Сюзанна Валенти – Гнев смертных (страница 32)

Я неопределенно хмыкнул, и Джулиус ухмыльнулся мне. Она всегда знала, как испортить лучшие дни.

— Возможно, тебе следует сосредоточиться на ветре, а не фантазировать о потенциальных родительских способностях моего брата. Хотя, если судить по его лошади, то он может вырастить своих детей кучкой дикарей, так что тебе, возможно, лучше вообще не выходить за него замуж, — сказал Джулиус.

Он всегда пытался дать Валентине повод усомниться в моей пригодности в качестве мужа, но она никогда не обращала на него никакого внимания. Тем не менее, я высоко ценил его постоянные усилия.

— Я и сама могу быть довольно свирепой, когда нужно, — пренебрежительно ответила она.

Лодка понеслась к берегу, и ветер, который вызвала Валентина, усилился, как будто она доказывала свою правоту.

Мои клинки становились теплее на спине, когда мы приближались к Восставшим. Я был уверен, что они были не просто где-то на этой земле — они были в пределах досягаемости.

Я отошел от Валентины и вскарабкался на мачту, когда мы приблизились к берегу. Солнце поднималось все выше, и наша цель становилась все более ясной, а я с жадностью любовался этим зрелище.

Когда мы, наконец, подплыли настолько близко к суше, насколько это было возможно для корабля, Элисса использовала свою власть над волнами, чтобы остановить нас, и ветер стих, как будто его никогда и не было.

Поднялись крики, когда был брошен якорь и все приготовились к высадке.

Я посмотрел вниз, в кристально синее море, и наклонился вперед, чтобы посмотреть, как гигантская черепаха проплыла рядом с нашим кораблем, прежде чем нырнуть под него. Восходящее солнце освещало нас, и я уже чувствовал, как ко мне тянется его тепло, как будто оно тоже было радо видеть нас здесь, — врага наших врагов.

Казалось, что эта земля создана для людей солнца, и я обнаружил, что рад быть здесь. Моя клятва заставила меня пересечь море, и я никогда по-настоящему не задумывался, смогу ли я быть счастлив, оставив свою родину позади, но что-то в этом месте казалось правильным. Как будто мне было суждено быть здесь.

Я оглянулся через плечо и заметил, что Валентина снова направляется ко мне. Мое приподнятое настроение было хрупкой вещью, и я хотел сохранить его как можно дольше.

— Мама? — Позвал я, заметив, что она направляет членов клана в носовую часть корабля.

Она повернулась ко мне со слабой улыбкой, и я не мог не вспомнить о том сиянии, которого не было с тех пор, как умер отец. Она потеряла какую-то часть себя, когда его забрали у нас, и мне было грустно осознавать, что она больше никогда не будет улыбаться так, как раньше.

— Опять убегаешь? — предположила она, и я не смог удержаться от ухмылки. В любом случае, она была намного лучше меня в повседневном управлении Кланами. Я был создан для того, чтобы вести наших людей в бой, а не организовывать размещение наших палаток.

— Разведать местность, — объяснил я, хотя мы оба знали, что эту работу я легко мог поручить кому-нибудь другому.

— Без сомнения, мы будем с нетерпением ждать твоего возвращения с наступлением темноты, — поддразнила она.

— Без сомнения, — согласился я, прежде чем нырнуть с корабля в чистую воду.

Привкус соли коснулся моих губ, и я открыл глаза, чтобы посмотреть на мерцающий свет под волнами. Вокруг меня носились стаи мелких рыбешек, привлеченных блеском моих клинком, а затем снова отпугнутых моими движениями.

Я направился по воде к пляжу и зашагал по золотистому песку, с ликованием ощущая твердую почву под ногами.

Я быстро пересек пляж и, вытащив мечи из-за спины, вошел под раскачивающиеся пальмы. Все было гораздо более ярко-зеленого цвета, чем я привык видеть на моей родине, и запах флоры тоже был острее.

Я с радостью впитывал все детали, когда начал открывать для себя это новое место и его секреты.

— Похитители крови близко, — прошептал Буря в моей голове, и я замер.

— Убийцы рядом, — согласился Веном.

Восставшие были ближе, чем я смел надеяться.

Мои клинки подгоняли меня, и я случайно оглянулся через плечо на наш флот. Было бы разумно вернуться и собрать своих людей, прежде чем выслеживать их. Но если они заметят наше приближение, то могут просто снова убежать. А одинокого человека будет гораздо труднее обнаружить. Кроме того, я никогда не отличался благоразумием.

Свирепая улыбка появилась на моем лице, когда я углубился в джунгли. Возможно, это был день, когда я потребую долг за своего отца и покончу с ними навсегда. Восставшим предстояло узнать, как далеко заходит мой гнев.

М

ы прошли через старый пыльный музей внутри статуи, и Магнар начал разбирать деревянные витрины для костра.

Теперь, когда адреналин выветрился, я дрожала сильнее, а Келли продолжала бросать на меня обеспокоенные взгляды. На истребителей гораздо меньше действовал пронизывающий холод. Даже в своей промокшей одежде они, казалось, почти не беспокоились. Я, однако, отморозила себе задницу.

