Т. Паркер – Лето страха (страница 56)
Пока мы шли по мраморному полу, звонок повторился. Эмбер всмотрелась в дверной глазок и подняла на меня недоуменный взгляд. Я тоже посмотрел. Суженный до размеров карикатуры и казавшийся таким далеким, за дверью стоял толстенький и жалкий, а может и несчастный, Честер Фэйрфакс Сингер. Он держал в руке ветхий, совершенно утративший былую форму кожаный портфель.
Глава 23
— Ну, и насколько вы успели загадить место происшествия? — ворчливым тоном спросил он.
Я отступил и пропустил его в дом.
— Я очень рад видеть тебя, Чет. Знакомьтесь: Честер Сингер — Эмбер Мэй Вилсон.
Он лишь скользнул взглядом по фигуре и лицу Эмбер.
— Оказывается, в жизни вы несколько побольше, чем на бутылке с шампунем, — сказал он без тени юмора в голосе. — Да и покрасивее.
Надев новые резиновые перчатки, мы с помощью бумажных полотенец обследовали патрубки водостока — нет ли там следов крови. Не нашли ничего.
Разумеется, Пэриш основательно вымыл все здесь, спустил достаточное количество воды и позаботился о том, чтобы на решетках не осталось следов. Ручные и банные полотенца производили впечатление свежих, но Чет все же снял их, расстелил на кафельной стойке рядом с раковиной и осмотрел через лупу. Ничего.
Я чувствовал себя довольно глупо.
— Как насчет отпечатков пальцев? — спросила Эмбер.
— Уходя, он вытер даже ручку калитки, так что наверняка протер и все остальное, — сказал я.
— Ну, для очистки совести мы все равно попрыскаем и опылим что надо, — успокоил ее Чет. — Даже начальник отдела по расследованию убийств может промахнуться. Кстати, я помню первые дни Мартина в нашем управлении — он всегда был несколько нетерпелив и довольно презрительно относился к работе специалистов на месте происшествия. Никогда не принадлежал к числу тех, кто уважает мелочи. А потому я совсем не удивлюсь, если мистер Пэриш все же оставит что-нибудь... стоящее.
— А что насчет орудия убийства? — снова спросила Эмбер.
— Скорее всего он унес его вместе с телом, — терпеливо сказал Честер.
— Но как же он смог погрузить ее в машину и соседи ничего не заметили?
— Я могу лишь подтвердить тот факт, мисс Вилсон, что вы живете очень уединенно. Ближайшие соседи — по меньшей мере в двух сотнях ярдов от вас. Было темно. Было поздно. Кстати, каковы размеры вашего участка?
— Три с половиной акра.
— Рассел, ты осмотрел его?
— Нет.
— Ну что ж, возможно, мы должны сделать и это.
— А отпечатки шин на подъездной дороге? — спросила Эмбер.
— Ты же сама приезжала пятого числа, — сказал я. — Да и управляющий твой тоже был здесь, когда искал тебя.
Честер хмуро покачал своей большой головой.
— Рассел, обрисуй мне события той ночи, когда ты застал Мартина в этой комнате... в неформенном одеянии.
Я рассказал ему все о странной встрече с Мартином ночью четвертого июля.
— И почему ты предположил, что он хотел забраться в постель мисс Вилсон?
— Он сказал мне об этом. И сказал — раньше делал так. Кровать, правда, была застелена.
— Наверное, успел застелить ее после себя?
— Вероятно, да.
Я окинул взглядом постель Эмбер — пухлые розовые подушки, повсюду надушенный атлас и шелк.
Чет обследовал подушки и обнаружил на наволочке два коротких рыжих с сединой волоса — принадлежали они явно не Эмбер и не Элис.
Положив их в пластиковые пакетики, Чет аккуратно надписал каждый. Я почувствовал, как по мне пробежала легкая рябь надежды.
Еще один волос мы сняли с верхней простыни, что — ближе к подушкам. Исследовав простыни целиком, Чет нашел короткий вьющийся волосок, который мог попасть туда с чьего угодно лобка. Чет и его упаковал в отдельный пакетик и надписал.
Потом мы осмотрели простыни на предмет наличия на ней спермы — должен признать, действия, которые мы совершали, заставили меня пережить большое унижение — и ничего не нашли.
Эмбер наблюдала за нами с легким ужасом.
— Не мог он совершить
— Это уж тебе лучше знать, — сказал я. — Ты же была замужем за ним.
— Боже правый, а я ведь и в самом деле не уверена. Кстати, знаете что? Мы прожили с ним больше года, и никогда мне не доводилось встречать более брезгливого человека, чем он. Даже после малой нужды он каждый раз обливал унитаз дезинфицирующим средством.
Чет провел чистой салфеткой под краями унитаза, хотя я и не вполне понял, зачем он сделал это. Чисто.
Я вспомнил свежий порез, красовавшийся днем четвертого июля на кадыке Мартина, и осмотрел бритвенные станки — в шкафчике над раковиной. Все — пластмассовые, одинаковые.
«Мудак, — тут же подумал про себя. — Неужели человек, совершивший убийство и уничтожающий следы совершенного преступления, вдруг оставит после себя подобную улику?»
— У тебя есть что-нибудь выпить? — спросил я.
— Джин.
— Сделай мне легкий коктейль со льдом.
— А мне чуточку покрепче, — добавил Чет.
Мы продолжали постепенно обследовать дом. Ковер у входа оказался безукоризненно чистым. То же самое можно сказать про решетчатую раздвижную дверь, на которой был сделан разрез для того, чтобы придать происшествию почерк Полуночного Глаза.
Потом мы осмотрели стереосистему, в которой Пэриш оставил дубликат записи, смонтированной им из обрывков фраз с пленок Полуночного Глаза, найденных в домах Фернандезов и Эллисонов. Уж здесь-то он явно не оставил бы своих отпечатков.
Я мысленно представил себе его — перед убийством, с пленками, еще не включенными в багаж «вещдоков»: сосредоточенно-угрюмого, выбирающего рваные фразы для монолога и записывающего их на каком-нибудь дешевом портативном магнитофоне.
Настороженно глядя мне в глаза, Эмбер подала напитки.
Войдя в кабинет, я взглянул на настольную лампу и журналы, которые сам же свалил со столика.
В кухне мы тщательно осмотрели пространство под раковиной, заглянули в закуток со щетками, в мусорный бачок и в шкафчики.
Постепенно во мне все больше крепла уверенность, что меня обманули, обвели вокруг пальца. Мартин проделал тщательную работу раньше нас — полностью уничтожил все следы своего пребывания. «Возможно, даже с пылесосом прошелся», — подумал я. И действительно, такой чистоплюй, как Мартин, должен был бы во что бы то ни стало сделать это.
— Пылесос у тебя где стоит?
— Там, в углу. За дверью.
Честер сдержанно улыбнулся.
— Подчас очевидное оказывается самым правильным.
Он вытащил из-под гладильной доски пылесос, откинул заднюю панель и пощупал мешочек для мусора.
— Пусто.
— Значит, он им не пользовался, — сказала Эмбер.
— Пожалуйста, принесите мне несколько чистых бумажных салфеток.
Чет снял шланг и стал трясти щеткой над разложенными в ряд листами, я же принялся авторучкой распрямлять ее ворсинки. То, что упало на белую бумагу, чертовски походило на засохшую кровь.
— Это то самое, о чем я думаю? — спросила Эмбер.
— Да, — сказал Честер. — А мешок — пуст, потому что после того, как он пропылесосил, он заменил его на новый. Ну что ж, мы уже ближе к истине.
— И унес старый мешок с собой?