Сюзанна Валенти – Игровая площадка для грешников (страница 86)

— Да. — Фокс пожал плечами, направляясь к холодильнику, достал несколько помидоров и начал их нарезать. Чейз поймал дверцу холодильника, прежде чем она закрылась, и с хмурым видом повернулся ко мне.

— Ты забыл пиво, — обвинил он.

— О черт. — Я запустил пальцы в волосы. — Совершенно вылетело из головы.

— Я куплю утром, — сказал Фокс. — Мне нужно съездить на склад Паскаля, чтобы убедиться, что у него есть надежное место для груза, который прибудет завтра.

— Я могу пойти с тобой и проверить, все ли в порядке, — предложил Чейз.

— Нет, — просто сказал Фокс, и Чейз выругался.

— Почему нет? — Чейз взял ром и начал готовить «Cuba Libres» для всех нас.

— Потому что ты мне не нужен, — небрежно ответил Фокс, но я видел, что Чейз принял это близко к сердцу, поскольку его глаза сузились.

Я посмотрел на время и нахмурился. У меня был час до того, как мне нужно было быть в клубе, и я чувствовал себя довольно странно, потому что на сегодняшний вечер у меня были заказаны две встречи в качестве эскорта.

— Я собираюсь переодеться для работы, — сказал я, затем вышел из комнаты, бегом поднялся по лестнице и замедлился, когда подошел к двери Роуг. В ее комнате было тихо, и я прикусил внутреннюю сторону своей щеки, колеблясь, не уверенный, что именно я планирую. Дверь резко распахнулась, и я проглотил проклятие, выглядя как гребаный идиот, когда ее глаза остановились на мне, застывшем там, как чертов псих.

— О, привет, — сказала она, оглядывая коридор, чтобы проверить, нет ли остальных. — Я как раз собиралась отправиться на поиски чего-нибудь перекусить.

— Фокс готовит, — сказал я, а затем провел рукой по затылку.

— Ну, это… хорошо, — сказала она, неловко улыбаясь, и я чертовски возненавидел это, но у меня просто не было нужных слов, чтобы сказать, поэтому я провел костяшками пальцев по ее щеке и ушел в свою комнату.

Я вошел внутрь, закрыл дверь и сделал глубокий вдох. Придурок. Что это, блядь, было? У меня есть все навыки для этой игры, и все же я просто задыхался, как проститутка с фетишом к удушению.

Я принял душ, ненавидя себя за то, что смываю с себя свою красотку, затем надел свои лучшие джинсы и облегающую белую рубашку, подчеркивающую мои бицепсы. Я засунул телефон, бумажник и ключи в карманы вместе с парой презервативов и провел рукой по лицу. Почему я чувствовал себя таким… затраханным? И затраханным не в хорошем смысле, а в плохом. Что особенно раздражало, потому что я должен был быть на седьмом небе от счастья, веселиться на радуге, с единорогами и прочим дерьмом. Не то чтобы я не проводил лучшее время в своей жизни, черт возьми, я действительно проводил. Но теперь я должен был вернуться к своей нормальной жизни. А нормальная жизнь была ясна. Секс с Роуг тоже должен был быть, но, блядь, не был.

Я снова спустился вниз и замедлил шаг, обнаружив Роуг, сидящую на кухонном островке. Чейз играл с ней в карты, чертовски стараясь не улыбаться, когда она шутила, и у меня возникло желание наклониться и поцеловать ее, заявить о своих правах и показать моим братьям, что она моя. Но она не была моей. Она сама это сказала. Но это не заставило желание исчезнуть. Оно изрядно морочило мне голову, потому что я снова чувствовал себя подростком с навязчивой идеей. И возвращаться туда было жутковато. Я двигался дальше, повзрослел.

Фокс разложил для нас пасту, и я сел рядом с Роуг, взяв вилку, в то время как Фокс опустился напротив меня рядом с Чейзом. Я с жадностью проглотил свою порцию, решив, что лучше всего просто убраться отсюда к чертовой матери как можно скорее и привести в порядок голову. Закончив, я поднялся на ноги и попрощался.

— Увидимся, чувак, — сказал Чейз. — Наслаждайся киской.

Мой взгляд задержался на Роуг, когда эти слова упали между нами, как топор. Это было то, что Чейз часто говорил, когда я собирался на работу, он даже не задумывался об этом, я даже не задумывался об этом. До сих пор.

Глаза Роуг посуровели, но она одарила меня беззаботным взглядом, который, как я очень надеялся, был чушью собачьей. — Иди наслаждайся, Джей-Джей.

У меня сжалось горло, и я кивнул, пытаясь усмехнуться, но на самом деле мне было больно. Что со мной такое?

— Я хочу, чтобы ты был со мной утром, Джей, — сказал Фокс, и рот Чейза возмущенно открылся.

— Почему он? — спросил он.

— Потому что он может встать до семи утра и не ныть по этому поводу, — сказал Фокс, и челюсть Чейза яростно сжалась.

— Я буду там, — сказал я, и Чейз стал еще злее. — Да ладно, чувак, ты же ненавидишь утро.

