Сьюзен Янг – Ведьма с болот (страница 7)

– Энтони и Майкл, – сказал Томас. – Энтони в пятом классе…

Воспоминания становились всё отчетливей, и Калиста слегка подалась вперёд, стараясь не отрывать руки от стола. Томас говорил о братьях, о маме, о друзьях. Воспоминания текли рекой, и это был очевидный прогресс. Призрак сделался отчётливым и плотным. Когда у мальчика истощились рассказы, Калиста стала задавать вопросы, подбираясь ближе к событиям, которые её интересовали. В новостях говорили, что Томас пропал прямо из спальни. Нужно было направить его туда.

– Опиши свою комнату, – попросила Калиста.

Томас задумался.

– Она маленькая… очень маленькая. Но на стенах висят постеры, и у меня есть стол, чтоб делать уроки, и собственный телик. – Он улыбнулся. – И приставка. И…

Томас внезапно замолчал. Он и без того был бледен – он ведь умер, – но тут с его щёк полностью сбежала краска. У Калисты заколотилось сердце.

– И что, Томас? – спросила она. – Что случилось в твоей комнате? Куда ты пошёл?

Нижняя губа у него задрожала, голубые глаза наполнились слезами.

– Я… я увидел её, – прошептал он.

Калисту замутило. Температура в комнате начала падать, дыхание белыми клубами вырывалось изо рта. Калисте хотелось посмотреть на папу, но она боялась отвести взгляд от Томаса. Он был в отчаянии. В ужасе. Отвернувшись, Калиста рисковала потерять связь.

– Скажи мне, кого ты увидел. Что с тобой случилось, Томас?

– Не могу, – прошептал он, и у него округлились глаза.

Он медленно перевёл взгляд на что-то за спиной Калисты.

Та ощутила у себя на шее чьи-то ледяные пальцы. Тем не менее она не могла отвести взгляд от Томаса.

– Что ты видишь? – спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. – Что там позади меня?

Вдруг Томас резко закрыл глаза руками. Стало теплее, и порыв ветра задул свечи, погрузив комнату во мрак.

Калиста ахнула; зная, что это может прервать сеанс, она сняла руки со стола и принялась искать спички. Пока она возилась с ними, Мак шепнул:

– Спокойней, Калли, спокойней.

Наконец Калиста чиркнула спичкой и осветила стол. Она взглянула туда, где сидел Томас, и увидела напротив себя женское лицо.

Бледное и, несомненно, мёртвое.

Калиста завизжала и выронила спичку. Она упала на стол и потухла, вновь оставив девочку в темноте. Калиста на мгновение ощутила удушье, как будто незнакомка схватила её за горло.

– Это она… – пробормотала бабушка Джози испуганно.

Калиста никогда ещё такого не слышала – и запаниковала.

Она вновь схватила коробок. Чиркнув спичкой, Калиста с облегчением обнаружила, что женщина уже не маячит перед ней. Дрожащей рукой она поднесла спичку к свече и осветила комнату. Но то, что она увидела, вовсе её не обрадовало.

Калиста взглянула на Томаса и обнаружила, что он сидит неподвижно, неестественно вытаращив глаза и запрокинув голову. А за спиной у него стояла женщина в жёлтом платье – Калиста догадалась, что это и есть Высокая Дама. Тёмные волосы у неё были небрежно связаны, и отдельные пряди висели вдоль лица, губы цветом напоминали свежую кровь. Женщина стояла позади Томаса, слегка надавив длинными чёрными ногтями ему на щёку. Она смотрела прямо на Калисту, и та утратила дар речи, хотя в голове у девочки теснилось множество вопросов.

От Высокой Дамы исходил ужас. Зло. Калиста попыталась успокоиться, но, едва она открыла рот, чтобы заговорить, Высокая Дама улыбнулась, сверкнув крошечными кривыми… и острыми зубами. Сердце у Калисты колотилось так оглушительно, что болели уши.

Высокая Дама медленно шевельнула губами и произнесла:

– Небытие…

А затем её когти стремительным движением полоснули Томаса по лицу, и мальчик рассыпался чёрным пеплом. Калиста с криком сорвалась со стула.

