Сьюзен Спиндлер – Суррогатная мать (страница 51)
Рут встала, повернулась к нему спиной и сняла брюки, затем стянула тунику через голову. В комнате воцарилась тяжелая тишина. Она расстегнула бюстгальтер, и груди свободно упали. Сэм стоял позади нее, обхватив ее грудь, поглаживая живот и массируя ягодицы, и наслаждался прикосновениями к ее коже.
Он повернул ее к себе лицом, рассмотрел с ног до головы и спросил с причудливой формальностью:
– Пойдем наверх?
Она последовала за ним через несколько пролетов расписной лестницы, проходя мимо африканских масок и чучел животных, – в комнату с белыми стенами и кроватью с балдахином. Он закрыл ставни и сбросил с себя одежду с отработанной быстротой. Рут удивилась, увидев его пенис: насколько он был возбужден и напряжен. Она опустилась спиной на кровать, и он снова поцеловал ее, постепенно спускаясь по телу вниз.
– А что это за бледная темноватая линия от пупка на животе?
– Это
Рут не узнала свой голос: низкий, гортанный и преисполненный желания.
– Похоже на очень сексуальную татуировку, – сказал Сэм и провел по ней пальцем, – которая указывает путь непосвященным.
Он опустил руки ниже и коснулся клитора, подразнивая ее пальцами.
– Войди в меня, – умоляла она.
– Нет, пока нельзя, еще рано.
Сэм довел ее до оргазма прикосновениями и погрузил внутрь большой палец. Рут выгнулась, закричав от удовольствия и облегчения.
– Прости, – сказала она, придя в себя.
– За что? – спросил он, улыбнувшись и гладя ее по лицу.
– Что я так шумела. Было слишком приятно. Давно мне не было так хорошо…
– Я очень рад, миссис Фернивал, – сказал он и провел пальцем от ее подбородка до лобка.
Его член упирался ей в бедро. Рут попыталась взять его в рот, но он мягко отодвинул ее, и она взяла его в руки.
– Может, войдешь в меня? Я так этого хочу, – сказала она.
– Сначала анализы.
– Какие?
– На ЗППП.
Рут яростно отстранилась.
– Я тридцать лет была замужем за одним и тем же мужчиной, и в октябре меня проверили на все болячки перед ЭКО, я чиста!
Рут села на край кровати и принялась искать свою одежду, но вспомнила, что оставила ее внизу. Она чувствовала себя испорченной.
Сэм обнял ее.
– Ты не так меня поняла. У меня нет презерватива – со мной такое редко случается, но скажу в свое оправдание, я не ожидал, что он сегодня днем мне пригодится. Я уверен, что с тобой все в порядке, но мне самому нужно сдать анализы, и я сделаю это завтра. Я не хочу подвергать вас с малышом риску.
Он положил руку ей на живот.
Рут ахнула. Ребенок! Как же она могла про него забыть. Она почувствовала укол вины и задрожала от ощущения, похожего на прикосновение ресниц к коже, глубоко внутри: как будто ребенок знал, словно он хотел ей что-то сказать, привлечь ее внимание.
Ее глаза наполнились слезами. Она накрыла рукой ладонь Сэма.
– Зашевелился! Первое движение!
– Я не почувствовал.
– Ну конечно, он же крошечный. Как сказала Лорен: размером с шарик артишока, поэтому всего его движения почти невозможно почувствовать, но они угадываются безошибочно, когда ощутишь их однажды. Как будто что-то внутри переворачивается.
– Может, это я его оживил? – спросил Сэм, прижавшись щекой к животу Рут, затем посмотрел на нее. – Как его зовут?
– Пока никак, надеюсь, узнаем пол на следующей неделе.
Он поцеловал Рут в живот, и она почувствовала колючую щетину.
– Флиппер, привет. Ты немного испугался? Слишком громкие крики и страшные конвульсии, да, малыш?
Сэм снова начал ее целовать. Рут хотела остановить его: она знала, что нужно сейчас же уйти, позвонить Лорен и рассказать, что почувствовала, как ребенок зашевелился, но она не могла себя заставить. Его руки разожгли чувства и ощущения, которые поблекли из-за рутины и привычности долгого брака. Рут снова становилась самой собой.
22
Следующие пять дней Рут каждые несколько минут проверяла свой телефон в надежде увидеть сообщение от Сэма, но они так и не приходили. В конце концов, она написала ему:
Привет, Сэм, это Рут.
У тебя все хорошо?