— Я вроде как согласна с Чейзом по поводу «безбожно раннего времени». Кто вообще хочет работать до десяти утра? Пошли они к черту, Эйс. Мы можем позавтракать вместе, — сказала Роуг, и я не был уверен, что это была шутка. С чего бы ей хотеть завтракать с Чейзом? С тех пор как она вернулась, он вел себя с ней никак как, полный козел.

— Хочешь позавтракать? — Спросил Чейз, хотя в его глазах мелькнула надежда, которая меня взбесила.

Отлично, теперь я такой же собственнический засранец, как Фокс. Чейз тоже имел право бороться за нее, не то чтобы он победит, но я все равно не стал бы мешать ему, когда он будет готов сделать свой ход, потому что все мы заслужили это после того ада, через который мы прошли ради нее.

— Конечно, если ты приготовишь, — сказала Роуг. — Я сделаю «Мимозы».

— Что, блядь, сейчас происходит? — Проворчал Фокс.

— Мы строим планы на поздний завтрак, — сказал Чейз, ухмыльнувшись Фоксу. — Не так ли, малышка?

Мои брови поползли вверх от этого старого прозвища, и я хлопнул его по плечу гораздо сильнее, чем было по-дружески. Он оглянулся на меня, растерянно нахмурившись, и я поборол хмурый взгляд.

— Что ж, развлекайтесь. Только не убейте друг друга. — Мне удалось выдавить совершенно невозмутимую улыбку.

— Ничего не обещаю, — мрачно сказал Чейз, глядя на Роуг, и она вздернула подбородок, одарив его таким же убийственным взглядом. Судя по тому, как развивалось это дерьмо, они либо убьют друг друга, либо закончат тем, что устроят трах из ненависти. И, наверное, мне стоило надеяться на последнее, если я хотел сократить свои потери. Но я только что получил ее и хотел большего, больше ее. Неужели я недостаточно хорошо ее трахнул? Неужели теперь она будет искать кого-то другого? Не, этого не может быть. Я лучший ебарь в Сансет-Коув, если не во всем штате.

Я направился в гараж, бегом спустившись по лестнице и по дороге прихватив ключи от GT, прежде чем сесть в машину. Я выехал на подъездную дорожку, направляясь к воротам, и Родригес открыл их для меня. Я нажал на педаль газа, помахал ему рукой и направился вниз по дороге. Вскоре я затормозил на парковке «Загробной Жизни», и моя машина привлекла внимание нескольких слонявшихся там подростков.

Войдя через заднюю дверь, я обнаружил Диану и Лайлу в шикарных нарядах для сегодняшнего шоу, и обе они столпились вокруг Беллы, которая рыдала, сидя на стуле.

— Что происходит? — Спросил я, подходя к ним и оттесняя Ди и Лайлу в сторону, чтобы встать между ними.

— Олли назвал ее тупой шлюхой, — прошептала Ди мне на ухо.

— Ради всего святого. — Я поискал Олли в гримерке, но его там не было. Последние несколько месяцев он время от времени встречался с Беллой, к моему гребаному неодобрению. Не то чтобы я хотел стоять на пути юной любви или что-то в этом роде, но проститутка, встречающаяся со стриптизером, который был против того, чтобы она трахалась за деньги, привело бы лишь к неприятности.

— А еще он сказал, что я слишком много пью, — всхлипнула Белла, и мы с Лайлой обменялись взглядами, которые говорили: Так и есть, милая. Но я знал, как обращаться с моими девочками, и пытаться обвинить Беллу в ее пристрастии к алкоголю, когда у нее в данный момент лопнул водопроводный кран (Прим.: Сленг. Слезы льются рекой), было ужасной идеей.

— Хорошо, милая, я поговорю с ним. Вытри слезы. Позволь девочкам подправить тебе макияж, — сказал я.

— Спасибо, Джей-Джей, — пробормотала Ди, и я кивнул ей, направляясь на поиски моего маленького ублюдка-партнера по танцам, который сегодня обойдется мне в копеечку, если Белла не будет танцевать.

— Олли Санчес! — Крикнул я, выходя в бар, который в данный момент был закрыт.

Олли сидел в баре без рубашки, а Эстель размазывала по его груди краску для тела. У нас была ультрафиолетовая вечеринка, и все бармены были выкрашены ультрафиолетовой краской. В течение недели я всегда ставил за барную стойку хотя бы одного из своих парней, потому что в городе было много женщин, да и мужчин, которые приходили сюда, чтобы поглазеть на парней не меньше, чем на девушек. У каждого из нас был свой маленький фан-клуб, но ни один не был таким большим, как мой.

— Сделай перерыв, Эстель, — скомандовал я ей, и она поспешила за стойку. Она была здесь самой старой сотрудницей, и я никогда не просил ее одеваться, как другие мои девочки.

Она была бесценна для меня в других отношениях, и мне было наплевать, что она здесь не для того, чтобы радовать глаз. Я взял ее к себе ее пять лет назад, когда ее муж, который был здесь постоянным посетителем, избил ее до полусмерти. Я вышвырнул этого мудака из города со сломанной рукой и несколькими выбитыми зубами и дал ей работу, пока она не встанет на ноги. Оказалось, что она не только полюбила свою работу, но и чертовски хорошо справлялась с ней, держа весь персонал в узде и управляя серьезно напряженным коллективом. Многие сотрудники называли ее мамой Стеллой, потому что она была добра к ним, и я не планировал когда-либо отпускать ее.