Т Л Свон – The Miles club. Джеймисон Майлз (страница 9)
Он снова идет к двери и опять возвращается. Наши глаза встречаются.
Я беру в ладони его красивое лицо и говорю:
– У меня была невероятно прекрасная ночь.
– У меня тоже. – Он мягко улыбается.
Я дотягиваюсь и касаюсь красного рубца от засоса на его шее. Пальцы Джима накрывают мои.
– О чем ты только думала, когда выкинула такое?
– Понятия не имею, что на меня нашло. – Я хихикаю. – Твой член был так хорош, что во мне проснулся зверь.
Джим снова покусывает мою кожу.
– Как, по-твоему, я должен появиться на борту самолета с таким огромным засосом на шее? Если бы ты только знала, Эмили, как много у меня важных встреч на этой неделе…
Мы оба смеемся, но вдруг его лицо делается серьезным, и он внимательно смотрит на меня. Я не шучу. Не хочется, чтобы он уходил. В этом человеке соединилось все, что я никогда даже не пыталась искать в мужчинах. И почему он подходит мне по всем пунктам!
Что, если я никогда его больше не увижу?
Как вообще можно жить дальше после подобной ночи? Как можно стереть ее из памяти? Притворяться, что ничего не произошло? Закрываю глаза от отвращения к себе. Вот почему я никогда не занимаюсь сексом на одну ночь! Я не создана для секса без обязательств и без продолжения. Это не про меня. Никогда такой не стану.
– Знаешь, у меня в сумке есть шарф. Хочешь, возьми? – предлагаю я Джиму.
– Да, – резко бросает он.
Я выбираюсь из постели, иду к сумке, наклоняюсь и начинаю искать шарф. Джим тут же, пользуясь случаем, встает позади меня, совершенно голой, хватает за бедра и начинает резкими и ритмичными движениями прижиматься, изображая, как трахает сзади. Выпрямляюсь и оборачиваюсь к нему.
– Знаешь, я сейчас уже не шучу – оставайся еще на одну ночь.
Он проводит пальцем мне по лицу и, придерживая за подбородок, смотрит в глаза.
– Я не могу, – тихонько шепчет Джим, и в его взгляде мелькает что-то… недосказанное.
Его кто-то ждет дома? Поэтому он не берет номер моего телефона? Меня охватывает ощущение неловкости. Определенно, эти встречи на одну ночь не для меня. Я не создана для случайного перепихона.
Отворачиваюсь от него, извлекаю шарф из сумки и отдаю Джиму. На кашемировом шарфе кремового цвета есть мои инициалы.
Э. Ф.
Его подарили мамины подруги по теннисному клубу, когда я окончила колледж. Я так его любила. Ну да ладно.
Джим хмурится, глядя на вышитые буквы, а я забираю шарф у него из рук и обвязываю ему вокруг шеи, чтобы закрыть огромный синяк с кровоподтеками. Смотрю на Джима и усмехаюсь. Прежде я и не знала, как сделать засос. Похоже, я была на высоте.
– Что означает «Ф»? – спрашивает Джим.
– Фея-бестия, – улыбаюсь я, скрывая разочарование. Не хочу, чтобы он знал, как меня расстроил его ответ.
Джим хмыкает, потом, грубовато приобняв меня, ведет назад к кровати и укладывает на постель.
– Какое точное описание!
Джим наклоняется, нежно берет мою ногу и обвивает себе вокруг пояса, и мы сливаемся в последнем долгом поцелуе.
– До свидания, моя прекрасная фея-бестия, – шепчет он.
Я ворошу его волосы и не могу оторвать глаз от прекрасного лица.
– До свидания, мой синеглазый!
Джим закидывает шарф за плечо и глубоко вдыхает.
– Он пахнет тобой.
– Можешь использовать его, чтобы закрывать каждый засос. – Я сладенько улыбаюсь. – Представь, что их делаю я.
Его глаза сверкают от восхищения.
– Знаешь, для женщины, у которой не было секса последние полтора года, ты справляешься как настоящая секс-маньячка.
Я хихикаю.
– Ну теперь-то я возвращаюсь к своей засухе. Там безопаснее… И я там точно справлюсь в одиночку.
У Джима вытягивается лицо. Кажется, он хочет что-то сказать, но останавливает себя.
– Ты опоздаешь на самолет. – Снова нацепляю фальшивую улыбку.
Мы еще раз целуемся, я крепко обнимаю моего бога секса. Он правда невероятно хорош!
Джим поднимается с кровати, бросает на меня последний долгий взгляд – на меня, лежащую на постели нагишом, – и выходит из номера.
Я печально улыбаюсь, глядя на дверь, в которую он только что вышел.
– Да, конечно, ты можешь записать мой телефон, – шепчу я в тишине.
Но он не захотел. Он ушел.
Я выдыхаю и хватаюсь за сердце, глядя на возвышающийся надо мной стеклянный небоскреб. Стою на тротуаре перед высоченным зданием и собираюсь с духом, чтобы войти, и именно в этот момент начинает трезвонить телефон. На экране высвечивается
– Мам, привет! – Я улыбаюсь, представляя себе мою прекрасную мамочку. Роскошную блондинку с идеальной стрижкой боб, гладкой кожей, всегда одетую с иголочки. Если мне удастся в ее возрасте так же шикарно выглядеть, можно считать, жизнь прожита не зря. Уже скучаю по ней.
– Ах, дорогая, я просто звоню, чтобы пожелать тебе удачи!
– Спасибо, мамуль. – Переминаюсь с ноги на ногу, от волнения не в силах стоять спокойно на месте. – Я так нервничаю, что сегодня с утра меня даже тошнило.
– Они тебя полюбят, моя дорогая!
– О боже! – Делаю тяжелый вздох. – Надеюсь, что так. Я прошла через шесть кошмарных собеседований на всех уровнях, чтобы получить эту работу. Мне пришлось ради нее переехать в другой конец страны. – Мое лицо искажает гримаса страха. – Ма, как думаешь, я правильно сделала?
– Да, моя любовь, это работа твоей мечты! И кроме того, тебе нужно было срочно сбежать от Робби. Чем дальше ты от него, тем тебе будет проще.
Я недовольно закатываю глаза.
– Ма, только не надо сюда втягивать Робби.
– Дорогая, ты встречаешься с мужчиной, который живет в родительском гараже, да еще и безработный. Не понимаю, что ты в нем нашла.
Я вздыхаю.
– Просто он сейчас ищет новую работу, а со старой ушел.
– Тогда, если Робби не может ничего найти здесь, почему не едет с тобой в Нью-Йорк?
– Он не любит Нью-Йорк. В этом городе для него слишком бешеный ритм.
– Ах, Эмили, ты постоянно находишь для этого мужчины оправдание. Если бы он любил тебя, то поддерживал бы на пути к мечте. Тем более что у него ее нет.
Снова тяжело вздыхаю. Я сама об этом думала, но, черт меня дери, если бы только могла хоть кому-нибудь в этом признаться!
– Ты звонишь, чтобы трепать нервы из-за Робби или чтобы пожелать удачи? – резко бросаю я в трубку.
– Звоню, чтобы пожелать удачи. Удачи, дорогая! Иди и покажи им всем, из какого теста ты сделана!