Сьюзан Спанн – Клинок самурая (страница 4)

Изумо перевел взгляд с отца Матео на Хиро, словно ожидая, что последний поддержит иезуита. Синоби промолчал.

— Хорошо. Если нет другого выбора, —  наконец, сказал Изумо, —  но, пожалуйста, объясните сёгуну, что мы передали его послание без изменений. —  Он поклонился. —  Когда прибудете в сёгунат, спросите Мацунагу Хисахидэ. Он будет следить за вашим расследованием.

А сейчас прошу меня извинить, я должен вернуться к отцу Вилеле.

Хиро с отцом Матео проводили посетителя обратно к двери. Изумо вышел наружу, скользнул в сандалии и поспешил прочь.

Иезуит закрыл дверь и резко обернулся. Хиро пришлось отпрыгнуть назад, чтобы не столкнуться с ним.

— Почему ты ему отказал? —  требовательно спросил отец Матео.

Редкая, но неподдельная досада окатила Хиро. Ему потребовалось некоторое время, чтобы собраться мыслями.

— Мы не занимаемся расследованием убийств, —  сказал Хиро. —  Случай с Акеши чуть не отправил нас на тот свет, а это только касалось чайного дома. Сёгунат гораздо опаснее.

— Сёгун попросил нашей помощи, —  сказал отец Матео. —  Отец Вилела продублировал его просьбу. Отказ в данном случае не принимается.

— Отец Вилела сделал это против своего желания, —  продолжил Хиро. —  Даже ты не мог не заметить, что Изумо было не комфортно... ни Вилела, ни Изумо не осознают опасности. Я не позволю тебе рисковать своей жизнью.

— К счастью, твое согласия не требуется. —  Отец Матео помолчал. —  С чего ты решил, что моей жизни угрожает опасность?

— Ты забыл детали убийства Акеши? Семья покойного пыталась возложить ответственность на нас.

— Это другое. На этот раз никто из моих новообращенных не имеет к этому никакого отношения. —  Отец Матео настороженно отступил на шаг. —  Хиро, о чем ты не договариваешь?

Прежде чем синоби успел ответить, по дому пронесся женский крик.

Глава 4

Хиро рванул в свою комнату, отец Матео побежал следом. Они замерли в дверном проеме, пытаясь найти источник крика.

Спиной к двери, подняв руки, возле сундука Хиро стояла Ана —  экономка иезуита. На полу у ее ног лежало смятое одеяло. Она снова вскрикнула и наклонилась, чтобы ударить Казу, который прятался в сундуке. Его глаза были широко распахнуты, защищаясь, он вскинул руки.

Он заметил мужчин, стоящих в дверном проеме.

— Хиро, пожалуйста! —  позвал Казу.

Экономка развернулась. На ее лице добавилось хмурых морщинок. Черные глаза сверкали яростью и нежданным удивлением.

— Хиро, —  сказала она. —  Так я и знала.

Синоби открыл было рот, чтобы попытаться отрицать всякую свою причастность, но передумал.

— Это Казу, —  сказал он, а потом добавил: —  Вы же знаете Казу.

— Я знаю, что он явно живет не в этом сундуке. —  Ана искоса посмотрела на Хиро и погрозила ему пальцем, словно перед ней стоял шаловливый ребенок. —  Ты специально его туда посадил, чтобы меня напугать?

— Не делал он этого. —  Казу встал и одернул рясу. —  Он засунул меня туда как раз с обратной целью.

— Хм. —  Ана подобрала одеяло с пола и пробормотала: —  Не сработало.

Она направилась к двери, но остановилась напротив Хиро.

— Нужно просушить твое кимоно. Стоит ли мне опасаться, что я найду в твоем шкафу пару танцовщиц?

— Вряд ли ему настолько может повезти, —  пошутил Казу.

Ана стрельнула взглядом через плечо и поспешила прочь из комнаты.