— Тебе нужно снять эту одежду, — прокомментировал Джулиус, помогая Магнару развести костер в нескольких метрах от разбитого окна.

— Т-тебе бы это п-понравилось, н-не так ли? — Поддразнила я, но мой шутливый тон утонул в моем стуке зубов.

Джулиус фыркнул от смеха. — Я всегда смогу согреть тебя, когда ты разденешься? — предложил он, и Магнар хлопнул его по руке.

— Сделай что-нибудь полезное или заткнись на хрен, — пошутил он.

Вскоре мы разожгли костер, и я уселась перед ним в нижнем белье, поскольку у меня не было другого выбора, кроме как раздеться. К счастью, остальные сделали то же самое, так что я не чувствовала себя одинокой в своей наготе. Мы развесили нашу одежду и содержимое наших рюкзаков сушиться на нескольких стеклянных шкафах, и они трепетали на ветерке, который врывался в окно.

Джулиус снял телефон с ремешка на руке, и его лицо просветлело, когда он нажал что-то на экране.

— Полный заряд, — объявил он.

Мой взгляд ненадолго опустился на его золотистую грудь, мерцавшую в свете костра. Он и его брат были такими мускулистыми, что невозможно было не пялиться. Я заметила, что взгляд Келли тоже не раз обращался к Магнару.

Джулиус поймал мой взгляд, и его брови с любопытством приподнялись, опустившись на мою обнаженную кожу, и внезапно я отвела взгляд, подумав о ком-то, о ком мне не следовало думать. Джулиус был добрым, теплым и отзывчивым, именно на такого мужчину мне следовало бы смотреть. Но мысль о том, чтобы подпустить его ближе, воздвигла прочную стену в моей груди, и все, что я могла видеть в своей голове, были напряженные, стальные глаза мужчины, из-за которого мое сердце никогда не должно было так биться. Но он так глубоко засел в моей крови, что я не знала, как смогу его забыть.

— Может быть, тебе стоит проверить членов королевской семьи? Они могли уже найти Валентину, если она убежала в город, — предположила я, надеясь, что настоящая причина, по которой я хотела это сделать, не была написана у меня на лице.

Я подвинулась к Джулиусу, когда он нажал что-то на экране, чувствуя на себе взгляд Келли, и от ее пристального взгляда у меня по затылку пополз жар. Она знала. Она должна была знать. Потому что моя близняшка знала суть моей души, и прямо сейчас она была привязана к вампиру. К вампиру, о котором я не могла перестать думать, как бы сильно ни старалась.

— Да, хорошая идея, — сказала она секунду спустя, и я почувствовала облегчение, когда она опустилась по другую сторону от Джулиуса, снова ничего не сказав, но чувствуя тяжесть моего секрета, пролегающего между нами. Каждый раз, когда я пыталась затронуть эту тему, я задыхалась, зная, что никакие объяснения в мире не убедят Келли в том, что Эрик был чем-то большим, чем бессердечным монстром.

Магнар хмыкнул, но больше ничего не сказал. Его явное недоверие к технологиям, казалось, не ослабевало, и я задалась вопросом, каково ему было пытаться приспособиться ко стольким изменениям с тех пор, как он проснулся. Идун дала Джулиусу необходимые знания, но Магнар по-прежнему смотрел на мобильный телефон так, словно это была какая-то темная магия.

— Тусовщику весело, — сказал Джулиус, увеличивая квадратик так, чтобы была видна столовая в замке. Место было заполнено людьми, и я заметила Майлза в самом центре, он прижимался к Уоррену, пока они танцевали вместе, и их улыбки озаряли глаза.

— Он расслабляется, даже когда вся его империя вот-вот рухнет, — пробормотал Джулиус. — Он празднует свои злодеяния, кровь, которую он выпил за день. Посмотрите, как они все танцуют, словно у них нет других забот в этом мире, меня от них тошнит.

— Да, все эти горячие женщины, должно быть, действительно сводят тебя с ума, — съязвила я, оглядывая вечеринку и улыбаясь Майлзу и Уоррену, пока они танцевали в ускоряющемся ритме.

— Вампиры, — резко поправил он меня, и у меня в животе все опустилось.

— Монти! Как ты можешь шутить по этому поводу? Они отвратительны, — согласилась Келли, и я поджала губы, вспышка разочарования прошла через меня.

— Они просто люди, — слова вырвались прежде, чем я успела их остановить, и рот Келли открылся.

— Что ты сказала? — прошипела она, сузив глаза.

Я редко становилась объектом гнева Келли. В детстве мы всегда были по одну сторону баррикад, и я была более чем благодарна за это. Однажды она довела Джереми Харпера до слез после того, как он толкнул меня в грязь. Но теперь она смотрела на меня со всей силой своей огненной ярости, и мне стало мучительно грустно. Все, что с нами произошло, вбило клин между нами, и я не могла вычеркнуть те части себя, которые были изменены тем, что я теперь знала.