Сьюзен Мейер – На грани искушения (страница 11)
— В принципе, это верно. Но не все сотрудничают с королями.
— Только люди, которые хотят вырваться из стаи и основать собственную фирму?
Роуэн встретила его пристальный взгляд.
— Мне действительно нужно проявить себя.
Король снова рассмеялся. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь смеялся так искренне, честно, комфортно.
— Вчера я увидела, насколько ты важен.
Гордость наполнила его, правда, на смену ей пришло быстрое осознание. Ему нравится не столько быть важным, сколько самим собой. Эта простая истина заставила Джозефа застыть на месте.
— Теперь понимаю. Я видела на портретах вдоль стен главного коридора людей, которые правили до тебя. И поняла, что благодаря вашей семье эта страна существует уже более пятисот лет. Ты часть чего-то огромного.
— Это благословение и проклятие.
— В самом деле?
— Да.
Джозеф, раздумывая, поерзал на стуле и решил, что объяснение давно назрело.
— Дело в том, что ты мне нравишься. Ты видишь во мне нормального человека. Мы можем вести подобные беседы, я могу быть самим собой. Но не могу пойти с тобой на свидание, потому что ты намного моложе меня, и пресса просто сойдет с ума.
Она секунду изучала его лицо.
— Я знаю это, как никто другой.
— Но я тебя не забуду. Ты помогла мне преодолеть очень глубокую яму на дороге жизни, и я ценю это.
Роуэн улыбнулась. Тепло подлинной связи согревало Джозефа. Однако требования идеальной жизни уничтожали эту связь, воскрешая гнев, который он испытал в тот день, когда ездил верхом.
Роуэн — настоящая, веселая, честная. То, что он чувствовал к ней, было удивительно.
Неужели ему все это запрещено?
Арт Андино вошел в кабинет Невела, в замешательстве оглядывая его рабочий стол. Обрадованный, что его мрачные мысли прерваны, Джозеф встал.
— Арт! Мы здесь.
Арт с улыбкой вошел в кабинет Джозефа, но, заметив Роуэн, нахмурился.
— Прошу прощения. Я не хотел мешать.
Сбитый с толку тем, как недоброжелательно Арт смотрит на Роуэн, Джозеф сказал:
— Ты не помешаешь. Мы с Роуэн только что обсуждали вчерашнее свидание.
Арт снова уставился на Роуэн. Джозеф нахмурился, когда взгляд Арта неодобрительно скользнул по ее беспорядочной прическе и повседневной одежде.
Если бы пришла миссис Джонс, она бы предложила кофе и обменялась любезностями. Арт же смотрел на Роуэн так, словно она — жвачка на его ботинке. Потому что скромно одета? Или потому, что американка? Джозеф не знал наверняка, но видел презрение.
— Мисс Грей проделала замечательную работу, помогая мне должным образом вернуться в поле зрения общественности.
— Я понимаю.
Администратор замка повернулся к королю, издал долгий неодобрительный вдох и поклонился.
— Мы еще поговорим, ваше величество.
И вышел.
Роуэн застонала:
— Какой же он ворчун!
— Нет. Дело не в этом. Администрация замка — это все, что касается традиций и преемственности. Они работают над тем, чтобы все оставалось неизменным от одного правления к другому. Каждая страна должна идти в ногу со временем, но мир любит традиции.
— Я заметила, что замок величественный и царственный, но в то же время исторический.
— Кто-нибудь показывал тебе окрестности?
— Нет.
— Может, я проведу для тебя экскурсию, а потом мы сможем пообедать?
Роуэн покачала головой.
— Не уверена, что это хорошая идея.
— Потому, что ты мне нравишься, и я сказал об этом?
Она встала.
— Как бы мне ни было любопытно узнать о замке, моя работа — защищать твою репутацию. На сегодня мне достаточно взглядов Арта. Если кто-нибудь увидит, что ты проводишь для меня экскурсию…
— То мы напомним, что ты работаешь на меня, и я, как хороший работодатель, показываю тебе окрестности.
— Это все равно вызовет слухи.
