Сьюзен Коллинз – Баллада о змеях и певчих птицах (страница 73)

На сцену выбежала Мод Беж и начала представлять исполнителей. Грянула музыка.

Кориолан прислонился к стене и принялся налегать на самогон. Больше он сегодня Люси Грей не увидит, так почему бы не выпить? Тугой узел гнева в груди постепенно ослабевал. Кориолан смотрел на нее и любовался: такая яркая, такая обаятельная, такая живая. Он начал расстраиваться из-за того, что не сдержался, и уже не мог вспомнить, чем именно она вывела его из себя. Наверно, Люси Грей вообще не виновата. Неделя выдалась длинная и тяжелая – тест, птицы, глупость Сеяна… Теперь можно и отдохнуть.

Кориолан сделал еще несколько глотков и стал гораздо добрее к миру. На него нахлынули мелодии, старые и новые. Вскоре он поймал себя на том, что подпевает вместе со всеми, тут же с опаской умолк, а потом понял, что никому нет дела. Все равно трезвых в зале не осталось, наутро никто ничего не вспомнит.

В какой-то момент Барб Лазурь, Тэм Янтарь и Кларк Кармин покинули сцену, видимо, пошли отдыхать в сарай. Осталась лишь Мод Беж на ящике у микрофона и Люси Грей с гитарой.

– Я обещала своему другу спеть для него сегодня кое-что особенное! – прочирикала Мод Беж. – Каждый участник нашего ансамбля назван в честь героя какой-нибудь баллады, а эта баллада – о прекрасной леди справа от меня! – Она протянула руку к Люси Грей, и та присела в реверансе под нестройные аплодисменты. – На самом деле баллада очень старая, и ее написал некий Вордсворт. Мы немножко поменяли слова, чтобы стало понятнее, но слушать все равно нужно внимательно. – Она прижала пальчик к губам, и зрители притихли.

Кориолан встряхнул головой, пытаясь сосредоточиться. Если это песня про Люси Грей, то нельзя пропустить ничего, чтобы завтра сказать Мод Беж что-нибудь хорошее.

Мод Беж кивнула Люси Грей и затянула грустным голоском:

Часто я слышала про Люси Грей, И вот, по дебрям глухим бродя, Встретила я в свете первых лучей Одинокое это дитя. Не знала Люси ни подруг, ни друзей, Бедняжка жила в горном краю. Милей создания нет и добрей, Честное слово даю!

Так-так, жила-была девочка в горах. И сходиться с людьми не умела, поэтому друзей у нее не было.

Резвится лань средь зеленых ветвей, И зайчик сидит под кустом; Но милая девочка Люси Грей Никогда не вернется в свой дом.

Значит, с ней что-то случилось. Умерла, наверное? У Кориолана возникло подозрение, что скоро он это узнает.

«Сегодня будет ненастная ночь, Ты в город, Люси, ступай. Возьми фонарь, как хорошая дочь, И мать средь снегов встречай». «Конечно, отец! Я рада помочь, Часы на башне бьют два. Ночь далеко, пройтись я не прочь, И луна еще только взошла!» На этом отец засучил рукава, Растопкой заняться спешит. Фонарь с собою Люси взяла, Чтобы светить им в пути. Быстронога, как горная лань, Люси не ищет торных дорог. По чистому полю идет вдаль, Вздымая легкий снежок. Злая метель поднялась до поры, По холмам Люси бродила долго. Дорогу искала в зимней ночи, Но так и не добралась до города.

Вот как. Куча чепухи, но если кратко – девочка заблудилась в снегу. Ничего удивительно – родители сами послали ее в метель. И потом она, видимо, замерзла до смерти.

Несчастные отец и мать всю ночь Звали средь снежной пурги. Ни разу их не откликнулась дочь, И не было видно ни зги. К рассвету вышли они на холм, С которого видно кругом; Через овраг деревянный мост, Бурлит вода подо льдом. Всплакнули, домой пошли горевать, «Люси, небось, средь небесных лугов». И вдруг в снегу заприметила мать Отпечатки знакомых ног.

Ну, отлично! Нашли ее следы. Счастливый конец! Кориолану доводилось слышать в исполнении Люси Грей дурацкую песенку про человека, который якобы замерз насмерть. Его решили кремировать в печи, но он оттаял и ожил. Какой-то Сэм, вроде бы. Наверно, эта песня – такая же нелепая чушь.

Ведут следы вниз по склону холма, Родители бедной Люси по ним, Сквозь пролом в изгороди спрямя, Потом вдоль длинной стены. Через поле открытое, наискосок: Следы их исправно вели. И вот на пути горный поток — Они к мосту подошли. С берега снежного у стремнины Один за другим ведут ее шаги.