Сёдзи Гато – День за днем – конец. том 2 (страница 5)

«Иными словами, и бронеробот, и я — подопытные свинки Митрила».

Что же, это не новость. Приказывают: «Дерись!», не утруждая себя объяснениями — зачем, почему? В этот раз они лишь несколько перешли границы.

Что думала Тереза Тестаросса о способе, которым его спровоцировали? Она согласилась на это? Безо всяких сомнений? Соске не знал, что и думать.

Новое для него, но щемящее и опустошающее чувство родилось в его груди. Чувство поражения, чувство ненужности и бессмысленности.

Лейтенант хитрил, вызывая его на драку, но выиграл он честно. Соске был побежден потому, что оказался слабее. Если бы это было настоящее сражение, он был бы уже мертв. Его судьба привязана к этой дорогостоящей, но никчемной и бесполезной машине. Как было бы хорошо, если бы Крузо разнес бы его бронеробота вдребезги. Так, чтобы его осталось только списать и забыть. Тогда вся ответственность легла бы на лейтенанта. Тогда, может быть, Соске снова послали бы в Токио…

Нет. Смешно даже и думать об этом. Даже если бы «Арбалет» оказался полностью разбит, никто бы не отправил Соске обратно на задание в Токио. Не было никаких серьезных причин для того, чтобы его начальники передумали. И всему причиной этот белый бронеробот…

Чидори…

«Прости меня. Я оказался слабаком. Не таким, как ты. Я не смог защитить честь мертвого капитана. Свою собственную гордость. Ничего».

Он никогда еще прежде не чувствовал себя таким жалким и беспомощным.

— Вон он идет!.. — прошептал предостерегающе Курц, и Соске очнулся от горестных мыслей.

Белфанган Крузо подошел к ним.

— Я вижу, ты, наконец, очнулся, сержант, — не выказывая даже намека на сочувствие к побитому состоянию Соске, заговорил он. — Отправляйся в ангар и подпиши необходимые запросы на ремонт для технической службы. Потом составь подробный рапорт обо всем произошедшем и не позже 24:00 передай копии мне, младшему лейтенанту Лемминг, майору Калинину и капитану первого ранга Тестаросса. Если ты допустишь ошибки в формулярах или оставишь незаполненным хотя бы один бланк, я заставлю переделать все столько раз, сколько потребуется, чтобы ты запомнил, как следует. Завтра тренировка в 06.00, построение перед ангаром номер один. Вебер, тебя это тоже касается. Все в этом подразделении, имеющие квалификацию пилота БР, должны будут пройти курс переподготовки.

Пилоты не могли вымолвить ни слова, впав в ступор.

— Похоже, капитан МакАллен питал к вам слабость, но со мной все будет по-другому. Если вы сдохнете собачьей смертью, я не хотел бы выслушивать обвинения в командирской некомпетентности. Готовьтесь.

Соске и Курцу нечего было ответить. Он победил их обоих и теперь имел право говорить все, что ему вздумается. Им придется лишь утираться и кивать. Придется даже сносить его странное и показное презрение к их бывшему командиру.

— Есть вопросы? Нет? Тогда — свободны.

— Разрешите спросить, — сдержанно заговорил Соске.

— В чем дело?

— Та атака, которой вы сбили меня с ног… на этом черном БР тоже установлен лямбда-драйвер?

Крузо только свирепо фыркнул носом.

— Чтобы сокрушить твой «Арбалет», мне не требуется такая сложная вещь. Это и так было достаточно легко. Конвенционный потенциал, заложенный в бронероботы третьего поколения, каковым является М9, весьма велик.

— Тогда что же это был за удар?

— Это был прием, сочетающий в себе то, что люди восточной культуры называют «тоси» и «сэнкэй». Он начинается с мощного проникающего воздействия на машину противника, которое достигает ее пилота, а затем перетекает в опрокидывающий удар, сбивающий его с ног. Для этого не требуется ничего подобного лямбда-драйверу.

Соске немедленно вспомнил драку в баре. Это был тот же самый удар. С того места, где он сидел, Соске не видел ничего, кроме обычного хука в челюсть, который получил Курц, но, судя по последствиям, этим дело не ограничилось, удар тоже был необычным.

— Это движение прекрасно походит для исполнения на М9. Нужно двигаться вместе с противником, управляя потоком внутренней силы так, как пожелаете. Подобно текущей воде или пляшущему огню.

— Но ведь конструкция бронеробота отличается от человеческого тела.

— Устаревшие представления. В скелете М9 в два раза больше деталей и сочленений по сравнению с лучшими представителями бронероботов второго поколения. Эта сложность, подвижность и эластичность уже не уступают самому изящному механизму, созданному Творцом — человеческому телу.

Соске молчал.

— Раньше я уже говорил тебе, что твой стиль борьбы уродлив и неуклюж. Не доверяя мощи и подвижности, которой в полной мере обладает «Арбалет», ты лишь можешь пытаться «управлять» им, подобно автомобилю или вертолету.