Отец Матео перевел взгляд с удаляющейся экономки на Хиро.

— Почему он прятался в сундуке для футона?

— Глупая шутка, —  сказал Казу, —  за которую я приношу свои извинения. Я зашел узнать, не получал ли Хиро писем из Ига. Я уезжаю туда сегодня утром.

— Вы работаете в сёгунате. —  Взгляд отца Матео переместился с Казу снова на Хиро. —  Поэтому ты не хочешь влезать в это дело.

Хиро молчаливо кивнул.

Иезуит посмотрел на Казу.

— Это вы убили Асикагу Сабуро?

— Нет, —  ответил Казу.

— Но сёгун считает, что вы.

Это было скорее утверждением, а не вопросом.

Хиро был восхищен тем, насколько быстро священник сделал выводы, но надеялся, что Матео не станет спрашивать, почему Казу пришел в этот дом. Иезуит не знал, что Казу тоже синоби, а Хиро не собирался об этом рассказывать.

— Убийца воспользовался моим кинжалом, —  сказал Казу, —  но я клянусь всеми ками Японии, что удар был нанесен не моей рукой.

— Есть только один Бог, —  сказал отец Матео, —  в Японии или где-то еще. Но если вы невиновны, как заявляете, Его истина поможет вам оправдаться.

Казу рассмеялся.

— Сёгуну нет дела до истины вашего Бога.

Отец Матео поклонился.

— Прошу простить мне мою грубость, но я хотел бы поговорить с Хиро... наедине.

Иезуит отступил к двери. Когда Хиро вышел за ним следом, отец Матео задвинул сёдзи, отделявшие комнату Хиро от гостиной. Они подошли к утопленному в пол очагу, из которого пахло пеплом.

Отец Матео понизил голос и перешел на португальский:

— Дом Господа не укрывает убийц.

— Казу говорит, что он невиновен, —  ответил Хиро на родном языке иезуита, —  и я не предлагал ему никакого укрытия. Он пришел без предупреждения, так же и уйдет, на рассвете.

— Все принимает серьезный оборот, —  сказал отец Матео и поднял правую руку, но остановился, так и не проведя ею по волосам. Он опустил руку, не поддавшись своей привычке. —  Сёгун позволяет мне жить в Киото и нести слово Божие, потому что я придерживаюсь японских законов. Если он узнает, что я спрятал беглеца, он выгонит меня из города. И, вероятно, отца Вилелу тоже.

— Он не выгонит тебя. —  Хиро перешел на японский. —  Он тебя убьет.

Прежде чем иезуит успел хоть что-то ответить, Хиро продолжил:

— Я осознаю опасность. Если бы Казу спросил меня, я бы не согласился и не разрешил ему прийти сюда.

— Я и не думаю, что это ты его пригласил, —  сказал отец Матео. —  Но ты позволил ему остаться. Мне начинает казаться, что он несколько больше, чем просто знакомый из магазинчика сакэ.

Дверь в комнату Хиро отъехала в сторону. Появился Казу, на котором все еще была монашеская ряса. В руках он нес пару поношенных сандалий. Плетеная корзина закрывала его голову, опускаясь до самых плеч. Узкая щель в передней части корзины позволяла ему смотреть вперед, но совершенно скрывала черты его самого.

— Хиро, —  сказал отец Матео, —  у твоего друга на голове корзина.

— Шляпа, —  поправил его Хиро. —  Монахи комусо школы Фукэ дзен носят это на голове, чтобы оградить себя от окружающего мира

— Спасибо за гостеприимство, —  сказал Казу, прекрасный киотский акцент которого глухо звучал из-под корзины. —  Я не побеспокою вас снова.

Отец Матео поклонился.

Хиро проводил Казу на выход. Когда они дошли до двери, Казу сказал:

— Ты должен помочь священнику найти убийцу.

Хиро удивленно приподнял бровь.

— Ты правда не убивал Сабуро?