Сёдзи Гато – Падая в бездну (страница 20)
— Он пользуется «Силой»? Как Дарт Вейдер? — насмешливо бросил один из оперативников.
Курц смерил его безразличным взглядом.
— Да, прямо в точку. Именно «Силой».
— Хреново дело. Нам придется нанять Йоду, чтобы потренировать молодых падаванов! — засмеялся другой.
Против обыкновения, Вебер не поддержал шутки.
— Складывается впечатление, — снова заговорил Калинин, и его голос был холоден, как лед, — что вы не расслышали моих слов. Когда я говорил «бежать», я не давал советов или рекомендаций. Это приказ. Тот, кто ему не подчинится, понесет соответствующее наказание. В том случае, конечно, если сумеет остаться в живых.
Наступила мертвая тишина.
— Данной машине присвоено кодовое обозначение «Веном». Условное, поскольку ее настоящее название нам неизвестно. Бронеробот представляет собой большую опасность, которая должна быть устранена ради успеха операции в целом. Задача по уничтожению «Венома» возлагается на сержанта Сагару.
Теперь все головы повернулись в сторону Соске. Он не выглядел сильно удивленным. Когда на экране появилось изображение красного бронеробота, он сразу почувствовал, что ему придется опять сойтись в единоборстве с ним.
— Используя «Арбалет», сэр? — уточнил он.
— Именно так, сержант. При контакте с «Веномом» все остальные боевые единицы отходят, оказывая вам поддержку. Необходимо действовать скоординировано, обстреливая его с безопасной дистанции, в то время как вы сближаетесь и атакуете непосредственно. Не давайте ему передышки, и рано или поздно вам представится возможность нанести решающий удар.
— Что если я потерплю поражение?
Майор прямо глянул в глаза Соске и холодно ответил:
— Операция провалится. Ваши товарищи останутся беззащитными перед «Веномом».
Соске почувствовал себя так, словно на его плечи обвалился неподъемный груз — ответственность за жизни всех людей, присутствующих в зале. Ему много раз приходилось участвовать в боевых операциях, оказываться на волосок от смерти. Но тогда он был обычным бойцом, одним из многих. Если бы он что-то сделал не так, совершил ошибку, то рассчитался бы за нее только своей собственной жизнью. Думать об этом тоже было совсем не весело, но уровень ложившейся ответственности оставался привычным — почти нормальным. От него не требовалось держать небо на плечах, подобно Атланту. Обычный, никому не интересный и не нужный наемник, о котором никто не заплачет. Короткая строчка в будущем мартирологе: «потери в живой силе — одна единица». Так и должно было быть по заведенному в природе порядку, и с ним, и с его однополчанами. Соске давно внутренне смирился с этим. Но с недавнего времени, как раз с того момента, как его назначили охранять эту девушку, Чидори Канаме, и когда он столкнулся с загадочным экспериментальным бронероботом, «Арбалетом» — все стало незаметно меняться. Хотя Соске и не смог бы ответить, что именно, но он подсознательно чувствовал, что их существование каким-то странным образом связано с ним, важно для него. Они уже спасли его жизнь, и даже не один раз — это тоже что-то значило.
Но сейчас речь шла не о них, а об ответственности, ложащейся на его плечи.
«Я не имею права на ошибку. Не могу позволить себе проиграть».
Наверное, это было похоже на то, что испытывает тонущий человек — с каждой секундой неумолимая тяжесть водяного столба сжимает каждую клеточку его тела, все сильнее и сильнее. Соске, глядя в пол, мрачно ответил:
— Вас понял, сэр.
— Рассчитываю на вас, сержант.
Все лица снова обратились к командующему операцией. Калинин твердо и уверенно продолжал:
— В этот раз развертывание и выход на рубежи атаки будет производиться в подводном положении, отход — с помощью вертолетов. Шесть наличных бронероботов образуют три оперативные группы. Первая — штурмовая, вторая — огневой поддержки и последняя — разминирования, с задачей найти и обезвредить подрывные заряды. Относительно маршрута ее выдвижения у нас есть хорошие новости. У меня все. План действий каждой из групп и детали до вас доведет капитан Мак-Аллен. Приступайте, капитан.
— Есть, сэр.
Майор шагнул назад, а его место занял Мак-Аллен.
— Итак, распределение по группам. Штурмовая будет состоять из меня и Сагары. Группа огневой поддержки — Вебер и Нгуен. Группа разминирования — Мао и Данниган. Остальной личный состав отряда СРТ будет действовать в пешем порядке, в качестве командиров пехотных штурмовых групп, которые высадятся с вертолетов во второй фазе операции. Записывайте частоты для радиообмена…
Инструктаж завершился, Соске сразу заторопился в ангар, чтобы переговорить с инженером, отвечающим за системы бронероботов. Этой ночью ARX-7 «Арбалет» наскоро выкрасили в стандартный грязно-серый цвет. Техники торопились и просто нанесли краскопультами ту же самую краску, которой покрывали М9, прямо по белоснежной броне. Для предстоящей операции, где в воде не имелось возможности включить систему ЭКС, а скрытность была особенно важна, белый цвет был попросту неприемлем.