Он ответил через два дня, сразу после полуночи:
скоро получу анализы
но может быть долго
удачи сэм
“Удачи” звучало фальшиво: была ли эта фраза брошена агрессивно-случайно в расчете на то, чтобы уничтожить близость, которую они разделяли? Ей нужно было мнение со стороны, и ей хотелось спросить Шейлу, но она боялась показаться нелепой. В любом случае она, вероятно, слишком много вкладывала в это: Сэм был занят своим первым фильмом, а это значит: срочные звонки, изменения в последнюю минуту, люди, которых нужно успокоить и убедить. Ей удалось подождать с ответом до следующего утра:
Все в порядке!
Держи меня в курсе
надеюсь, все будет хорошо
Она была рада, что работы оказалось невпроворот. Белла попросила ее следить за “Куртизанкой”, которая сейчас находилась на стадии подготовки, и взять под свое крыло еще трех сценаристов, поэтому дни были заполнены встречами, а вечера – чтением сценариев. В субботу она пошла за покупками, потому что ее одежда начала ей жать. Она купила эластичные юбки, брюки и мешковатые туники, которые позволят ей продержаться в ближайшие несколько месяцев, а также бюстгальтеры, способные удержать ее пышную грудь.
Лорен и Дэн отправились в Хаммерсмит на воскресный обед. Они были взволнованы, узнав, что ребенок начал шевелиться, и Лорен умоляла Рут рассказывать ей каждый раз, когда она что-то почувствует. Большую часть дня она просидела рядом с матерью на кухонном диване, положив руки на живот, в ожидании. Но ничего не было. Наблюдать со стороны за развитием беременности становилось все труднее. Лорен знала, что это неразумно, но она завидовала возрастающей физической близости между своей матерью и своим ребенком. Она попросила Рут заполнять ежедневную таблицу, записывая время и продолжительность каждого движения ребенка, и отправлять ее ей по электронной почте каждый вечер вместе с примечаниями, описывающими ощущения как можно точнее. Проснувшись на следующее утро, она размышляла над результатами, ища закономерности, отчаянно пытаясь представить, как же это ощущается.
Теперь, когда изменения в ее теле стали очевидны, Рут начала замечать взгляд соседей на улице, который задерживался на ее животе, и представляла, как они о ней судачат. Может, она в депрессии и переедает? (Ходили слухи, что Адам бросил ее.) Или заболела? (Хотя она выглядела лучше, чем когда-либо.) Или же…?! (Нет, конечно, невозможно, в ее-то возрасте?) Рут подсчитала, что у нее был еще месяц до того, как ее положение станет недвусмысленным, а тем временем решила оставить их мучиться в догадках и наслаждаться последними несколькими неделями флирта и шуток. В некоторые дни она была убеждена, что Сэм больше никогда не выйдет на связь, в другие дни ей казалось, что он это сделает. Ребенок внутри нее был каким-то образом замешан во всем этом – трепещущий свидетель их встречи. Флиппер. Ее сердце переполнилось радостью; погода стояла мягкая и теплая: она могла вообразить себя снова счастливой.
УЗИ на двадцатой неделе наконец-то дало ей шанс отвлечься. Она рано приехала в больницу и направилась в зал ожидания. Лорен и Дэн прибыли, когда Рут уже вызывали, и очень волновались. Это называлось скринингом на аномалии, предназначенное для выявления серьезных проблем, таких как расщепление позвоночника, расщепление нёба и пороки сердца. Тогда же они могли узнать пол ребенка.
Ева, сонографистка, уже делала Рут УЗИ. Нанося гель на кожу, она спросила:
– Как чувствуете себя последние пару месяцев?
– Прекрасно, – сказала Рут. – Я чувствую себя прекрасно.
– Наслаждайтесь, пока есть возможность. Мало женщин, которые все еще говорят это в двадцать восемь недель. – Она глубоко погрузила зонд, и Рут ахнула. – Извините, я знаю, что это немного неприятно, но нужно, чтобы мне было хорошо видно, и, поскольку ребенок крупнее, сложнее получить правильный угол обзора.
Обследование заняло почти полчаса. Каждый раз, когда Ева останавливала картинку, хмурилась и проводила измерения, все трое сидели не дыша. На этот раз были видны только фрагменты тела плода, большинство из которых напоминало рентгеновские снимки птиц: костлявые, угловатые и неразборчивые. Наконец Ева отодвинула стул и посмотрела на них.
– Не вижу никаких признаков отклонений – все структуры и размеры, кажется, в порядке.
– Слава богу, – сказала Лорен. – А вы можете сказать, какой пол?
– Вы точно хотите знать?
Лорен и Дэн кивнули.
Ева улыбнулась.
– У меня есть подозрения. – Она снова надавила зондом на живот Рут.
– Что вы ищете? – спросил Дэн, наклоняясь вперед.