Сюзанна Валенти – Короли карантина (страница 98)

С приливом адреналина я перепрыгнула через диван, и он бросился на меня, его глаза наполнились маниакальной яростью, когда он последовал за мной. Я схватила одно из претенциозных произведений абстрактного искусства Сэйнта, которое представляло собой не что иное, как искореженный металл, и с вызывающим криком швырнула в него. Он увернулся, приближаясь ко мне быстрее, когда улыбка исчезла с его лица и ее место заняла гримаса.

Я посмотрела через его плечо на дверь, мои надежды рушились, поскольку он продолжал преграждать мне путь.

— Я научу тебя, как проявлять благодарность, — прорычал он, протягивая мне свое барахло, и страх пронзил мое тело. Он рванулся вперед, и я нанесла еще один удар, когда он подошел слишком близко, один в живот, а второй в бок. При третьем ударе он поймал мое запястье и выкручивал, пока я не закричала.

Он замахнулся на меня мясистым кулаком, и я была слишком медлительна, чтобы увернуться от него, когда он врезал мне в грудь и сбил меня с ног в кресло Сэйнта под ним. Боль пронзила мою кожу, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы отдышаться.

Мерл склонился надо мной, смеясь, когда протянул руку, чтобы схватить меня, но не было ни малейшего шанса, что я позволю ему прикоснуться ко мне своими жирными лапами. С яростным криком я ударила его ребром ладони в подбородок, и его голова откинулась назад.

Я перелезла через спинку кресла так быстро, как только могла, затем помчалась по коридору, когда его шаги снова раздались за мной.

Он был похож на гребаного терминатора.

Я ворвалась в комнату Блейка, захлопнув за собой дверь, но в замке не было гребаного ключа. Она распахнулась в ту же секунду, как я добралась до ванной, и я помчалась по нетронутому кафелю, а этот подонок гнался за мной. Я широко распахнула следующую дверь, врываясь в комнату Киана, мой взгляд остановился на окне.

Мое сердце бешено колотилось, когда я запрыгнула на кровать, поспешно перемахнула через нее и, спрыгнув с другой стороны, добралась до окна. Я возилась с защелкой, мои пальцы дрожали, и это стоило мне слишком много времени. Мерл запустил руку в мои волосы и дернул меня назад, швыряя на кровать. Я закричала, когда он навалился на меня, запах табака и пота заполнил мой нос. Его рука сомкнулась на моем горле, и он надавил всем своим весом, чтобы удержать меня на месте, пока я дико билась под ним.

— Киан Роско умеет трахаться так же хорошо, как драться? — Он мурлыкал, пока я била, пиналась и царапалась, его хватка была такой крепкой, что у меня перед глазами все поплыло. — Я неплохо заработал на вас двоих той ночью в яме. Но я дрался с тех пор, как ты и твой парень были совсем крошками, милая девочка. Тебе не выиграть этот бой. — Он запустил пальцы в мои волосы, любуясь ими.

Тошнота скрутила мой желудок, когда я начала терять сознание. Но я не могла сдаться. Если бы тьма поглотила меня, этот человек собирался сделать со мной невыразимые вещи. И я не могла… нет, я, блядь, не позволила бы этому случиться.

Ответ пришел ко мне, и я засунула руку под подушку Киана, сжимая в кулаке огромный охотничий нож, который он там держал.

Я рубанула им в сторону нападавшего, вонзив его в бок, и он взревел от боли, мгновенно отпустив меня и попятившись назад.

Я вскочила со скоростью молнии, хватая ртом воздух, соскользнула с кровати и наткнулась на тумбочку, борясь с головокружением, вызванным его нападением.

Давай, шевелись, Татум, шевелись!

— Ты гребаная сука! — Голос Мерла донесся до меня, когда в ушах зазвенело, а все вокруг то появлялось, то расплывалось.

Я должна бежать.

Мне нужно бежать.

Мир снова начал проясняться, и я побежала к двери как раз в тот момент, когда он встал с кровати, схватившись за бок. Я просто увидела вспышку убийства в его глазах, прежде чем скрылась из виду, пробежав по коридору так быстро, как только могла, и ворвавшись обратно в гостиную.

Мой взгляд остановился на выходе, но, прежде чем я добралась туда, завязалась драка. Посыпались удары кулаками и разлетелась туалетная бумага, когда тотальный бунт заполнил дверной проем, крики ярости и отчаяния разрывали воздух.

— Я приду за тобой, шлюха! — От раскатистого голоса нападавшего, у меня кровь застыла в жилах.

Выхода не было. Никакого, блять, выхода.

Кроме…Черт!

Я повернулась к склепу, пронеслась через комнату и, перепрыгивая через две ступеньки за раз, распахнула дверь и побежала вниз, вниз, вниз, прорываясь через спортзал, пока мои легкие работали в полную.

Просто продолжай двигаться. Не останавливайся.