Подобно М9, «Арбалет» имел человекообразную конструкцию. Длинные и стройные конечности, суставы, обеспечивающие высокую свободу действий — все это создавало впечатление мощи и скорости, напоминая готового к бою воина. Форма головы-шлема несколько отличалась от «Гернсбеков». Пара оптических камер походила на острые, всевидящие глаза, а под ними был смонтирован поперечный кронштейн для крепления вооружения. Картина слегка напоминала шпиона-ниндзю из старого кинофильма, карабкающегося по стене с зажатым в зубах украденным свитком.
Четыре крылоподобные гибкие пластины, смонтированные в задней части каждого плеча, представляли собой радиаторы, отводившие и рассеивавшие избыточное тепло. Рядом с ними располагались крепления, где в зависимости от ситуации фиксировалось оружие или дополнительные конденсаторы. Может быть, именно непривычные и резкие очертания были виноваты в том, что один взгляд на бронеробот заставлял наблюдателя чувствовать себя неуютно, словно перед ним стоял не обычный механизм, а какое-то загадочное, мистическое создание, отмеченное печатью рока. Казалось, даже простое прикосновение к нему способно вызвать на голову смельчака проклятие или возмездие неосторожно потревоженных потусторонних сил.
Построенный специально для того, чтобы нести загадочный аппарат, называемый лямбда-драйвером, «Арбалет» действительно являлся таинственным, если не сказать — волшебным. По словам техника-младшего лейтенанта Норы Лемминг, удивительно молодой для должности инженера по системам БР, но отвечавшей, в том числе, и за этот бронеробот, лямбда-драйвер состоял из трех компонентов. Первое устройство, называемое ТАРОС, было смонтировано в пилотском кокпите. Аббревиатура расшифровывалась как «транслирующая и авто-реагирующая омни-сфера». Лемминг не имела никакого понятия, что это могло означать. Ей было известно только то, что это устройство обладало способностью считывать нервные импульсы в масштабах всего организма пилота и конвертировать их в некие специфические электромагнитные сигналы.
Следующим компонентом было ядро лямбда-драйвера, модуль размером со средний холодильник, смонтированный позади кресла пилота. Если снять его крышку, то внутри можно было увидеть пачку светящихся дивным разноцветным лазерным блеском цилиндров, но их назначение и принцип действия оставались полнейшей загадкой. Находясь в активном режиме, это устройство могло мгновенно поглотить громадное количество электроэнергии. Именно по этой причине на бронероботе устанавливался дополнительный конденсатор. Этот модуль был непосредственно связан с блоком искусственного интеллекта, управлявшим машиной, но даже самое пристальное изучение заложенных в его память программ не давало представления о том, какого рода взаимоотношения их связывали.
Последним компонентом являлась скелетная система, составлявшая основу опорно-двигательного аппарата бронеробота. С первого взгляда она мало отличалась от той, что использовалась на М9 — аналогичные фермы из титановых сплавов, керамические чашки суставов — но всю ее пронизывали тонкие прожилки из какого-то странного материала. Прозрачные сети, похожие на сросшиеся ледяные кристаллы, ветвились так же сложно, как нейроны человеческого тела. Мало того, при прохождении электрического тока сеть могла трансформироваться. Безусловно, никто на борту ТДД даже близко не понимал, для чего предназначалась эта система, и как она функционировала. Можно было без преувеличения сказать, что этот бронеробот представлял собой одну сплошную загадку.
При начале каждой загрузки искусственный интеллект, имевший собственное название — Ал — неизменно выдавал сообщение: «Запуск лямбда-драйвера требует присутствия сержанта Сагары». Искусственный интеллект не отказывался выполнять предпусковые процедуры и с другими пилотами, но, ни разу, ни на одном испытании, лямбда-драйвер не вошел в рабочий режим.
«Требуется присутствие сержанта Сагары». Все попытки стереть предыдущие лог-записи заканчивались неудачей. Даже перезагрузки и реинициализация не дали результата. В ответ на любые попытки вмешательства Ал выдавал сигнал о множественных ошибках и зависал.
— Нам пришлось сдаться, — сказала техник-младший лейтенант Нора Лемминг, вскинув руки в знак поражения. — Все, что я могу предположить, так это то, что в машину встроен какой-то загадочный приемник и усилитель ментальных импульсов пилота, хотя такие слова и звучат подобно оккультной ереси.