— И что в этом не так?

Бронеробот не был живым организмом. Всего лишь машина, механизм, двигающий конечностями под управлением ведущей программы. Название «второе тело», которое часто употребляли по отношению к бронероботам, представляло собой всего лишь неточную и надоевшую настоящим профессионалам метафору. Хотя боевые бронированные роботы и имели человекообразную форму, это были всего лишь механизмы, сделанные из легированных титановых сплавов и высокопрочных полимеров.

— Кажется, ты не понимаешь. Придется объяснить для тупых, что делать, — Крузо раздраженно покачал головой и уперся в Соске тяжелым взглядом.

— Ты ненавидишь «Арбалет», — сказал он уверенно.

— Что?!

— Я прекрасно вижу это, просто по тому, как ты движешься. Шаги, движения манипуляторов, траектории ударов кулаками, фехтование — во всем чувствуется сомнение и неуверенность. Недоверие и колебания. На первый взгляд, твой стиль напоминает действия профессионала, но в нем нет сердца. Поэтому ты проиграл. Лямбда-драйвер здесь ни при чем. Проблема лежит глубже.

Каждое слово Крузо проникало в грудь Соске, словно глубоко забитый гвоздь. Лейтенант был прав. Соске действительно ненавидел этот механизм. Даже когда тот не выказывал никаких признаков неисправности, он все равно не верил в него. У него не было иного выбора, кроме как неохотно доверить этому мехинизму свою жизнь и сражаться, но он постоянно чувствовал отторжение.

И эти чувства делали его атаки слабыми?..

Человек, с которым он один раз уже сражался, вскрыл его последнее убежище, как консервную банку, поразив Соске в самое сердце. Он и хотел бы сопротивляться, спорить, но не мог. Потому что слова лейтенанта были чистой правдой.

— Слушай, сержант, — Крузо наклонился к нему, гипнотически пристально глядя в глаза. Его лицо было так близко, что Соске чувствовал его дыхание. Взгляд из-под острых изломанных бровей пронизал его насквозь. — Оружие, называемое «бронероботом», которое мы пилотируем — не простое транспортное средство. Оно — дополнение к телу человека, расширение его. Характер, упорство, стойкость пилота напрямую отражаются на механизме. В схватке профессионалов высокого уровня самое малое различие может означать либо победу, либо поражение. Знай, что человек, который не верит в собственное тело и собственную силу, будет всегда бит противником. Это все.

Он проговорил это медленно, выделяя каждое слово. Не ожидая ответа, повернулся кругом и вышел из палаты медицинского центра.

— Красота. Они что, не могли поставить над нами хоть чуть-чуть менее гнусного типа? — пробормотал ему вдогонку Курц, прекрасно зная, что тот слышит каждое слово.

— Но его слова разумны. Крузо очень силен, — честно выразил свое впечатление от разговора Соске.

— Ну да, в рукопашном бою он крут. Каков он в других делах, мы еще не знаем.

— Наверняка первоклассный профессионал во всем. Похоже, он служил в SAS.

— Действительно? Интересно, это была канадская SAS, или другая?..

В вооруженных силах стран бывшего Британского Содружества, таких, как Канада, Новая Зеландия и Австралия, имелись свои собственные спецподразделения, которые были столь же хорошо подготовлены, как английская Специальная Авиационная Служба, из которой они выросли. Между ними существовал активный обмен кадрами, бойцами и командирами, выполняли они те же функции в тесном сотрудничестве, так что с точки зрения постороннего трудно было уловить различия между солдатами из разных стран.

— Теперь, когда ты упомянул, я вспомнил, что старик МакАллен пришел сюда из австралийской SAS.

— Да. Действительно так… — начал Соске, но резко прервался.

В дверном проеме, через который недавно вышел Крузо, возникла Тесса. Она замерла на пороге, одной рукой опершись на косяк двери, а другой неосознанно крутя кончик пепельной косы. По ее взволнованным глазам можно было понять, что она очень хочет что-то сказать Соске и не решается. Ему вдруг показалось, что она слегка дрожит, и нетвердо стоит на ногах.

Повисло неловкое молчание. Поскольку она так и не решилась, Соске и Курц заговорили одновременно:

— …Командир?

— Тесса?

— ...Э-э, я просто…

Тесса, поколебавшись, все же открыла рот, но в этот момент ее окликнула из своего кабинета капитан медицинской службы Голдберри, полная добродушная негритянка.

— А, она здесь! Да-да, здесь. Тесса!

— …Д-да?

— Сообщение от Дика! Он просит вас немедленно вернуться в командный центр.

— О... я поняла. Уже иду.

После мгновенного колебания, так и не сказав ничего Соске, Тесса развернулась и моментально исчезла.

— Хм?..

— Что это было? Кажется, что она прибежала сюда потому, что беспокоилась.