Сюзанна Валенти – Остров Мертвецов (страница 102)
— Разберешься? — Я усмехнулся. — Потому что ты не можешь просто идти по жизни без плана, малышка. Думаешь, мне стоит повзрослеть? А как же насчет тебя? Ты все еще живешь, как лист на ветру. Тебе все равно, кто пострадает от твоих действий, потому что маленькая потерянная Роуг не строит планов и не принимает решений, она просто ждет, куда ее занесет, и разбирается с последствиями, когда это произойдет.
— По крайней мере, я не планирую разрушать жизни людей, — прошипела она, и мои пальцы впились ей в челюсть, когда я приблизился к ее лицу.
— Значит, разрушать — это нормально, пока ты не несешь за это ответственности? — Я усмехнулся.
— Отпусти меня, — потребовала она, и я задержался еще на секунду, зная, что стоит мне отпустить ее, и все будет кончено. Я никогда больше не прикоснусь к ней, никогда не буду так близко, никогда не почувствую ее запаха и не вдохну ее. Я бросил на нее последний, тяжелый взгляд и отпустил ее, не сводя глаз с ее лица.
Она откинула волосы за плечи, пытаясь скрыть боль в глазах, когда отвела взгляд, и у меня защемило в груди.
— Роуг… — Попытался я.
— Тебе лучше уйти, — сказала она ровным голосом, продолжая избегать моего взгляда. — Фокс может прийти сюда, искать тебя.
— А как же мы? — Спросил я, и мое лицо вспыхнуло, когда эти слова сорвались с языка.
Она наконец повернулась, чтобы посмотреть на меня, и я увидел в глубине ее взгляда каждый дюйм боли, которую причинил ей.
— Мы? — она глухо рассмеялась. — Нет никаких «мы». — Ты думаешь, я действительно захочу тебя после того, как ты попытался избавиться от меня?
Мое сердце сжалось, и я почувствовал, что сжимаюсь вместе с ним, а по шее разлилось тепло. Я чувствовал себя маленьким, а когда я чувствовал себя маленьким, я чувствовал себя загнанным в угол. Как будто отец снова стоял надо мной. В голове зашумело: мужчина во мне сопротивлялся и не хотел, чтобы его снова видели таким.
— Тогда убирайся нахуй отсюда! — Я заорал на нее, указывая на дверь, и выражение ее лица изменилось, когда она двинулась выполнять мою команду. Но потом она задержалась в дверях и оглянулась на меня с холодной отрешенностью в своих прекрасных голубых глазах.
— Иногда я жалею, что встретила тебя, Чейз Коэн, — прошипела она, затем вышла за дверь и захлопнула ее за собой, оставив меня наедине с этими словами, а мое сердце разлетелось на тысячу острых осколков.
Я поднял свою сумку, затолкал в нее пистолет и натянул кожаную куртку, прежде чем отправиться вслед за ней, обнаружив, что она уже давно ушла. Когда я собрал все свое барахло, я запер спортзал «Захватчики» и бросил ключ на пороге, наплевав на то, что с ним случится, сел на байк и поехал на окраину города.
Я не оглядывался назад, подъезжая к скалам и оставляя позади единственное хорошее в своей жизни.
Я смотрел на дорогу, выстраивая план того, что делать дальше, пытаясь найти цель в этом проклятом мире, и только одна мысль пришла мне в голову. Моя жизнь больше ничего не стоила, так что можно было бы хоть раз использовать это тело и кости на благо, пока я еще брожу по этой земле. У меня был пистолет, и я был готов пролить кровь ради тех, кого любил, так что я выслежу Шона Маккензи и положу конец этой войне, прежде чем она начнется. А если я погибну в процессе, пусть будет так.
Я лежала лицом вниз на шезлонге в наушниках Джей-Джея, музыка громко играла, пока я пыталась заглушить мысли в своей голове, которые крутились на повторе. В основном, из-за того, что Чейз был прав насчет меня. Даже если бы я этого не хотела или не намеревалась, и даже если бы он был тем, кто вызвал этот раскол в их братстве, это все возвращалось ко мне.
Десять лет назад у меня, возможно, было бы право встать между ними таким образом, как я это сделала. Черт, десять
Но сейчас в этом не было для меня никакой радости. Все, что было, это узел в моем животе и слова, которые Чейз бросал в мою сторону снова и снова с тех пор, как я впервые вернулась сюда.
Он был прав насчет этого, не так ли? Но сначала они уничтожили меня, так разве не этого я хотела?
Возможно, месть оказалась не такой сладкой на вкус, как я думала.
Чья-то рука опустилась мне на плечо, и я приоткрыла глаз, когда Джей-Джей пристроил свою задницу на край моего шезлонга.
Он слегка улыбнулся мне, его пальцы скользнули по моему позвоночнику, а затем отдернулись от моей кожи так же быстро, как он прикоснулся ко мне. Я лежала с голой задницей и игнорировала совет беречь мои новые чернила от солнца. Татуировки все равно уже зажили, и не то, чтобы я сильно беспокоилась о том, что они немного поблекнут. В последнее время меня вообще ничего особо не волновало. Иногда пустота внутри меня болела и обжигала по краям, а иногда мне нравилось погружаться в нее и забывать, что значит чувствовать, потому что реальность причиняла слишком много боли.
