроули. На руках он нес Беннета.

Глава 2

Фрай сидел за рулем, Беннет — рядом с ним на просторном сиденье, Кроули следил за обстановкой. Беннет крикнул в ухо Фраю:

— Давай! Гони!

Фрай повернул на Брукхерст и выжал педаль акселератора до пола. Завыли полицейские сирены. Мчась по широкой оживленной улице, «Селика» перестроилась на полосу торможения и свернула на Вестминстер-бульвар. Фрай обогнал увечный «Фольксваген», одним глотком сожрал сто метров асфальта, затем пронесся мимо бензозаправки. За ухом промелькнули колонки и удивленные клиенты.

— Быстрее, — вопил Беннет, — они хотят налево, они хотят налево!

Большой восьмицилиндровый грузовик прижимал их к обочине, и Фрай сокращал дистанцию — сто метров, пятьдесят — но «Селика», улучив момент, пересекла улицу перед самым носом плотного встречного потока и исчезла на Магнолия-стрит. Фрай резко затормозил в ревущем хоре клаксонов. Мимо проехали две полицейские машины с включенными сиренами. Шесть машин… семь… десять — и конца все не видно, а они загорают здесь, вперившись в Магнолия-стрит, как будто усилие воли способно было задержать удаляющуюся «Селику». Наконец у Фрая сдали нервы, и он газанул перед автобусом, который тяжко, словно гигантское животное, клюнул носом, вспыхнул стоп-сигналами и замер в облаке дыма горелой резины, а они тем временем мчались дальше стрелой.

Далеко впереди синяя «Селика» опять повернула налево.

Беннет протянул руку и выкрутил руль, резко направив машину в левый переулок.

— На следующем светофоре сворачивай на Грин-Флауер. Они едут на Плазу!

Фрай въехал на приподнятую разделительную полосу, снес дорожный знак и остановился перед вереницей автомобилей, выстроившихся на поворот. Когда встречный поток прекратился, он плюхнулся на проезжую часть и резко свернул на Грин-Флауер. Издалека виднелись огни Сайгон-Плазы и арка при въезде на площадь. Два луча прожекторов, пересекаясь, чертили в небе зигзаги.

— Они едут на площадь, я это знаю. Скорей, Чак, будь ты неладен, прибавь газу.

Они выехали на Сайгон-Плазу из бокового переулка, протиснувшись по узкому проезду между магазином тканей Тань Тонга и приемной Данг Лонг Ко, доктора медицины. Уличные фонари выстроились вдоль тротуара. Магазины и здания с яркими вывесками и распестренными витринами остались позади. Автостоянки были переполнены, бумажные журавлики скользили по асфальту, подгоняемые теплым бризом. Слева Фрай различал контуры огромной арки и двух мраморных львов, стоявших по обеим сторонам главного выезда на Болсу.

Беннет потянулся и взялся за руль, выворачивая направо. Его голос был спокоен, он цедил почти шепотом:

— Чак, объезжай медленно по периметру. Она где-то здесь. Доннел, найди полицейских и дай им описание машины.

Кроули спрыгнул на ходу и побежал в сторону магазинов.

— Их должны были увидеть, — сказал Фрай.

— Нам все равно никто ничего не скажет, — возразил Беннет.

Фрай объезжал дозором. Многолюдные тротуары, витрины, группы вьетнамцев, с любопытством смотревших на них. «Бюро путешествий Ханг Ду Лич Бат Дат», «Компания морепродуктов Бонг Лай», «Тай Лой: пончики и горячие блюда». Повсюду плакаты: «Последняя распродажа! Дешево!», «Да здравствуют „Дни Сайгона“ — в городе Вестминстере!» Из кафе Трана доносилась поп-музыка, перед входом ошивалась компания молодежи.

В дальнем углу площади он свернул налево, следуя тротуару и фонарям. Беннет лег на приборную панель, подложив под голову правую руку, а левой, сжатой в кулак, постукивая по мягкой обивке над приемником. Фрай по-прежнему слышал вой сирен, уносившийся к «Азиатскому ветру». Два мощных прожектора-искателя посылали свои лучи высоко в ночное небо. Надпись на доме гласила: «Кафе Фо Хань — торжественное открытие!» Уличные столики были почти все заняты. Посетители сидели, разглядывая шикарный кабриолет и двоих его пассажиров. Братья миновали магазин мод, химчистку и художественный салон «Рандеву», чьи витрины были увешаны шелковыми платьями и лаковыми миниатюрами. Они миновали ювелирный магазин Ким Тиня и вышивальную мастерскую Масами, магазин тканей Той Транга и ресторан «Тур д'Ивуар». Они миновали видеосалон Тай Гон-Конга и магазин мод Фуонга. Они миновали заведения с вывесками, которые Фрай не мог даже надеяться разобрать.

Это слишком обыденно, подумал он. Слишком по-деловому. Зачем, если уж на то пошло, привозить похищенную женщину в торговый центр города?