Высокая Дама исчезла, а оставшийся от Томаса пепел продолжал сыпаться на пол, как снег.

– Стой! – крикнула Калиста, бросаясь к чёрным хлопьям, как будто могла их удержать. Они распадались у неё в руках. Мальчик исчез. Пропал.

Дверь распахнулась, и вбежала мама. Нора ошеломлённо помедлила, а потом протянула руку и щёлкнула выключателем.

– Калли, в чём дело? – проговорила она.

И замолчала, разглядывая комнату, в которой летал пепел. Нора посмотрела на дочь, но Калиста стояла неподвижно, в ужасе.

Потом она повернулась к отцу, который, казалось, тоже был в шоке. Бабушка Джози молча наблюдала за оседавшим на пол пеплом. Тогда Калиста бросилась к матери, обняла её и зарыдала.

7

Калиста сидела на полу в спальне и дрожала всем телом. По-прежнему пахло подгорелым хлебом и свечным воском. Лунный свет лился в окно сквозь отдёрнутые занавески. Калиста пыталась разобраться в собственных мыслях. Нора была недовольна тем, что Калиста устроила ночной сеанс в собственной комнате, но в конце концов, когда девочка успокоилась, мама помогла ей прибраться.

Калиста рассказала маме немногое – утром к ней явился призрак мальчика, и она попыталась ему помочь, но что-то пошло не так, и его дух… взорвался.

По правде говоря, Калиста сама не понимала, что случилось. Она не знала, какие последствия это будет иметь для неё и для Томаса. Она знала лишь, что ей страшно. Калисте нужно было поговорить с папой и бабушкой, чтобы во всём разобраться, прежде чем пугать маму.

Когда пепел вымели и постель застелили свежим бельём, Нора остановилась на пороге, по-прежнему встревоженная.

– Точно не хочешь сегодня спать со мной? – спросила она. – Места хватит.

– Спасибо, обойдусь, – сказала Калиста. – И потом, мне надо немножко позаниматься. У меня завтра контрольная по математике.

Так оно и было, только заниматься Калиста не собиралась.

– Ну ладно, – всё ещё колеблясь, произнесла Нора. – Разбуди меня, если что-нибудь случится. Или если тебе станет страшно. Обязательно разбуди!

– Обещаю, – сказала Калиста, кладя руку на сердце.

Мама ласково улыбнулась.

– Ну, тогда утром увидимся.

Хотя обычно она уходила на работу раньше, чем Калиста просыпалась.

Когда дверь закрылась, Калиста села на свежезастеленную кровать. Она подумала о Томасе и загрустила.

– Как себя чувствуешь, детка? – спросил Мак.

Он стоял над дочерью и всматривался тёмными глазами в её лицо, пытаясь оценить состояние Калисты. Он по привычке протянул ей руку; Калиста потянулась к папе в ответ, хотя знала, что не обретёт утешения.

Это было так несправедливо. Тем более что некоторые призраки могли коснуться Калисты. Но почему-то люди, которых ей больше всего хотелось обнять, оказались для неё недосягаемы.

Мак взглянул на собственную руку и нахмурился при мысли о том, что она бесполезна. Тогда он сел на кровать рядом с Калистой. Дочь со слезами на глазах повернулась к нему.

– Томас ушёл? – спросила она. – Он ушёл навсегда?

– Не знаю, – сказал Мак. – Я никогда… никогда ничего подобного не видел.

Он повернулся к бабушке Джози:

– А ты, мама?

Бабушка Джози сидела на стуле в углу комнаты (стол и остальные стулья после сеанса поставили на место).

Бабушка ответила не сразу, она даже головы не подняла.

В дверь тихонько постучали. Калиста и Мак повернулись.

– Да? – тихо сказала Калиста.

Дверь медленно открылась, таинственно скрипя петлями.

– Кто там? – спросила Калиста, глядя в тёмный коридор.

И тут появилась Молли. Протирая сонные глаза, она вошла в комнату.

– Калли, что ты делаешь? – спросила она.