При напоминании, что он не может просто поболтать с интересующей его женщиной, Джозефа пронзила волна разочарования. Он вспомнил, как не мог даже взглянуть на девушку из своего класса без того, чтобы не поползли слухи.
— Увидимся на следующей неделе.
Роуэн выбежала, как в ту ночь, когда он поцеловал ее. У него едва не остановилось сердце. Однако не он один боролся со своим влечением к ней. Она боролась с влечением к нему, и оно, вероятно, было сильнее, чем она демонстрировала. Джозеф нравился ей настолько, что она не хотела рисковать, проводя с ним время.
И королевство желало, чтобы он контролировал ситуацию. Мир хотел, чтобы он контролировал ситуацию.
А он хотел ее.
Роуэн не стала возвращаться в съемную квартиру, а поехала в офис. Без Джеффри в маленькой комнате царила устрашающая тишина.
После неожиданно честных комментариев Джозефа утром Роуэн передумала отправлять его на свидание с принцессой Хелайной. Она вновь изучила свои записи о принцессе и теперь достаточно хорошо понимала Джозефа. Первоначальному плану, в котором он и принцесса Хелайна поладили, поженились и оставили весь мир улыбаться от удовольствия, не суждено было сбыться. Роуэн подтолкнула его к публичным встречам с двумя замечательными женщинами. Король обрадовался общению с Джулианной, но не заинтересовался продолжением отношений. Более деловой подход был к Пауле. Он понимал, что должен оставаться на виду у общественности, но не собирался влюбляться.
А значит, принцесса Хелайна, возможно, не та женщина, с которой его стоило знакомить.
Роуэн откинулась на спинку кресла, взывая к своей совести. Возможно, ей невыносима мысль о том, что король начнет встречаться с женщиной по-настоящему? С женщиной, которая рассмотрела бы в нем партнера, потенциальную пару.
Джозеф властный, сильный, утонченный, сексуальный и обаятельный. Наедине с собой Роуэн могла бы легко признать, что хочет его для себя. Когда король сказал, что она ему нравится, и даже признался, что думал о свидании с ней, ее тело вспыхнуло от желания. Она представляла их в комнате с опущенными шторами. Вот они смеются, веселятся, кутаются в простыни…
Но Роуэн не может заполучить Джозефа. Не позволяет его положение. И у нее уже был парень, который публично бросил ее. Потому она не собирается снова открывать свое сердце. Поэтому и отказалась пообедать с королем. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше Роуэн ощущала взаимное притяжение и вспоминала искру их первого поцелуя. Только идиотка стала бы слепо двигаться навстречу недостижимому.
Плюс, она должна организовать для него еще одно свидание. Принцесса Хелайна казалась лучшей кандидатурой. Сначала кинозвезда. Потом гениальная бизнесвумен. И вот теперь член королевской фамилии. В этом есть смысл.
Но принцесса — наивная хрупкая мечтательница. Общаясь с ней, Роуэн выяснила, что тридцатилетняя женщина действительно мечтала о том, чтобы прискакал принц на белом коне и спас ее. Всему виной излишне традиционное воспитание, это оно сделало ее такой. Она очень нуждалась в поддержке после измены мужа, и спасти ее поначалу казалось хорошей идеей.
Если познакомить ее с королем и он отнесется к ней тепло, как к интересному, милому другу, Хелайна будет очарована. Тогда, вместо того чтобы гулять со счастливым видом, принцесса будет сидеть у телефона, ожидая звонка и новой встречи, а ведь ее может и не случиться.
Газеты, несомненно, придадут этому значение большее, чем следовало бы. Да и ее бывший наверняка узнает об этой истории. Очень унизительно.
Итак, пусть совесть успокоится. Именно ради принцессы, а не ради себя Роуэн не будет устраивать их встречу.
Она прошла в кабинет Джеффри и приготовила чашку чая, размышляя, кого еще могла бы пригласить на третье свидание с Джозефом. Прихлебывая чай и расхаживая по комнате, она ломала голову, но на ум никто не приходил. В пятидесятый раз отвернувшись от окна, Роуэн заметила Арта Андино, стоящего в дверном проеме. От шока, вызванного его появлением, она чуть не пролила чай.
— Мистер Андино! Чем обязана?