— Наша догадка неверна, Бенни. Они никогда не поехали бы сюда. Здесь слишком…

— Заткнись, Чак! Они здесь!

Беннет выбросил себя из автомобиля раньше, чем Фрай успел остановиться. От магазина тканей Той Транга бежал Кроули. Фрай втиснулся на свободное место рядом с «Селикой» и выбрался из машины. Он наблюдал, как Беннет вскарабкался на капот «Селики», перемахнул через него и вперился в ветровое стекло. Кроули, загородившись ладонями, стал вглядываться в боковое окно. Фрай потрогал капот: еще теплый. Он обратил внимание на то, как странно покрашена «Тойота» — радиатор, хромированные части и внутренние стороны дверок были выкрашены той же темно-синей краской, что и кузов. Беннет соскользнул с капота и мешком упал на тротуар. Несколько секунд он оставался там, словно погруженный в асфальт. При помощи кулаков он обрел равновесие, лицо было ярко-розовым от света ближайшей вывески. Фрай прочитал ее:

Толковательница Снов

Точно, безошибочно

Индивидуально.

Фрай через витрину заведения увидел женщину, которая наблюдала за ними без заметного интереса. Беннет развернулся и направился ко входу; Кроули его опередил и распахнул дверь.

Женщина оказалась крупной и старой, с седыми волосами, закрученными на затылке в тугой пучок. На ней был тесный черный аодай. Сидя за маленьким столиком, она посмотрела на каждого по очереди, и в ее взгляде смешалось подозрение пополам с недоумением. Черные лампы бросали лиловый свет на два стула, на одной из стен висел китайский календарь: живописное изображение горы с водопадом. Фимиам поднимался над небольшой медной курильницей в углу комнаты. Беннет придвинул к себе стул, влез на него и, подтянувшись, забрался на ее столик.

— Синяя машина, вон та. Где люди, которые в ней приехали?

Мадам поставила перед Беннетом маленькую эмалевую коробочку. Посмотрела на Кроули, потом на Фрая. Кроули открыл коробочку и положил туда две банкноты. Фрай заметил, как она бросила взгляд на деньги, затем перевела на его брата.

— Я никого не видела.

Фраю показалось, что Беннет собирается прыгнуть ей на колени.

— Черта с два, мадам! Двое мужчин и женщина. Ли Фрай! Ли Фрай, мадам, вы знаете, кто это?

— Ли знает каждый. Я была в задней комнате.

— Посмотрите мне в лицо и повторите, что вы не видели, как подъехала машина.

Мадам изучающе оглядела Фрая, и на кратчайшее мгновение ему показалось, что он заметил в ее глазах страх.

— Я не видела, как подъехала эта машина. — Она достала из комода кассету и положила ее рядом с коробочкой с таким видом, словно то была пятая карта королевской флеши. Это была одна из композиций Ли — «Потерянные матери». С конверта кассеты смотрело лицо Ли, сфотографированное на фоне одинокой нитки колючей проволоки. Толковательница Снов скрестила свои тяжелые руки. — Я знаю Ли Фрай. Но здесь ее нет.

Беннет посмотрел на мадам, затем на Кроули, потом прошел в заднюю комнату, разведя руками соломенную занавеску, продолжавшую покачиваться и постукивать за его спиной. Следующие несколько секунд Фрай простоял на месте, прислушиваясь к брату. Открылась, затем захлопнулась дверь, послышалось хрюканье, проклятия. Курильница задрожала, ее медная крышка слегка зазвенела. Толковательница Снов уставилась на него. У Фрая возникло чувство, будто она читает его мысли и заучивает их наизусть. В полутьме комнаты лицо Кроули казалось иссиня-пурпурным. Беннет возвратился, соломенные занавески разошлись в стороны и соскользнули с его плеч.

— Пошли.

Они разделились, чтобы обойти все магазины. В соседней ювелирной лавке владелец сообщил Фраю, что он занимался клиентами и не видел, как подъехала машина, о чем весьма сожалеет. Он не видел Ли с прошлого месяца, когда она давала концерт здесь, на площади. Выступала она тогда великолепно. Он упомянул о большой скидке на часы «Сейко» для ныряльщиков, выдерживающие погружение на двести футов. Беспошлинный товар.

— Это машина гангстеров, — шепотом добавил он. — Сразу видно, потому что они любят все красить одним цветом.

Женщина в цветочном магазине совсем не разговаривала по-английски, но закивала и улыбнулась, когда он назвал имя Ли. Она нажала кнопку на кассетнике, и голос Ли захрипел из крохотных громкоговорителей.

— Ли Фрай? — спросил он, показав на синюю «Селику».

— Ли Фрай, — ответила та, показав на кассетник.

— Благодарю вас.

Двое парней, выпивавших за уличным столиком перед «Тур д'Ивуар» сказали, что они видели, как подъехала машина, но она была пуста. Фрай поднажал, и история превратилась в другую машину, остановившуюся в другом месте и в другое время. Когда он их поблагодарил, они ответили: не за что, мы всегда рады помочь полиции.