Я пронеслась под аркой, мимо молитвенных комнат, где была сложена вся еда, и пробежала мимо них к воротам на другой стороне помещения. Сэйнт сказал, что туннели приведут меня прямо к пляжу Сикамор. Это была моя единственная надежда.

Ключи висели на стене, и я сняла их с крючка, пробуя первый попавшийся в воротах. Я подергала его в замке, но он не поддался, и я выругалась, когда мои руки затряслись еще сильнее.

Выдернув ключ, я попробовала другой, зная, что теряю драгоценные секунды.

— Ну, посмотрите-ка сюда. Я убью немного времени с тобой, блондиночка, а потом оставлю всю эту еду себе.

Я оглянулась на Мерла, когда он направился ко мне с голодным блеском в глазах.

Трясущимися как у сумасшедшей руками я заставила ключ повернуться.

Ворота распахнулись внутрь, и я прыгнула вперед, обернувшись, чтобы закрыть их с криком надежды. Его огромное тело врезалось в металлические ворота, и я была вынуждена отступить, так как не могла их удержать.

Я побежала, ужас сковал мои конечности, когда я бросилась в темноту, слыша топот его ботинок позади меня.

Я бежала быстрее, чем когда-либо в своей жизни, но он продолжал преследовать меня.

Я крепче сжала нож в руке и бросилась в кромешную тьму, молясь, чтобы не споткнуться, не упасть и не оказаться в тупике. Потому что, если бы я это сделала, мне пришлось бы бороться за свою чертову жизнь.

Я побежал вверх по склону так быстро, как только мог, устремляясь прямо к церковному шпилю, который, как я мог видеть, торчал над деревьями за озером.

Мое сердце колотилось от паники, а мышцы горели от энергии, которая умоляла выпустить ее на этих ублюдков, которые пришли разрушить наш пузырь убежища.

На последнем собрании персонала мы обсуждали идею о том, что мародеры попытаются проникнуть сюда сейчас, когда в магазинах так мало предметов первой необходимости, но Браун был убежден, что мы еще далеко не достигли той точки, когда это могло бы вызвать беспокойство. Что ж, теперь смотрите. Посмотрите, к чему привело то, что мы были недостаточно подготовлены и переоценивали хорошее в людях.

Мне следовало знать лучше. Я на собственном опыте убедился, какими безжалостными могут быть люди, когда до этого доходит. В конце концов, когда кого-то загоняли в угол, вся их мораль вылетала в окно. Даже самая милая маленькая старушка перерезала бы тебе горло, если бы это означало, что ее внуки не умрут с голоду. Такова человеческая натура. И я не мог утверждать, что чем-то отличаюсь. Все, в чем я был уверен, это то, что у меня не было ни единой души в этом мире, о которой я мог бы так заботиться, кроме самого себя. Или, по крайней мере, так было до этого момента. Пока Татум Риверс не позвонила мне, умоляя о помощи.

Я не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то так нуждался во мне. Черт возьми, я не мог вспомнить ни одного другого человека в мире, который хотя бы подумал о том, чтобы позвонить мне. Не говоря уже о том, чтобы позвонить мне первому. Так что либо Татум была так же одинока, как и я, в этом забытом богом месте, либо она действительно доверяла мне больше, чем кому-либо другому.

Я не знал, пугала ли меня эта мысль или приводила в восторг, но я точно знал, что ни за что, черт возьми, не подведу ее.

Я не знал, что, черт возьми, произошло во время того звонка, но криков было достаточно, чтобы мое воображение заработало. Я немедленно побежал к Храму, и когда я приблизился к нему, я, наконец, вспомнил кое-что, что могло мне помочь. Я мог точно видеть, куда она направлялась, используя GPS-трекер на ее часах. И когда я проверил это снова, мое сердце подпрыгнуло, когда я увидел, что она вышла из церкви.

Она направлялась на восток, прочь от Храма и направлялась к озеру.

Я изменил свой путь, слегка повернувшись, чтобы перехватить ее, спрыгнул с тропинки и побежал дальше, прячась за деревьями.

Шипы и колючки ежевики цеплялись за мои спортивные штаны, один из них зацепился за низ моей футболки и порвал ее, оставляя кровавую полосу на животе, но я не замедлился.

Я так крепко сжал свой телефон, что испугался, что могу сломать его, и стиснул зубы, снова и снова проверяя точку, отмечающую ее местоположение.

Я приближался. Триста метров, двести, один…

Я, спотыкаясь, остановился возле группы валунов между деревьями и обернулся, ища ее.

В лесу было устрашающе тихо, только отдаленные крики мародеров у Храма нарушали тишину.

— Татум? — Позвал я, не слишком громко, но достаточно громко, чтобы она услышала, если будет где-то рядом со мной.

Ответа не последовало, и мое сердце бешено заколотилось, пока я пытался отдышаться, напрягая зрение в лунном свете, который просачивался сквозь деревья, пока я пытался разглядеть ее.

— Татум? — Крикнул я. На этот раз громче, но она по-прежнему не отвечала, и я боролся действительно чертовски усердно, чтобы не поддаться панике, которая поднималась во мне.