Сьюзен Мэрчент – Миг запретных ласк (страница 3)

Глава 2

Джек опустил голову, провел рукой по затылку и тихо выругался. Затем достал свой телефон и набрал сообщение Дэну:

«Просто продолжай говорить с ними. Буду через десять минут».

Дверь ее номера не была заперта, но он замешкался на пороге. Было время, когда он, не задумываясь, вошел бы прямо в спальню Анны.

– Ты можешь войти, Джек.

Анна все еще стояла на террасе, засунув руки в карманы халата. Вечерний ветерок прошелестел в кронах деревьев и откинул полу халата, открыв жадному взгляду Джека ее обнаженное бедро.

Он отвел глаза, пытаясь отогнать мысль о том, что, возможно, халат – это все, что на ней надето сейчас.

Анна зашла в комнату и закрыла за собой дверь, ведущую на террасу.

– Дверь в комнату должна быть всегда закрыта. – Джек едва узнавал свой голос. – Небезопасно оставлять ее открытой.

Анна вздернула подбородок и улыбнулась. В ее глазах сверкнул озорной огонек.

– Похоже, ты не шутишь.

– Нет. Это… – Да что с ним такое? Он едва мог говорить. Джек глубоко вздохнул и покачал головой. – Это не то, что я имел в виду.

Анна склонила голову набок и пристально смотрела на него.

– Это из-за обезьян. – Джек отвел от нее взгляд и посмотрел в окно. – Сейчас, когда стемнело, все в порядке. Но в течение дня они найдут способ проникнуть внутрь. Они научились открывать двери.

Джек смотрел, как она идет к нему. Ногти на ее ногах были жемчужно-розовые. Она что, пользуется лаком для ногтей? С каких пор?

Анна остановилась и жестом указала на стулья. – Не хочешь присесть? Наверное, нам надо поговорить.

Анна была слишком близко. Джек не узнавал себя – его тело реагировало на нее чрезмерно остро.

Джек прикусил нижнюю губу и засунул руки в карманы. Нащупав свой телефон в одном из них, он вспомнил, что Дэн ждет его вместе с американскими экологами, ждет, когда он появится на ужине и продолжит беседу.

Джек покачал головой, испытывая облегчение от того, что у него появился законный предлог уйти.

– Я не могу остаться. Меня ждут за ужином гости заповедника, экологи. Я уже опаздываю. – Он пожал плечами. – Прости.

– Все в порядке. Как я и говорила, я очень устала. И голодна. – Анна улыбнулась. – Когда я поем и высплюсь, я буду больше похожа на себя.

– Похожа на ту, которую я знал, или на новую версию себя?

Едва этот вопрос слетел с его языка, как он пожалел об этом.

Он увидел вспышку чего-то похожего на гнев в изумрудных глубинах ее глаз.

– Версия меня, которую ты сейчас видишь, – это то, какая я есть на самом деле. – Она вытащила руки из карманов и обхватила пальцами края халата у горла. – Неужели ты думал, что я все еще та наивная восемнадцатилетняя девчонка?

Что-то ударилось о пол.

Камень?

Анна попыталась первой поднять его, но Джек опередил ее.

Камешек в форме сердца. Джек выпрямился, вертя камень в руке, рассматривая его. Тонкая диагональная полоска белого кварца рассекала его гладкую поверхность.

– Что это? – спросил он, хотя уже знал ответ.

Анна выпрямилась и вскинула подбородок.

– Это… пустяк. Ничего особенного. – Она протянула руку. – Можно мне взять его? Пожалуйста.

Джек поднял глаза, и их взгляды встретились.

– Это не пустяк. Это камешек, который я подарил тебе, когда тебе было двенадцать.

Анна опустила глаза, и он не смог видеть ее эмоций.

– Не так ли, Анна?

Она быстро кивнула:

– Я нашла его на дне своей сумки, и это напомнило мне… Напомнило мне…

Джек посмотрел в чернильную тьму окна.

– Камень был на дне обмелевшего русла, там, внизу, помнишь? Я нашел тебя в тот день на берегу реки.

Анна повернула голову и проследила за направлением его взгляда.

– Да. Я помню. Я плакала…

– Ты плакала, потому что тебя отправляли в школу-интернат. Ты боялась, – мягко добавил он.

Она повернулась и посмотрела на него.

– Темба – это все, что я знала. Я не могла представить, чтобы я жила где-то еще, с незнакомыми людьми. – Она прикусила губу, скорее всего, чтобы та не дрожала, а потом Анна неуверенно улыбнулась. – И мне пришлось бы надеть обувь. – Ты сидела на валуне и бросала камешки в воду. А я спас этот. – Джек провел пальцем по маленькому талисману. – Ты помнишь, что я сказал, когда дарил его тебе?

Анна проследила за движением его пальца.

– Ты сказал, что всякий раз, когда я чувствую себя одинокой и тоскую по дому, я должна держать этот камень в руке, и так я буду знать, что ты думаешь обо мне и скоро вернусь сюда.

Джек кивнул:

– А еще?

Она нахмурилась:

– Я помню крокодила и как ты был зол.

– Ты сводила меня с ума, когда выкидывала какие-то рискованные штуки, Анна.

– Но ты ведь был всегда рядом, Джек. И всегда учил меня. Ты и Джозеф. Он все еще здесь?

Джек кивнул:

– Да, и он обучил всех наших нынешних следопытов.

Анна пожала плечами:

– Он и меня хорошо обучил. Но я все равно совершила ошибку.

– Ошибку? Какую?

– Я имею в виду, что я поняла, ты не мог думать обо мне каждый раз, когда я тосковала по дому. Потому что я тосковала все время.

– Анна… – Джек хотел сказать, что она ошибается.

Но та перебила его.

– Могу я получить камешек обратно? – протянула она руку.

Джек разжал кулак, и она взяла камень. Ее пальцы коснулись его ладони, и он почувствовал как будто удар, потрясение, которое заставило его схватить ее за руку и прижать к груди.

Анна резко выдохнула, и Джек сократил расстояние между ними. Он мечтал обнять ее задолго до того, как она уехала из Тембы. И мечтал об этом и после ее отъезда. Все, что он когда-либо позволял себе, – это мимолетное прикосновение своей руки к ее, шутливый толчок в плечо из-за какой-нибудь шутки.

Но его мечты не могли подготовить его к реальности. Он почувствовал, как Анна откликнулась на его объятие, как выгнулась ему навстречу. Джек почувствовал, как она обняла его за талию в ответ, и кровь буквально закипела в его венах. Он ощущал ее дыхание, теплое и быстрое, на своей шее.