— С тобой все в порядке? — Спросила я, снимая наушники и позволяя им висеть у меня на шее, музыка была достаточно громкой, чтобы доноситься до нас из них.
Губы Джей-Джея дрогнули, но он не потрудился ответить на это.
— Да, — согласилась я, приподнимаясь на локтях, когда посмотрела на него, и его взгляд на мгновение упал на мою грудь, прежде чем он снова поднял его к моему лицу и поднял майку, которую я бросила рядом.
Я натянула ее, прикусив нижнюю губу, когда черная длинная майка с изображением воющего волка прикрыла мое тело. Джей-Джей задержал на ней взгляд, и я поняла, что он узнал в ней майку Чейза, но никто из нас не хотел задаваться вопросом, какого черта я решила ее надеть.
Я не раз проскальзывала в его комнату с тех пор, как он ушел, вдыхала его запах, который витал в ней, и закрывала глаза, представляя, что он все еще здесь. Я не собиралась мучить себя из-за этого, но иногда это заставляло меня чувствовать себя лучше. А иногда я спала в его вещах, окутанная его запахом, и это тоже помогало, хотя и причиняло боль. Но, возможно, я заслуживала боли.
Наверное, я была мазохисткой или, может, у меня просто было не все в порядке с головой, а может, я получала удовольствие от осознания того, что разрушила его жизнь так же основательно, как он пытался разрушить мою, и мне хотелось постоянно напоминать себе об этом. Возможно, все это было правдой. А может, мои губы все еще горели от воспоминания о его поцелуе, когда я закрывала глаза, и я никак не могла понять, почему.
— Ты закончил прятаться от меня? — Спросила я с любопытством, потому что мы оба знали, что Джей-Джей отсутствовал больше чем обычно в течение нескольких недель с тех пор, как Чейза изгнали. Мы не были наедине, он не трахал меня, даже не целовал по-настоящему. И у меня возникло чувство, что я знаю почему. — Или ты снова пришел сказать мне, что я тебе не подхожу? Потому что тебе не нужно объяснять это мне, Джонни, я поняла это громко и ясно с тех пор, как ушел Чейз. Ты увидел, что может случиться с тобой, когда Фокс узнает о нас, и решил, что я не стою такого риска. Все в порядке. Я уже давно осознала, насколько я никчемна…
Джей-Джей обхватил меня сзади за шею и поцеловал так крепко, что у меня перехватило дыхание. Его язык проник в мой рот, а кончики пальцев впились в мою кожу, и что-то внутри меня раскрылось и начало истекать кровью для него, когда облегчение бесконечным потоком затопило меня.
Я обвила руками его шею и притянула ближе, забираясь к нему на колени и целуя его так, словно он был единственным смыслом моего существования. Я снова была так одинока с тех пор, как Фокс прогнал Чейза. И я думала, что это он отдаляется от меня, но, возможно, это было не так. Может быть, это была я, и я все разрушала, как делала всегда. Но я не хотела разрушать то, что было у нас с Джей-Джеем. Мне это было нужно. Он был моим глотком свежего воздуха и порывом освобождения. Он был улыбкой на моем лице и жаром в моей плоти. И он целовал меня так, словно я была для него всем этим и даже больше.
— Никогда больше не говори мне ничего подобного, — прорычал Джей-Джей, отстраняясь и удерживая меня на месте, чтобы я не могла укрыться от огня в его взгляде. — Поклянись в этом.
— Клянусь, — выдохнула я, и он поцеловал меня так сильно, что останутся синяки.
— Я не знаю, как с этим справиться, красотка. Я не знаю и не хочу все испортить, но я твой. Весь. Я повторю это тысячу раз, пока ты не поверишь. Я просто…Я боюсь того, что это сделает с Фоксом. Он уничтожен из-за Чейза. И я не могу позволить ему потерять и меня тоже. Я знаю, он кажется сильным и несокрушимым, но это не так. Он нуждается в нас и в тебе. Я не знаю, что это значит, и, если ты выберешь его, я…
— Я уже говорила тебе, Джонни Джеймс, — прорычала я, ударив его кулаком в грудь. — Я не выберу. Никогда не выбирала. И никогда не буду. Даже сейчас. Даже несмотря на то, что гребаный Чейз по-королевски облажался, он все еще здесь. — Я ткнула в свое сердце. — Вы все, все еще здесь. Нас пятеро. И это может быть полный пиздец, и секс между тобой, мной и Риком явно добавляет еще один слой дерьма к той куче, через которую нам всем приходится пробираться, чтобы вспомнить людей, которыми мы когда-то были, но… не знаю, что еще сказать. Никто никогда не значил для меня столько, сколько вы четверо. И никогда не будет. У нас есть связь, которая глубже, чем наша кровь, и она не исчезает, несмотря ни на что. Поверь мне — я пыталась избавиться от нее больше раз, чем могу сосчитать, пока меня не было, и теперь я знаю, что это просто невозможно. Мы семья. Так что, может быть, это полный пиздец, и, может быть, нам всем суждено продолжать причинять друг другу боль снова и снова, но я начинаю думать, что хорошее может стоить плохого. И вы все для меня нечто хорошее, Джей-Джей.