Сьюзан Хинтон – Бойцовые рыбки (страница 7)

– Не-а. И не собираюсь, в общем.

– Ну, – протянул он. – Дай знать, как заживет.

– Не вопрос.

Я отвернулся, как бы смотреть на баскетбол. Он, значит, решил с чего-то, что мне до зарезу нужны деньги.

Последним уроком была литература. Мне даже нравилось, потому что наша училка считала нас всех настолько тупыми, что никогда ничего не задавала, а только читала нам книжки. У меня с этим никаких проблем. К концу этого дня мне уже хотелось посидеть спокойно. Она, естественно, никак не могла сделать так, чтобы мы ее слушали. То есть бывало, что в конце урока она устраивала небольшую контрольную, но я всегда мог у кого-нибудь списать, кто знал ответ.

Я всегда попадаю на уроки с тупыми. Это еще в средней школе начинается, потихоньку разводят умных с тупыми, а через пару лет уже ясно, в какую половину тебя определили. Я понимаю, что учителям так легче, но хоть бы раз попасть хоть бы на один предмет с кем-нибудь еще, кроме привычных тупиц из года в год.

Стив был в тот год вместе со мной на математике только потому, что из алгебры и арифметики он выбрал арифметику. Все умники пошли на алгебру, но его к цифрам никогда не тянуло. Я с ним ходил в эту школу с нулевки, и до сих пор ни разу мы еще не оказывались вместе ни на одном предмете. Интересно, а могло быть так, что ему надоело видеть привычных умников из года в год?

В общем, я сидел, слушал вполуха и думал, что после школы зайду проведать Патти. Не просади я тот полтинник, можно было бы даже сунуть его братцам, чтобы они испарились на время, типа погулять на площадку.

Да нет, Смоки точно жульничал. Не так уж я плохо играю.

Но когда я проходил мимо ее дома, там стояла машина ее матери. Может, у нее в этот день не было смены. Я никогда не мог запомнить ее расписание. Мать меня не жаловала. Да и братцы наверняка время от времени на Патти стучали. Давно пора было им навешать.

Тогда я пошел к Бенни. Гонял шары сам с собой. Там был еще кто-то, но играть никто не хотел. Зато каждый, кто заходил, хотел взглянуть на мой шрам. Типа круто.

Примерно через час пришел Стив. По нему видно было, что пришел он не потому, что ему хотелось тут быть. Ему не хотелось быть одному. Поэтому я собрался и мы пошли.

– Как родительница? – спросил я через пару кварталов.

– Очень плохо, – отозвался он. У него было странное выражение на лице. – В больнице лежит.

– Это не из-за того, что ты слинял тогда?

Он на меня посмотрел, как будто я чокнутый. Потом что-то вспомнил и сказал:

– А, нет. Не из-за этого.

И замолчал. Тогда я стал ему пересказывать, как тренер мне предложил денег за драку. Только я сказал, что он обещал полсотни, и что я думаю согласиться. Но даже этим не получилось его растрясти. Сказал «ага», и все, как будто он где-то не здесь.

А деньги мне и правда были нужны. Папаня получал от государства постоянное пособие. Он за ним ходил, подписывал ведомость и все такое, но там было не так много, и он иногда пропивал все прежде, чем вспоминал дать мне сколько-то. Я крутился как мог. Время от времени занимал у Мотоциклиста, но тогда нужно было обязательно вовремя отдать. Даже и не знаю, почему я думал, что это обязательно. Однажды он мне дал сотню одной бумажкой и сказал, что ему она ни к чему. Не знаю, откуда он ее взял. Ну, раз она была ему ни к чему, ее я отдавать не стал. Но то, что я сам занимал, я отдавал.

Так что когда я заметил на чьем-то новеньком Шевроле полный набор клевых колпаков под хром, то сразу подумал, что вот легкий способ заработать двадцатку. Двадцатки мне хватит надолго.

Машину бросили перед подъездом, но вокруг вроде никого не было. Три я снял быстро, и занялся последним. Тут Стив говорит:

– Что ты делаешь?

Как дурак, честное слово. Я ему только что дал в руки три колпака, и он интересуется, что это я делаю. Четвертый застрял почему-то, и я немного занервничал даже. И сказал ему:

– Помолчи.

– Ты же знаешь, что я не ворую.

– А ты знаешь, что я – вполне.

Колпак наконец-то поддался. И тут из подъезда с криком вылетели трое мужиков. Я взял с места, через два шага оглянулся – Стив так и стоит, где стоял. Пришлось ему крикнуть «Шевелись!» – и только тогда он проснулся и побежал. Потом до него дошло, что он все еще держит в руках колпаки, и этот кретин просто взял и бросил их на дорогу. Как будто это кого-то остановит.

Они покрикивали нам вслед, но вяло, экономили силы. Один и в самом деле остановился подобрать колпаки; тогда я решил выкинуть и свой тоже, какой мне смысл в одном-то. Это задержало еще одного. Но третий не отставал.

Стив держался вровень со мной, я даже не ожидал. Но мой бок мешался отчаянно. Я повернул в проулок и махнул через забор. Стив не отставал, но у него при этом было такое уморительно несчастное лицо.

Того мужика забор задержал, но не остановил. Ему явно хотелось крови. Я забежал в подъезд и взлетел по лестнице, добежал до верха и выскочил на крышу. Соседняя крыша была далековато, но не для меня – я перепрыгнул легко. И готов был уже бежать дальше, но тут понял, что Стив застрял.

Он остановился на краю и согнулся пополам, пытаясь отдышаться.

– Давай! – крикнул я ему.

– Я не допрыгну.

– Допрыгнешь! Давай!

Но он только мотал головой. Тогда я ему объяснил, что с ним будет, если его поймают. Красочно объяснил, чтобы было понятно, что лучше упасть с крыши. Да и вообще, подумаешь, второй этаж. Я однажды прыгнул со второго этажа, и только лодыжку сломал. На спор прыгнул.

– Давай, – говорю. – Ловлю.

Стив оглянулся на дверь, потом посмотрел вниз, отошел на несколько шагов и прыгнул. Младенец и то сделал бы это лучше. Но каким-то образом Стив все-таки ухитрился допрыгнуть, и плюхнулся брюхом на край. Видимо, так сам этому удивился, что забыл ухватиться, и поехал вниз. Так бы и съехал, если бы я не поймал его за руку. Он висел и орал, как резаный, пока я на него не рявкнул:

– Если не перестанешь вопить, я тебя отпущу.

Это была вовсе не угроза, я его просто предупредил. Я и так изо всех сил тянул его вверх, мне только его воплей не хватало. И больно было, к тому же.

– И нечего на меня смотреть как кролик.

Он искал ногой зацепку на стене и при этом старательно пытался изменить выражение на лице, чтобы не выглядеть кроликом. Я чуть не расхохотался и его не уронил. Наконец он оттолкнулся, подтянулся и вылез наверх. Мы сели рядом и просто дышали. Я все слушал, не гонится ли за нами кто. Похоже, оторвались.

– Может, и не надо было прыгать. Он сюда не полезет.

Тут только я увидел, что Стива всего трясет.

– Ага. Значит, может, и не надо было?

И он меня обматерил. Умора просто.

– Нечего было колпаки выкидывать. Я бы их за двадцатку загнал.

– Ты их хотел украсть.

Он так серьезно это сказал. Как будто сообщил мне что-то важное, о чем я не догадывался.

– И что? Эти ребята тоже их у кого-то увели.

– Это не повод.

Я хотел было ответить, но потом подумал – а смысл? Мы уже не первый раз об этом спорили.

– Ты в порядке? – спросил он.

Я сказал, что нет, и вырубился. Беготня, прыжки, кровь, и не ел я толком в тот день, все наложилось как-то.

Я не то, чтобы долго был в отключке, но достаточно, чтобы Стив психанул и побежал за помощью, так что, когда я пришел в себя, на крыше я был один. Прежде всего надо было с этим что-то сделать. Я почти бегом добрался до двери, и наткнулся там на Стива и какую-то старушку, которую он уломал подняться и помочь. Уж не знаю, как он себе эту помощь представлял. Я сказал ему: «Пошли», и мы смотались. Старушка была очень недовольна, что ее обманом затащили на крышу.

Я был ужасно зол, что Стив бросил меня одного, а сам сбежал, и только через три квартала заметил, что он плачет. Я жутко перепугался. Я раньше видел только, как девчонки плачут. А чтобы я сам когда-то плакал – такого я не помнил.

– Ты чего?

– Заткнись, – сказал он. – Просто заткнись.

Совершенно не в его духе. Я решил тогда, что это он из-за матери так переживает. Я-то свою мать не помнил совсем, так что мне сложно было понять как это.

5

Стив пошел домой, и я тоже пошел домой, потому что не хотел грохнуться еще раз прямо на улице, и еще потому, что подумал, что Мотоциклист мог уже вернуться. Для папаши было еще рановато.

На лестнице столкнулся с Кассандрой. То есть в натуре столкнулся. Кассандра взяла себе в голову, что Мотоциклист выбрал ее себе в девчонки. Если честно, она была психованная. Терпеть ее не могу. Так вышло, что ее послали на практику в нашу школу в прошлом году, и Мотоциклист попал к ней в класс. И она по нему спятила. За ним и так девчонки табунами бегали. Не только потому, что он был красивый, а потому, что он был другой. В общем, выбирай любую. Не знаю, что он в этой Кассандре увидал. Пожалел, наверное.

Ну и вот. Она вся такая – институт закончила, из хорошей семьи, дом в приличном районе на другом берегу реки, а тут все бросила, сняла комнату в развалюхе и ходила хвостом за Мотоциклистом. Даже и не красивая, кстати. По мне, по крайней мере. Стив говорил, что красивая, но по мне – так нет. Ходила босиком, как деревенская, и не красилась совсем. И как ее ни встретишь, она с кошкой. Ненавижу кошек. Не до такой степени, конечно, как Бифф Уилкокс, тот их просто из мелкашки отстреливал, но не люблю. И разговаривать она пыталась, как Мотоциклист – многозначительно типа. Только на меня это не действует.